google-site-verification: google21d08411ff346180.html Оценивая итоги Святого и Великого Собора | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Оценивая итоги Святого и Великого Собора

Август 8th 2017 -

Всеправославный собор 2016 года

По просьбе насельников афонской обители Григориат Agionoros.ru публикует перевод заявления монастыря по итогам Критского собора1

Церковь живет как постоянный собор. «Соборный (кафолический) образ жизни Церкви выражается не только во время созыва Соборов, но и во всяком акте общения: ... первого между епископами (митрополита) с находящимися в его ведении епископами; епископа с пресвитерами; священника, настоятеля общины, с причтом и мирянами, составляющими эту общину; наконец, мирян между собой»2.

Мы желаем, чтобы вкладом в соборную жизнь тела Церкви был и этот текст, составленный с большим уважением к церковным институтам и лицам, которые потрудились для созыва Святого и Великого Собора, особенно к уважаемой Вселенской Патриархии. Он смиренно обращен к нашим епископам и полноте Церкви, чтобы высказать нашу мысль и услышать их слово. Ибо так возделывается единство и прославляется Святая Троица, как об этом сказано в 34-м Апостольском правиле.

Цель — благодатное единство.

Святой и Великий Собор был созван, чтобы показать, «что Православная Церковь есть Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь, объединенная Таинствами, и, более всего, Божественной Евхаристией и Православной верой, а также соборностью»3.

Поскольку «разделение Церкви онтологически невозможно, … но лишь отпадение от Церкви»4, искомым всегда является наше единство с Церковью. Единство всех нас в Церкви означает совместное причастие Божественной Жизни, которое предполагает один образ мыслей, одну апостольскую-свтятоотеческую Веру, одну Евхаристию, один этос, одну надежду спасения во Христе (Еф. 4, 1-5). Об этом единстве молился Господь Иисус Христос Небесному Отцу: «И славу, которую Ты дал Мне, Я дал им: да будут едино, как Мы едино» (Ин. 17, 22). Вне благодатного единства Церкви — грех, заблуждение, разделение, ересь, духовная смерть (3 правило Афанасия Великого, правило святого поместного Собора Карфагенского при священномученике Киприане). «Когда мы все веруем одинаково, это и есть единение», согласно святому Златоусту5. Мы неверно понимаем Таинство Церкви, если видим наше единство с Ней только как внешнюю связь, а не как благодатное единство во Христе, в Теле Христовом. Послушанием во Христе, смирением во Христе, свободой от эгоцентризма, от антропоцентризма и сообразования с мiром мы соучаствуем в благодатном единстве Церкви.

Во имя этого единства Святая гора Афон говорит всякий раз, когда Вера или евангельские заповеди подвергаются опасности. Она говорит и молчит с рассуждением. Стремясь к этому единству, Священный Кинот Святой горы Афон составил свое Письмо6 Святейшему Патриарху Варфоломею от 12/25 мая 2016, прося внести необходимые изменения в предсоборные документы. Кинот говорил с благоразумием и смелостью о необходимости изменений предсоборных документов Святого и Великого Собора, дабы они выражали единый и соборный образ мыслей Церкви7.

Предсоборные документы не отражали чёткого православного экклезиологического образа мыслей, особенно в вопросе межхристианских отношений. Это показала и предсоборная оценка документа «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром» иерархами Поместных Церквей.

Предсоборные документы приняли такой вид потому, что их составление осуществлялось руководящими лицами, которые организовывали и проводили одновременно как предсоборные совещания, так и проходившие параллельно им межхристианские диалоги. Известно формально всеправославное (начиная с 1961 г.) представительство на этих диалогах, но также известно то, что этот курс не был всеправославно одобрен. Также известны сочинения видных богословов, выражающие критическую позицию относительно конкретных положений и заключений этих диалогов, противодействие Поместных Церквей, Святой горы Афон, епископов, клириков и богословов, как и недовольство благочестивого народа неподобающими действиями в ходе межхристианских контактов. Тем, кто в курсе дела, также известно о недовольстве и прекращении участия в межхристианских диалогах выдающихся богословов, а также об изобличающих свидетельствах инославных религиозных деятелей, с официальным статусом и без такового, о том, как они воспринимают цели «экуменических» отношений.

Наши чаяния от Собора

Собор мог бы придать экклезиологически правильный вид межхристианским связям, положить конец проблемам, вызванным ошибками межхристианских диалогов. Ведь он был созван не как совещание православных делегаций, но как Собор Церкви. Было необходимо выразить единый образ мысли в Церкви, ответ Собора на важную богословскую проблему синкретического экуменизма.

