google-site-verification: google21d08411ff346180.html Следствие о гибели царской семьи и лиц из их окружения | Алчевск Православный

Следствие о гибели царской семьи и лиц из их окружения

Февраль 1st 2016 -

1. Определение лиц, принявших решение о расстреле Царской семьи

Следствие подробно исследовало вопрос — как было принято решение о расстреле Царской семьи. Хотя расправа над Царской семьей совершилась внесудебным порядком, поначалу центрально правительство большевиков вынашивало планы показательного судебного процесса.

Руководители Урала смотрели на это по-другому. В то время, когда Царская семья была в Тобольске, президиум Уральского Облсовета без документального оформления принял решение о ее уничтожении. Когда СНК принимал решение о переводе Царской семьи из Тобольска в Екатеринбург, власти Урала дали гарантию неприкосновенности Царской семьи до суда. Руководство переездом Царской семьи было возложено на старого уральского боевика Константина Яковлева (Мячина), которому были даны чрезвычайные полномочия. Несмотря на выданные гарантии, отрядами Уралсовета были предприняты три попытки уничтожения Николая II. Все эти попытки были предотвращены только благодаря вмешательству Яковлева (Мячина).

Белобородов откровенно признает: «Мы считали, что, пожалуй, нет даже необходимости доставлять Николая II в Екатеринбург, что, если представятся благоприятные условия во время его перевоза, он должен быть расстрелян в дороге. Такой наказ имел Заславский и все время старался предпринимать шаги к его осуществлению, хотя и безрезультатно».

Во время нахождения Царской семьи под стражей в Екатеринбурге УралЧК фальсифицировала переписку с Царской семьей некоего «офицера», который стремился организовать побег из Ипатьевского дома, с целью доказать существование антибольшевистского заговора. Получив эти «доказательства» заговора, представители президиума Уралсовета решили выступить перед ВЦИК и СНК с инициативой расстрела Царской семьи или одного императора Николая. С этой целью военный комиссар Урала Голощекин выехал в Москву, где встречался с Лениным и Свердловым.

Ни Ленин, ни Свердлов не дали санкции на расстрел. Ленин по-прежнему хотел организовать суд. «Именно всероссийский суд! С публикацией в газетах. Подсчитать какой людской и материальный урон нанес самодержец стране за годы царствования. Сколько повешено революционеров, сколько погибло на каторге, на никому не нужной войне! Чтобы ответил перед всем народом! Вы думаете, только темный мужичок верит у нас в „доброго“ батюшку-царя? Давно ли передовой питерский наш рабочий шел к Зимнему с хоругвами? Всего каких-нибудь 13 лет назад! Вот эту-то непостижимую „рассейскую“ доверчивость и должен развеять в дым открытый процесс над Николаем Кровавым».

Ответив Голощекину отказом, Свердлов, тем не мене, на прощанье сказал ему довольно двусмысленную фразу: «Так и скажи, Филипп, товарищам: ВЦИК официальной санкции на расстрел не дает». Ее можно понимать так: хоть официальной санкции у вас нет, но вы можете действовать самостоятельно, по обстановке.

Голощекин вернулся в Екатеринбург 12 июля. В этот же день 12 июля 1918 г. президиум Уральского областного Совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов принял официальное решение о расстреле бывшего императора. Одновременно с этим было принято документально не оформленное решение о расстреле членов Царской семьи и лиц из свиты.

Оригинал этого постановления не обнаружен (следствие считает, что он пропал вместе со всем архивом Уралсовета и УралЧК в июле 1918 г.), но о наличии постановления косвенно свидетельствует тот факт, что Юровский перед расстрелом зачитал какую-то бумагу с мотивировкой казни. Текст постановления был опубликован неделю спустя, когда руководство Урала уже эвакуировалось в Пермь, там было сказано: «Ввиду того, что чехо-словацкие банды угрожают столице красного Урала, Екатеринбургу; ввиду того, что коронованный палач может избежать суда народа (только что обнаружен заговор белогвардейцев, имевших целью похищение всей семьи Романовых), Президиум областного комитета во исполнение воли народа, постановил: расстрелять бывшего царя Николая Романова, виновного перед народом в бесчисленных кровавых преступлениях».

16 июля, в день предшествовавший расстрелу Царской семьи, на имя Ленина и Свердлова поступила телеграмма, уведомлявшая о решении, принятом в отношении Николая II. О предстоящей казни членов семьи и лиц из окружения ничего не говорилось. Текст телеграммы был составлен таким образом, что отсутствие ответа означало согласие органов центральной власти с принятым решением. Ответа Ленина или Свердлова на эту телеграмму следствие не обнаружило.

