google-site-verification: google21d08411ff346180.html Следствие о гибели царской семьи и лиц из их окружения | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Следствие о гибели царской семьи и лиц из их окружения

Февраль 1st 2016 -

Члены дома Романовых. Царское Село. Середина 1890-х

Протоиерей Олег Митров

Введение

Вопросы гибели императорской семьи, обнаружения останков под Екатеринбургом, признания или непризнания останков «царскими» уже почти 25 лет будоражат наше общество. Для многих людей мнение Русской Православной Церкви по этим вопросам становится определяющим. Но для того, чтобы Церковь могла говорить об этом объективно, необходимо тщательное изучение исторических документов, материалов следствия, итогов научных экспертиз.


Белогвардейское следствие 1918 — 1924 гг.

Материалы белогвардейского следствия — ценнейший источник для исследования обстоятельств гибели и захоронения Царской семьи, поскольку они содержат допросы свидетелей и подозреваемых, протоколы осмотра мест событий, проведенные в ближайшее время после совершения преступления.

В ночь с 16 на 17 июля была расстреляна Царская семья, их слуги и приближенные. 17, 18 и 19 утром красные занимались сокрытием тел расстрелянных. 25 июля белые взяли Екатеринбург. 30 июля было начато следствие. Его возглавил Наметкин, но менее чем через две недели он передал следствие Ивану Александровичу Сергееву.

Царская Семья в Констанце  (Румыния, 1913 год)

Сергеев вел следствие полгода с августа 1918 г. по февраль 1919 г. Именно им были произведены основные следственные действия, доказан факт убийства всей Царской семьи и ее окружения. Сергеев не имел уже готовой концепции, под которую подгонял бы выводы, и этим выгодно отличался от третьего следователя — Соколова. Тот факт, что Сергеев так и не нашел место захоронения Царской семьи и слуг легко объясняется, обстоятельствами в которых ему пришлось вести следствие. У него не было надежных помощников, денежных средств, в условиях военного времени ценные свидетели уничтожались, вещественные доказательства (в том числе и дом Ипатьева) не были опечатаны и сохранены в неприкосновенности.

Третий следователь Николай Алексеевич Соколов вел следствие с февраля 1919 г. вплоть до своей смерти в эмиграции в 1924 г. Он пришел к убеждению, что после расстрела тела убитых были расчленены, сожжены на кострах и окончательно разрушены серной кислотой. Версия о «ритуальном убийстве», сформировалась у Соколова под влиянием руководителя следствия — генерал-лейтенанта Михаила Константиновича Дитерихса, убежденного сторонника теории «мирового заговора». Сыграло свою роль и отсутствие у Соколова опыта ведения уголовных дел, связанных с изощренными способами сокрытия трупов. Во время следствия, он не ознакомился с криминалистической литературой о кремации и не провел следственный эксперимент, проверяющий возможность полного сожжения тела на открытом огне. Соколов знал об относительно небольших размерах костров, найденных у Ганиной Ямы (вероятно, там сжигали одежду и обувь казненных), но он, будучи в плену своей версии, решил, что в этих кострах были уничтожены тела расстрелянных.

Первыми версию о сожжении тел озвучили крестьяне д. Коптяки, когда нашли кострища у Ганиной Ямы — «Государя тут жгли». Слова крестьян легли на ту дезинформацию, которую распространяли большевики. Показания других свидетелей, которые говорили о захоронении тел, а не об их сожжении, Соколов проигнорировал.

У следствия были косвенные данные, достаточные чтобы сделать предположение о месте захоронения. Несколько свидетелей говорили о долгой остановке автомобилей и телег в ночь с 18 на 19 июля 1918 г. около переезда №184. Следователю было известно, что мостик из шпал появился в эту ночь и что его соорудили «товарищи» из ограды домика сторожа переезда Лобухина. Соколов нашел этот мостик, ходил по нему, фотографировал, но до конца расследования это место так и не привлекло его внимания и раскопки там не планировались.

Представляется, что белогвардейское следствие удовлетворительно решило только часть задач — установило факт гибели всей Царской семьи и их приближенных, произвело исследования места расстрела и первоначального места захоронения тел в районе Ганиной Ямы, собрало ряд вещественных доказательств, установило и опросило свидетелей преступления.