Мы надеялись, что Святой и Великий Собор примет конкретные и чёткие соборные постановления. С искренней надеждой мы внимательно изучили предсоборные документы и составили комментарии и предложения к проектам документов Святого и Великого Собора в меморандуме-документе нашей Священной Обители от 4/17 марта 20168. Мы хотели выразить два основных ожидания9 от Святого и Великого Собора:

Во-первых, чтобы были без расплывчатости сформулированы основы Православной Экклезиологии, представляющие Православную Церковь как единственную Церковь, Единую Святую Соборную и Апостольскую, так чтобы было удобно отличать её от ересей и расколов инославного христианского мира. То есть, мы ожидали, что будет написано и утверждено, что только она хранит апостольскую Веру без нововведений, только она обладает апостольским преемством своих епископов, только она совершает подлинные Священные Таинства (Крещение, Миропомазание, Священство, Евхаристию и проч.), только она как Тело Христово подает спасающую божественную и нетварную Благодать, только она обеспечивает безошибочный опыт богопознания, истинное благочестие, подлинный богослужебный уклад и согласную Священным Канонам соборность.

Во-вторых, мы ожидали, что с ясностью и искренностью будут описаны экклезиологические начала, которые не позволяли бы разрушаться — через участие в межхристианских диалогах — тем границам, которые Церковь своими священными Канонами утвердила между Православием и ересью. Потому что только при этом условии православный экклезиологический образ мыслей не изменится из-за необдуманных экуменических контактов и для инославных христиан не потеряется возможность узнать путь своего возвращения к апостольской Вере и в Единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь.

Мы выразили свое мнение и свои чаяния согласно патриаршему Окружному Посланию, но также согласно с заветами бывших прежде нас отцов10. Выразили их с болью, надеясь, что они посодействуют восстановлению одного и единственного образа мыслей в Церкви; что в конечные документы не войдут элементы экуменической экклезиологии, подобные элементам II Ватиканского собора и ВСЦ, проявлявшиеся во многих заявлениях и мероприятиях прошлого. В документе-меморандуме наше мнение было выражено следующим образом:

«Мы с благоговением выражаем наши мысли Преосвященным Иерархам святой Православной Церкви о том, каким образом проекты документов могли бы приобрести более «кафолический» характер, то есть выразить более точно соборный разум Церкви так, как его хранит наше каноническое предание, литургическое сознание и опыт наших благодатных святых: общение со всеми святыми».

Что касается спорного экклезиологического вопроса об отношениях Православной Церкви к остальному христианскому миру, наше мнение было выражено следующим образом:

«Данный документ представляется составленным с некоторой односторонностью; он отражает только одну сторону вопроса. В нем описаны связи Православной Церкви с инославным христианским миром с точки зрения тех, кто осуществлял эти связи в последние 50 лет. Однако в Церкви существует и другая богословская точка зрения на межхристианские отношения. Авторитетные во всей Православной Церкви Архиереи, клирики, монахи, богословы (с академическими званиями и без таковых), Святая гора Афон и простой народ, — и среди них люди, достигшие святости, — обстоятельно выразили свои строгие предостережения относительно как формы отношений с инославными, выраженной в данном проекте документа, так и богословия, лежащего в основании таких отношений. Согласно этой точке зрения, которая, как мы убеждены, выражает веру пророков, апостолов и отцов, — рассматриваемый проект документа должен быть переписан, чтобы выражать эту веру. В такой надежде мы благоговейно представляем свои комментарии и предложения, чтобы соборные Архиереи выразили своё мнение о той форме, которую должен принять этот документ».

Мы с надеждой ожидали исхода Святого и Великого Собора. Каждый собор, так как он является собором Церкви, прежде своего созыва несет надежду. Невозможно предрешить результат какого-либо собора Церкви, даже зная заранее обстоятельства его созыва. О соборах судят только по их итогам: «Те соборы благочестивый канон Церкви признает святыми и принятыми, которые одобрила правота догматов»11, согласно святому богоносному Максиму Исповеднику.

Монастырь Григориат

Церковь судит экуменизм

Инославный экуменизм (протестантский и римоцентричный) — экуменизм синкретический12, ставящий своей целью «единство несмотря на разницу в догматах». Очевидно, под его влияние подпали некоторые православные, в продолжение десятилетий поддававшиеся гуманистическим соблазнам новой эпохи, которая якобы не должна оставаться в неуступчивости прошлого13.