17 июля 1918 г. в Совнарком была направлена шифрованная телеграмма: «Москва Кремль Секретарю Совнаркома Горбунову обратной проверкой. Передайте Свердлову что все семейство постигла та же участ что и главу официально семья погибнет при евакуации».

В первой половине дня 18 июля Белобородов связался по телеграфу со Свердловым и передал сообщение о расстреле и проект текста для публикации. Свердлов ответил: «Сегодня же доложу о вашем решении Президиуму ВЦИК. Нет сомнения, что оно будет одобрено. Извещение о расстреле должно последовать от центральной власти, до получения его от опубликования воздержитесь».

Вечером 18 июля 1918 года решение президиума Уралсовета о расстреле императора Николая II было признано правильным Президиумом ВЦИКа, а в ночь с 18 на 19 июля принято к сведению на заседании Совнаркома.

2. Определение состава участников расстрела Царской семьи

Второй важный результат следствия — определение исполнителей расстрела Царской семьи и их слуг. Следствие пришло к выводу, что непосредственными исполнителями расстрела были: Юровский Яков Михайлович (Янкель Хаимович), Никулин Григорий Петрович, Медведев (Кудрин) Михаил Александрович, Ермаков Петр Захарович, Медведев Павел Спиридонович. Кроме них в расстреле приняли участие члены команды внутренней охраны дома Ипатьева. Достоверно не установлено, кто из них участвовал в расстреле. Это могли быть: Кабанов Алексей Георгиевич, Нетребин Виктор Никифорович, Ваганов Степан Петрович и Цельмс (Цельмо) Ян Мартынович.

3. Реконструкция расстрела и сокрытия останков

Следствие, опираясь на воспоминания участников событий, материалы белогвардейского следствия, современные экспертизы с большой степенью подробности восстановило ход расстрела и сокрытия тел.

Воспоминания участников расстрела очень резко контрастируют с мифом следователя Соколова относительно действий чекистов. По версии Соколова — убийцы опытны, гениально расчетливы и практически не оставляют никаких следов, они какие-то сверхзлодеи, которые ставят чудовищные цели и легко достигают их. По воспоминаниям участников событий хорошо видно, что это не так. Продуманного плана казни и похорон у палачей не было. Перед принятием решения о расстреле они еще обсуждали и такие варианты как «зарезать всех кинжалами в постелях» или «забросать комнаты гранатами». Не были осуществлены: обдуманный подбор исполнителей, подготовка необходимых средств перевозки, разведка на местности, не были приготовлены даже лопаты. Все это выдает полнейшее отсутствие расчета и опыта, который они приобрели только со временем.

Еще до расстрела будущие палачи были в состоянии нервного возбуждения. Кабанов свидетельствует: «у всех у нас участвующих в казни нервы были напряжены до последнего предела».

16 июля и расстрел, и сокрытие тел сразу пошли не по сценарию. Машина с Ермаковым, которая должна была вывозить тела, опоздала на 1.5 часа. Только после прибытия машины Юровский разбудил Боткина и попросил всех одеться и собраться внизу. Прошло еще примерно 45 минут напряженного ожидания, и около 2 часов 15 минут ночи Царская семья встретилась со своими убийцами в подвале дома Ипатьева.

Сам расстрел неожиданно для палачей затянулся, хаотично стреляя, они не только не смогли попасть в некоторые жертвы, но и задели своих. Картина массового убийства — густой пороховой дым, лужи крови, разбитые мозги, запахи крови, мочи, стоны умирающих, — все это сильно подействовало на расстрельную команду, кто-то впал в оцепенение, Ермаков совсем озверел, несколько человек рвало.

После первых залпов были еще живы царевич Алексей, княжны Ольга, Татьяна, Анастасия, доктор Боткин и Демидова. Их сначала достреливали, а потом добивали ударами штыков и прикладов. По воспоминаниям одного из участников — «это был самый ужасный момент их смерти. Они долго не умирали, кричали, стонали, передергивались. В особенности тяжело умирала та особа (Демидова). Ермаков ей всю грудь исколол. Удары штыком он делал так сильно, что штык каждый раз глубоко втыкался в пол».

Оказалось, что на некоторых жертвах были корсеты с зашитыми в них бриллиантами, которые продлили мучения несчастных. Как только палачи увидели драгоценности, сразу же началось мародерство. Юровскому стоило больших трудов его пресечь (потом из одежды собрали около 7 кг бриллиантов).