Задачу обнаружения тел расстрелянных оба следователя решить не смогли. Но если первый, Сергеев, честно признавал это, и намеревался продолжить поиски, то второй, Соколов, принял версию о «ритуальном убийстве» и полном сожжении останков и розыск прекратил.

Публикации и воспоминания участников расстрела

В сопровождении этой ритуальной версии материалы белогвардейского следствия легли в основу эмигрантской литературы по изучаемому вопросу.

В Советской России в 20-ые годы было издано несколько статей, написанных участниками событий, но в 1928 г. после встречи организатора расстрела — Голощекина со Сталиным в СССР был наложен запрет на публикации по этой теме. Между тем ряд участников событий июля 1918 г. в Екатеринбурге оставили воспоминания, которые позволяют восстановить картину убийства и сокрытия тел. До 1992 г. эти воспоминания хранились в спецхране и не были доступны исследователям.

О захоронении трупов в болотистой яме на Коптяковской дороге под мостиком из старых шпал свидетельствовали главные участники событий: Медведев (Кудрин), Родзинский, и подробнее всех — Юровский. Именно на основании ориентиров места захоронения, описанных в воспоминаниях Юровского, была предпринята попытка поисков могилы Рябовым и Авдониным.

Поиски Рябова Г.Т. и Авдонина А.Н. 1976 — 1979 гг.

Кинорежиссера Гелия Трофимовича Рябова заинтересовала история послереволюционных событий на Урале и он, будучи в Свердловске, попросил организовать встречу с местными краеведами. Так он вышел на Александра Николаевича Авдонина, который неофициально занимался темой расстрела Царской семьи. С этой встречи сложилась группа энтузиастов, которая с 1976 по 1979 гг. изучала документы, связанные с последним периодом жизни Царской семьи и вела поиск места захоронения. Эта группа вышла на сына организатора расстрела — Александра Яковлевича Юровского, который передал Рябову копию «записки Юровского». Записка указала главный ориентир захоронения Царской семьи — мостик из шпал. Сделав топографическую съемку Ганиной Ямы и Коптяковской дороги и наложив на нее все известные из документов ориентиры, группа пришла к выводу о месте захоронения семьи Романовых.

В период с 31 мая по 1 июня 1979 г. группа Авдонина и Рябова под видом геологической экспедиции вскрыла захоронение. На глубине 30-40 см они обнаружили деревянный настил, а под ним человеческие останки. Из захоронения они изъяли три черепа, которые Рябов увез в Москву «для возможных исследований». Когда этого сделать не удалось, черепа были возвращены в захоронение.

В поисках царской могилы Рябову покровительствовал министр МВД Щелоков. Он помог получить доступ к секретной информации в архивах, помог достать точную милицейскую карту местности, дал указание сотрудникам Свердловского УВД оказывать помощь в его работе.

До сих пор нет единого мнения о роли Щелокова в этих поисках. Часть исследователей считает, что Щелоков был инициатором поисков могилы Царской семьи, по его заданию работал Рябов и его группа. Официальное следствие считает, что «Щелоков знал о поисках останков, проводимых группой Авдонина-Рябова, проявлял к этим поискам личный интерес, но официально не реагировал на обнаружение останков Царской семьи».

Следствие «личным интересом» пытается объяснить, почему высокопоставленный советский чиновник, зная, какие поиски ведет Рябов, допустил его к абсолютно секретной информации. Но это либо должностное преступление, за которое министр мог лишиться своего положения, либо спецоперация. Пока не будет дан ответ на этот вопрос, правомерно подозрение, что за этими действиями находится какая-то сокрытая от общества интрига.

Второй смущающий факт в действиях группы Рябова-Авдонина — это нарушение целостности погребения, варварский (с точки зрения археологии) способ вскрытия могилы. Эксперты, работавшие при эксгумации в 1991 г., установили, что раскопки 1979 г. нанесли серьезный ущерб целостности ямы и находившимся в ней останкам. Вскрытие захоронения происходило в спешке, без соблюдения норм археологических работ. Не было схемы раскопа, разбивки на квадраты и уровни, не велась фиксация всех находок, с описанием особенности залегания, не просеивался грунт. Таким образом, то, из чего профессиональный археолог извлек бы массу информации, было утеряно. Были повреждены сами останки, сломаны позвонки, соединявшие черепа со скелетами. Все это внесло сумбур и путаницу в дальнейшие исследования, которые начались 11 лет спустя.