Однако этот дух не выражал Церкви. Наша Православная Церковь не отождествила себя с подобным экуменизмом. Множество избранных пастырей и церковный народ не только не согласились с таким экуменизмом, но и обличали его14. Достойные лица, до сегодняшнего дня пользующиеся большим уважением, некоторые из которых причислены к лику святых, выразили Церковь, удостоверили её исключительность.

Наши епископы прибыли на Святой и Великий Собор не для того, чтобы одобрить экуменический курс, но чтобы подтвердить, что мы, православные, суть Единая Святая Соборная и Апостольская Церковь.

Мы не можем поставить под сомнение блистательную попытку Предстоятелей и участвовавших в Соборе архиереев улучшить текст документов. Мы должны высоко оценить богословские усилия некоторых епископов удалить небогословские понятия и выражения и добавить необходимые предложения, чтобы избежать возможного экуменического истолкования документов.

Ради объективности и истины обозначим некоторые основные изменения, сделанные в правильном направлении и доставившие нам удовлетворение:

  • В достаточном количестве мест в тексте, где речь идет о неправославных, было добавлено определение «инославные», так что выявляется их отклонение от Православной апостольской Веры. В пар. 21 чётко говорится, что «неправославные Церкви отклонились от истинной веры Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви».
  • В вопросе о межхристианских диалогах был добавлен пункт о том, что должны происходить их периодические оценки.
  • В вопросе об участии в ВСЦ было разъяснено, что это участие имеет в виду продвижение [подразумевается только] мирного сосуществования и сотрудничества пред лицом значительных общественно-политических вызовов.
  • Уния была причислена к неприемлемым действиям или методам сближения христиан.
  • Из первого параграфа 2-й главы предсоборного документа «Миссия Православной Церкви в современном мире» было исключено персоналистическое упоминание о человеке «как члене сообщества личностей, в единстве человеческого рода по благодати отражающих жизнь и общение Божественных Лиц в Святой Троице».
  • В вопросе о смешанных браках с инославными было избегнуто прямое заявление об обязательности их венчания, каковое запрещено имеющим кафолическую силу предписанием 72-го правила Трулльского собора. Была утверждена лишь «возможность применения церковной икономии».
  • Были упомянуты (в Окружном послании Собора) как «обладающие вселенским авторитетом» Соборы при святом Фотии (879) и святом Григории Паламе (1351), на которых осуждаются еретические догматы, такие как филиокве, примат папы и тварная Благодать, и последующие Соборы, которые отменили решения Ферраро-Флорентийского лжесобора и опровергли протестантские воззрения.

Документы не были исправлены в достаточной мере

Итак, Собор мог исправить предсоборные документы в достаточной мере. Он мог переписать спорный текст об отношениях с инославными и определить четкие экклезиологические основания для богословских диалогов и так называемых экуменических контактов. Однако этого не случилось, несмотря на то, что Святейший Вселенский Патриарх как председатель Собора был открыт для любых предложений. К сожалению, некоторые не захотели. «Документ хорош, исправления не нужны», — так, как передают, сказал авторитетный деятель Собора.

Документы остались расплывчатыми, двусмысленными. Боголюбивейший епископ Карпасийский Христофор, для предупреждения злоупотреблений их расплывчатостью, пишет: «Это вопрос исключительно толкования определений, содержащихся в соответствующем документе, а не просто указания на них. Если мы хотим назидания нашей паствы, а не её возможного разделения, мы должны толковать этот документ православно, чтобы, если есть какая-либо неясность или недостаток, указать и истолковать его православно и тем самым избежать его неправильного понимания, неправильного использования»15.

На расплывчатость смело указывает и преосв. Митрополит Навпактский: «Весь документ недостаточен и противоречив в отношении своей экклезиологии, потому что он не определяет, кто причастен и кто не причастен Церкви, кем являются те, кто отсечен от Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви, и каковы границы между Православной Церковью и ересью. Это одна из основных причин, наряду с прочими, по которой я не подписал итоговый документ. Я сделал это сознательно»16.

А преосв. епископ Бачский Ириней Булович написал после Собора: «Весь текст от начала до конца, по моему мнению, является непоправимым и неприемлемым, так как представляет собой несовместимое смешение православных по своей сути положений и «экуменической» по своему духу и интонации терминологии»17.

Метки: , , ,

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.