Где находятся шахты, куда нужно было везти тела, никто не знал. К операции было привлечено слишком много лишнего народу, Ермаков привел команду верховых с пролетками, около 25 человек. Юровский злился, что вместо телег взяли пролетки, на которые неудобно грузить тела. Эта команда рабочих, приглашенных Ермаковым, была похожа на банду разбойников (Юровский называет его отряд табором), они стали возмущаться, что им не удалось поучаствовать в расстреле. Юровский отослал их подальше, опасаясь за драгоценности. Место, где все это происходило, оказалось достаточно оживленным, по Коптяковской дороге крестьяне ездили на базар, ходили на сенокосы. Хотя красноармейцы его оцепили, и отправляли крестьян обратно, количество свидетелей похорон неудержимо росло.

С большим трудом уже утром они нашли шахту. По приказу Юровского стали раздевать трупы, собирать драгоценности, сжигать одежду и обувь, и сбрасывать тела в шахту. Взорвать лед на шахте до того как скидывать туда тела они не догадались, поэтому захоронение оказалось практически на поверхности. Попытались сверху закидать шахту гранатами — безрезультатно. Таким образом, никакого тайного захоронения не получилось.

17 июля Юровский уехал докладывать обстановку в Уралсовет, где было принято решение о перезахоронении. Ему предложили использовать глубокие заброшенные шахты на 9 версте по Московскому тракту. В Екатеринбурге Юровский взял еду, добыл керосин и серную кислоту. Обратно к Ганиной яме он вернулся только в ночь с 17 на 18 июля.

Юровский вспоминал: «Извлечение трупов вышло делом не легким. К утру мы однако трупы извлекли». Медведев (Кудрин) отметил, что когда вынули тела, то оказалось что «ледяная вода шахты не только начисто смыла кровь, но и заморозила тела настолько, что они выглядели словно живые — на лицах царя, девушек и женщин даже проступил румянец».

Родзинский говорит: «Казалось бы, на этом этапе уже надо было бы решить сначала, куда и как захоронить, а уж потом меры предпринимать. А вышло наоборот. Приехали и первым делом занялись тем, что вытащили всех и сложили». «А что дальше делать? Встали. Подготовленного ничего. И не думали даже об этом. А тут, вы понимаете, уже рассветает, рядом дорога. День. На базар едут».

Попытка сжечь несколько тел не удалась, об этом свидетельствует Медведев (Кудрин): «Готового плана захоронения у ребят не было, куда везти трупы никто не знал, где их прятать — так же. Поэтому решили попробовать сжечь хотя бы часть расстрелянных, чтобы их число было меньше одиннадцати. Отобрали тела Николая II, Алексея, царицы, доктора Боткина, облили их бензином и подожгли. Замороженные трупы дымились, смердели, но никак не горели. Тогда решили останки Романовых где-нибудь закопать». Но и эта попытка не удалась, когда они выкопали яму, из-за кустов вышел местный крестьянин, который ее увидел, его может быть тут же и убили, но он оказался приятелем Ермакова.

Тогда Юровский поехал на Московский тракт смотреть те глубокие шахты, на которые ему указали. По дороге автомобиль сломался, и, прождав полтора часа, Юровский решил идти пешком. Шахты ему понравились. По дороге обратно Юровский остановил двух всадников, забрал у них лошадь и поехал в Екатеринбург. Оттуда отправил к Ганиной Яме грузовики и поехал сам. «Проехав линию железной дороги, верстах в двух я встретил движущийся караван с трупами» — вспоминает Юровский. Но до глубоких шахт чекистам доехать так и не удалось, машина все время застревала. «Меня уверили, что здесь дорога хорошая — говорит Юровский, — однако на пути было болото. Потому мы взяли с собой шпал, чтобы выложить это место. Выложили. Проехали благополучно. В шагах десяти от этого места мы снова застряли. Провозились не меньше часа. Вытащили грузовик. Двинулись дальше. Снова застряли. Провозились до 4 утра. Ничего не сделали. Время было позднее. ...Публика возилась третий день. Измученная. Не спавшая. Начинала волноваться: Каждую минуту ожидали занятия Екатеринбурга чехословаками. Нужно было искать иного выхода». «Около 4 19-го машина застряла окончательно; оставалось, не доезжая шахт, хоронить или сжечь».

