google-site-verification: google21d08411ff346180.html Священномученик Климент, папа Римский | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Священномученик Климент, папа Римский

Декабрь 7th 2015 -

Священномученик Климент, папа Римский

Ска­зав это, они бро­си­лись друг дру­гу на шею, пла­ка­ли мно­го и лю­без­но це­ло­ва­лись. Ви­дя, как мать ра­ду­ет­ся о де­тях, ко­то­рых неожи­дан­но на­шла здра­вы­ми, и рас­ска­зы­вая друг дру­гу, ка­ки­ми Бо­жьи­ми судь­ба­ми бы­ли спа­се­ны от по­топ­ле­ния, они про­сла­ви­ли Бо­га; толь­ко об од­ном скор­бе­ли они, что ни­кто ни­че­го не знал об от­це их. По­том они ста­ли про­сить апо­сто­ла Пет­ра, чтобы он кре­стил мать их. Ра­но утром они при­шли к мо­рю, свя­той апо­стол Петр в от­дель­ном по­ме­ще­нии со­вер­шил Кре­ще­ние над Мат­фи­ди­ей и со­про­вож­дав­шей ее ста­ри­цей во имя От­ца и Сы­на и Свя­то­го Ду­ха, и, ото­слав ее с сы­но­вья­ми впе­ред се­бя в жи­ли­ще, сам по­шел дру­гой до­ро­гой. И вот на до­ро­ге встре­тил­ся ему бла­го­об­раз­ный муж, с се­дой бо­ро­дой, бед­но оде­тый, ожи­дав­ший апо­сто­ла Пет­ра, ко­то­ро­го он по­чти­тель­но при­вет­ство­вал:

– Ви­жу, что ты че­ло­век чу­же­стран­ный и не про­стой; са­мое ли­цо твое по­ка­зы­ва­ет, что ты че­ло­век ра­зум­ный: по­это­му же­лаю немно­го по­бе­се­до­вать с то­бой.

Петр на это ска­зал:

– Го­во­ри, гос­по­дин, ес­ли хо­чешь.

– Я ви­дел те­бя, – ска­зал тот, – нын­че в со­кро­вен­ном ме­сте на бе­ре­гу мо­ля­щим­ся; неза­мет­но по­смот­рев, я ото­шел и немно­го по­до­ждал те­бя здесь, же­лая ска­зать, что вы на­прас­но утруж­да­е­те се­бя мо­лит­вой Бо­гу, по­то­му что нет ни­ка­ко­го Бо­га ни на небе, ни на зем­ле, и нет ни­ка­ко­го Бо­жия про­мыс­ла о нас, но все в ми­ре этом слу­чай­но. По­это­му не увле­кай­тесь и не тру­ди­тесь мо­лить­ся Бо­гу, ибо Его не су­ще­ству­ет.

Свя­той Петр, услы­шав эти рас­суж­де­ния, ска­зал ему:

– По­че­му ты ду­ма­ешь, что все не по Бо­жье­му устрой­ству и про­мыс­лу, но слу­чай­но бы­ва­ет, и чем ты до­ка­жешь, что нет Бо­га? Ес­ли нет Бо­га, то кто со­тво­рил небо и укра­сил его звез­да­ми? Кто со­тво­рил зем­лю и одел ее цве­та­ми?

Че­ло­век тот, воз­дох­нув из глу­би­ны серд­ца, про­мол­вил:

– Знаю я, гос­по­дин, от­ча­сти аст­ро­но­мию, а бо­гам так усерд­но слу­жил, как ни­кто дру­гой; и по­знал я, что все на­деж­ды на Бо­га су­ет­ны, и нет ни­ка­ко­го Бо­га; ес­ли бы был на небе ка­кой-ни­будь Бог, то услы­шал бы вздо­хи пла­чу­щих, внял бы мо­лит­вам мо­ля­щих­ся, при­з­рел бы на го­ресть серд­ца, из­не­мо­га­ю­ще­го от пе­ча­ли. Но так как нет то­го, кто бы по­да­вал уте­ше­ние в скор­бях, то от­сю­да за­клю­чаю, что нет Бо­га. Ес­ли бы был Бог, то услы­шал бы ме­ня, в го­ре мо­ля­ще­го­ся и ры­да­ю­ще­го, ибо, гос­по­дин мой, два­дцать лет и да­же боль­ше я на­хо­жусь в ве­ли­кой пе­ча­ли, и как мно­го я мо­лил­ся всем бо­гам, как мно­го я жертв при­нес им, как мно­го про­лил слез и ры­да­ний! и ни один из бо­гов не услы­шал ме­ня, и весь труд мой был на­пра­сен.

По­сле это­го Петр ска­зал:

– По­то­му ты и не услы­шан был столь­ко вре­ме­ни, что мо­лил­ся мно­гим бо­гам, су­ет­ным и лож­ным, а не Еди­но­му Ис­тин­но­му Бо­гу, в Ко­то­ро­го мы ве­ру­ем и Ко­то­ро­му мо­лим­ся.

Так бе­се­дуя с тем че­ло­ве­ком и рас­суж­дая о Бо­ге, Петр ура­зу­мел, что го­во­рит с Фав­стом, му­жем Мат­фи­дии, от­цом Кли­мен­та и бра­тьев его, и ска­зал ему:

– Ес­ли ты же­ла­ешь ве­ро­вать в Еди­но­го Ис­тин­но­го Бо­га, со­тво­рив­ше­го небо и зем­лю, то сей­час уви­дишь невре­ди­мы­ми и здо­ро­вы­ми и же­ну, и де­тей сво­их.