Раскопки 1991 г.

10 июля 1991 г. в прокуратуру Свердловской области поступила информация об обнаружении человеческих останков в районе Старой Коптяковской дороги. Эдуард Россель, председатель Свердловского Облисполкома, приказал за один день сформировать бригаду экспертов и начать работы.

Эксгумация была проведена 11-13 июля 1991 г. Удивительно, но раскопки 1991 г. велись не многим лучше подпольного вскрытия могилы в 1979 г. На вскрытие могилы 9 человек у следственной группы ушло 3 суток и 2 часа. Это совершенно не похоже на археологические раскопки, поскольку для качественного выполнения такой работы археологам требуется как минимум несколько недель.

Единственный профессионал, принимавшего участие в эксгумации, профессор археологии Людмила Николаевна Корякова вспоминает, что во время работ постоянно «приходили и уходили» более десятка каких-то загадочных людей. «Все было организовано в спешке, без тщательной подготовки». «Разные люди, расхаживавшие по могиле, отделяя кости от скелетов и нарушая их целостность». Подобные действия вынуждали Корякову решительно протестовать.

При таком неаккуратном извлечении из земли серьезно пострадали останки. Была перепутана принадлежность части костей и костных фрагментов.

В результате раскопок были обнаружены девять скелетов со следами воздействия агрессивных веществ, а также с повреждениями костной ткани, причиненными холодным и огнестрельным оружием. Признаков одежды и обуви в захоронении обнаружено не было. Вместе с телами были найдены пули от пистолетов и револьверов, фрагменты керамических сосудов, обрывки веревки, осколки от гранат.

При раскопках было извлечено около 500 костных фрагментов. Когда их разложили, посчитали и сопоставили, то стало понятно, что для девяти тел, это очень мало. Человеческий скелет состоит из 206 костей, поэтому останки девяти жертв в идеале должны были составить 1854 единицы. Было принято решение повторить раскопки, и просеять через мелкое сито весь грунт. Из ямы было извлечено и просеяно более 20 тонн земли. В ходе этих работ было найдено еще около 300 костных фрагментов, 13 зубов, 11 пуль, фрагменты жировой ткани, веревки и керамические черепки.

Более половины останков было утрачено. Где они? Полностью исчезли под воздействием кислоты, огня и времени? Или их не нашли? Или нашли, но не сохранили? Или их нашел кто-то другой, помимо следственной группы? Эти вопросы следствие не поставило и ответов на них не дало.

Сразу стало понятно, что в могиле нет двух тел. Такая картина соответствовала воспоминаниям участников расстрела об отдельном захоронении двух человек. Одной из первоочередных задач следствия должен был стать поиск этих останков. Их обнаружение стало бы важным звеном в системе доказательств подлинности находки и могло помочь идентификации всех 11 человек, но в 90-ые годы этого не произошло.

В связи с неполнотой обнаруженных останков для следствия было очень важно получить образцы костей и земли, вывезенных Соколовым в Европу, и позднее замурованных в храме Иова Многострадального в Брюсселе, но представители РПЦЗ отказались их передать. В 1998 — 2000 году под руководством Авдонина были проведены раскопки у той же шахты, где Соколов нашел эти вещественные доказательства. Во время раскопок были обнаружены детали одежды и ювелирных украшений, три винтовочные гильзы и 62 костных объекта, идентичные тем, что были найдены Соколовым в 1919 г. Исследования показали, что все костные объекты принадлежат животным. Это позволяет предположить, что найденные кости — остатки пищи, которые выкинули в костер, но для окончательного ответа на этот вопрос нужно исследование образцов, хранящихся в Брюсселе.

Во время раскопок 1991 г. около юго-западной стороны ямы на глубине 80 см был обнаружен силовой кабель диаметром около 15 см. Глубина прокладки кабеля почти совпала с местоположением нескольких скелетов, которые лежали на глубине 90, 92 и 100 см. Кабель сильно повредил находившиеся под ним кости, перевернув и раздробив их. Получается, что целостность захоронения была нарушена не только группой Рябова-Авдонина, но, как минимум, еще и прокладчиками кабеля. Это отдельная серьезная проблема, требующая исследования, однако следствие эту проблему не рассматривало.

Метки:

Pages: 1 2 3

Оставьте комментарий!