Так чекисты и поступили, 9 тел они закопали в яме прямо на дороге, а 2 тела попытались сжечь и останки закопали отдельно. Юровский сообщает о том, что два трупа (царевича Алексея и фрейлины) отделили от остальных и попытались сжечь, потом под костром похоронили останки и снова разложили костер, чтобы скрыть следы ямы. Родзинский уточняет: «Нам важно, чтобы не оставалось количества 11, потому что по этому признаку, можно было узнать захоронение».

На основании совокупности данных следствие пришло к выводу, что отдельно были похоронены царевич Алексей и великая княжна Мария.

Юровский вспоминает: «Тем временем вырыли братскую могилу для остальных. Часам к семи утра яма, аршина в 2 глубины и 3 в квадрате была готова. Трупы сложили в яму, облив лица и вообще все тела серной кислотой. Забросав землей и хворостом, сверху наложили шпалы и несколько раз проехали — следов ямы не осталось. Секрет был сохранен вполне — этого места погребения белые не нашли». Медведев (Кудрин) подтверждает: «Именно здесь, под мостиком из старых шпал, — в том месте проселочной дороги на деревню Коптяки, где застряла автомашина Юровского, — в грязной болотистой яме, облитые серной кислотой, нашли достойное успокоение члены царской семьи».

Глядя на все это, становится понятным, что похороны в болотине на дороге — это не злодейская хитрость, а случайность, жест отчаяния, не спавших две ночи, смертельно уставших чекистов и красноармейцев.

Предложенная следствием реконструкция опирается на огромный фактический материал и совершенно опровергает версию Соколова о полном уничтожении останков. Заключение судебно-медицинской экспертизы содержит описание эксперимента, доказывающего, что даже для частичного уничтожения костей человека с помощью кислоты необходимы: 1. Кислота в количестве минимум в два раза превосходящая массу тела (а у чекистов было всего 182 кг). 2. Емкость для погружения тела в кислоту (у чекистов ее не было). 3. Время, минимум 4 суток (у чекистов в распоряжении было меньше суток). Поэтому очевидно, что большевики использовали серную кислоту не для уничтожения трупов, а для того, чтобы сделать их неузнаваемыми.

Что касается возможности уничтожения останков с помощью огня, то данные криминалистики говорят о том, что сожжение тела возможно только в специальной камере при температуре 860-1100°С. В обычном костре, который разжигали чекисты, температура горения составляет не более 600°С, в этих условиях кости сохраняют свою анатомическую структуру и только обугливаются. Таким образом, данные экспертизы полностью подтвердили факты, изложенные в воспоминаниях участников сокрытия тел.

4. Опровержение версии о «ритуальном убийстве»

Поскольку в русском обществе, как в России, так и в эмиграции, как сразу после убийства Царской семьи, так и в наши дни, многие церковные люди придерживались и продолжают держаться этой версии, то можно только приветствовать анализ данного вопроса. Следствие рассмотрело следующие аргументы.

Двустишье из Гейне

На стене комнаты, где произошло убийство, были написаны заключительные строки баллады Гейне «Валтасар», которые в русском стихотворном переводе звучат так:

«Но прежде чем взошла заря,
Рабы зарезали царя».

Генерал Дитерихс утверждал, что это двустишье было написано карандашом полуинтеллигентной рукой на еврейско-немецком жаргоне.

Во-первых, в письменности идиша употребляется только древнееврейский алфавит, а текст в комнате был написан на немецком языке.

Во-вторых, белогвардейское следствие не могло установить время появления надписи на стене. Дело в том, что дом Ипатьева после оставления города большевиками не охранялся, многие люди посещали дом из любопытства, брали вещи «на память». Как свидетельствует следствие — в обстановку были внесены изменения.

В-третьих, нет никаких свидетельств о том, что Гейне был связан с какими-то иудейскими религиозными течениями. Хотя он происходил из еврейской семьи, но семья эта не отличалась религиозностью. Чтобы получить доступ к адвокатской деятельности, Гейне принял крещение, но всю жизнь оставался равнодушен к религии, и на его похоронах по его просьбе не совершалось никаких религиозных обрядов.

В-четвертых, сложно представить, что эту надпись сделали убийцы, по той причине, что они названы «холопами», «рабами». Если бы они совершали некое ритуальное убийство, то должны были чувствовать себя судьями, стоящими выше монарха.

Все имеющиеся факты говорят только о том, что до начала следствия в этой комнате побывал человек, который был знаком с творчеством Гейне и владел немецким языком. Можно предположить, что это был или кто-то из белых чехов, которые свободно владели немецким языком, и для которых большевики, совершившие убийство царя, являлись «холопами», или пленный австро-венгр из охраны дома Ипатьева, который тоже владел немецким.

«Каббалистические знаки»

В апреле 1919 г. на подоконнике той же комнаты, где были написаны строки из Гейне, Соколов обнаружил цифры и знаки, которые он истолковал как «каббалистические». Из протокола осмотра комнаты, где проводился расстрел, мы узнаем, что это были четыре группы цифр. «В расстоянии полувершка от этих надписей на обоях стены такими же черными линиями написаны какие-то знаки».

До настоящего времени ни один исследователь не доказал, что эти «знаки» представляют собой осмысленную фразу и вообще имеют какое-либо смысловое значение. Скорее всего, росчерки, которые Соколов признал «каббалистическими знаками» были простой пробой пера.

Люди похожие на раввинов

Третьим фактом, по мнению сторонников «ритуальной версии», являются показания свидетелей о том, что возле Ипатьевского дома и возле места уничтожения тел Царской семьи были замечены люди похожие на раввинов, с «черными как смоль, бородами».

Присутствие при казни и сокрытии трупов людей с черными бородами вполне можно объяснить обычаем ношения бороды. Известно, что после расстрела Царской семьи и до отъезда в Москву такую бороду носил Юровский. Что же касается каких-либо других признаков «раввинов» — деталей одежды, головных уборов и прочее, то об этом нет ни слова в показаниях свидетелей.

Отчленение голов и их доставка в Кремль

Старую версию генерала Дитерихса об отчленении голов императора, императрицы и цесаревича, и доставки их в Кремль в наши дни отстаивает Петр Валентинович Мультатули в своей книге «Свидетельствуя о Христе до смерти...» вышедшей в 2006 г., украшая ее новыми «ритуальными подробностями». Заметим, что никаких доказательств этой гипотезы (кроме того, что белогвардейское следствие не нашло останков) как не было так и нет, все построено только на предположениях. Главным аргументом, разрушающим все эти домыслы, следствие справедливо считает нахождение девяти черепов в захоронении, вскрытом в 1991 г. и фрагментов двух черепов найденных в 2007 г.

Окончательный и категорический вывод следствия по всему комплексу «ритуальных» аргументов убийства Царской семьи звучит так: «принятие решения о расстреле всей царской семьи не было связано с какими-либо религиозными или мистическими мотивами».

Опровержение версии «ритуального» убийства Царской семьи — это хороший вклад в изучение чрезвычайно важного вопроса о причинах трагедии, происходившей в России в ХХ веке. Приходится констатировать, что в объяснении этих причин значительная часть церковного общества склоняется к различным идеям заговоров, причем враги Православия и России вне зависимости от названия (масоны, евреи, сатанисты, мировое правительство и т.д.) наделяются какими-то мистическими несокрушимыми силам, сопротивление которым бесполезно. Мало того, что такое упрощенное восприятие исторического процесса фактически закрывает возможность осмысления подлинных причин трагедии, но оно еще и подрывает у современных христиан всякую волю к сопротивлению злу.

5. Обнаружение и идентификация останков

Хотя определение мест захоронения Царской семьи не является заслугой следствия, но доказательная база, подтверждающая, что в 1979 г. группой Рябова — Авдонина была найдена могила 9 членов Царской семьи и их слуг, а в 2007 г. поисковиками были найдены фрагменты останков цесаревича Алексея и великой княжны Марии подготовлена следствием.

Заключение

Несмотря на все вышеперечисленные положительные результаты следствия, ряд важных вопросов остался не исследован. Видимо поэтому в сентябре 2015 года Следственный комитет России возобновил расследование по факту гибели Царской семьи. 23 сентября следователи провели эксгумацию останков Романовых, захороненных в Петропавловской крепости, и изъяли образцы останков Николая II и Александры Федоровны.

Остается надеяться, что кроме повторения генетических экспертиз, которые вряд ли дадут какие-то новые результаты, следствие закончит расследование по другим важным направлениям. Ответит на вопросы о роли министра Щелокова в поисках Рябова, о том, кто и когда прокладывал кабель по захоронению, даст объяснение малого количества останков 9 тел, сможет получить и проанализировать образцы костных останков, вывезенных Соколовым в Европу, а также продолжит поиски других мест захоронений останков царевича Алексея и великой княжны Марии.

Источник: religion@interfax.ru

Метки:

Pages: 1 2 3

Комментарии закрыты.