Он на это от­ве­тил:

– Неуже­ли же­на моя с детьми вос­станет из мерт­вых? Я по звез­дам сам узнал и от пре­муд­ро­го аст­ро­ло­га Ан­ну­ви­о­на мне из­вест­но, что и же­на моя, и двое де­тей мо­их уто­ну­ли в мо­ре.

То­гда Петр ввел Фав­ста в жи­ли­ще свое; ко­гда тот взо­шел ту­да и уви­дел Мат­фи­дию, то ужас­нул­ся и, при­сталь­но с удив­ле­ни­ем смот­ря на нее, мол­чал. По­том ска­зал:

– В си­лу ка­ко­го чу­да со­вер­ши­лось это? ко­го те­перь ви­жу?

И по­дой­дя по­бли­же, вос­клик­нул:

– Во­ис­ти­ну моя воз­люб­лен­ная су­пру­га здесь!

Тот­час от вне­зап­ной ра­до­сти оба обес­си­ле­ли, так что и го­во­рить друг с дру­гом не мог­ли, ибо и Мат­фи­дия узна­ла сво­е­го му­жа. Ко­гда же по­след­няя немно­го при­шла в се­бя, то так ска­за­ла:

– О, лю­без­ный мой Фавст! Как ты на­шел­ся жи­вым, ко­гда мы слы­ша­ли, что ты умер?

То­гда бы­ла неопи­су­е­мая ра­дость для всех и от ра­до­сти ве­ли­кий плач, по­то­му что и су­пру­ги узна­ли друг дру­га, и де­ти узна­ли сво­их ро­ди­те­лей; и, об­няв­шись, пла­ка­ли и ве­се­ли­лись, и бла­го­да­ри­ли Бо­га. И все там быв­шие, ви­дя неожи­дан­ную их об­щую встре­чу по­сле дол­гой раз­лу­ки, про­сле­зи­лись и бла­го­да­ри­ли Бо­га. Фавст же при­пал к апо­сто­лу, про­ся Кре­ще­ния, по­то­му что ис­крен­но уве­ро­вал во Еди­но­го Бо­га, и, бу­дучи кре­щен, вос­сы­лал со сле­за­ми бла­годар­ствен­ные мо­лит­вы Бо­гу. По­том все уда­ли­лись от­ту­да в Ан­тио­хию.

Ко­гда они учи­ли там ве­ре во Хри­ста, то иге­мон Ан­тио­хий­ский узнал все о Фав­сте, его жене и де­тях, о их вы­со­ком про­ис­хож­де­нии, а так­же о при­клю­че­ни­ях их, и тот­час по­слал вест­ни­ков в Рим, чтобы из­ве­стить обо всем ца­ря. Го­су­дарь по­ве­лел иге­мо­ну, чтобы он по­ско­рее до­ста­вил в Рим Фав­ста и его се­мей­ство с боль­шой че­стью. Ко­гда это бы­ло ис­пол­не­но, им­пе­ра­тор ра­до­вал­ся их воз­вра­ще­нию, а ко­гда узнал все слу­чив­ше­е­ся с ни­ми, дол­го пла­кал. В тот же день он устро­ил в честь их пир, на дру­гой день дал им мно­го де­нег, а так­же ра­бов и ра­бынь. И бы­ли они в боль­шом по­че­те у всех.

Про­во­дя жизнь в глу­бо­ком бла­го­че­стии, тво­ря ми­ло­сты­ню бед­ным и в пре­клон­ной ста­ро­сти раз­дав все нуж­да­ю­щим­ся, Фавст и Мат­фи­дия ото­шли ко Гос­по­ду.

Де­ти же их, ко­гда Петр при­шел в Рим, под­ви­за­лись в апо­столь­ском уче­нии, а бла­жен­ный Кли­мент был да­же нераз­луч­ным уче­ни­ком Пет­ра во всех его пу­те­ше­стви­ях, тру­дах и был рев­ност­ным про­по­вед­ни­ком уче­ния Хри­сто­ва. За это Петр по­ста­вил его епи­ско­пом преж­де сво­е­го рас­пя­тия, ко­то­рое пре­тер­пел от Неро­на8. По­сле смер­ти апо­сто­ла Пет­ра, а за ним епи­ско­па Ли­на9, и епи­ско­па Ана­кле­та10, Кли­мент во вре­ме­на вол­не­ний и усо­биц в Ри­ме управ­лял муд­ро ко­раб­лем Церк­ви Хри­сто­вой11, ко­то­рая бы­ла то­гда воз­му­ща­е­ма от му­чи­те­лей, и пас ста­до Хри­сто­во с боль­шим тру­дом и тер­пе­ни­ем, бу­дучи окру­жен со всех сто­рон, по­доб­но ры­ка­ю­щим львам и хищ­ным вол­кам, лю­ты­ми го­ни­те­ля­ми, ко­то­рые ста­ра­лись по­гло­тить и уни­что­жить Хри­сто­ву ве­ру. На­хо­дясь в та­ком бед­ствии, он не пе­ре­ста­вал за­бо­тить­ся с ве­ли­ким ста­ра­ни­ем и о спа­се­нии душ че­ло­ве­че­ских, так что об­ра­тил ко Хри­сту мно­го невер­ных не толь­ко из про­сто­го на­ро­да, но да­же из цар­ско­го дво­ра, бла­го­род­ных и са­но­ви­тых, в чис­ле ко­то­рых был некто са­нов­ник Си­си­ний и нема­ло из ро­да ца­ря Нер­вы12. Сво­ей про­по­ве­дью свя­той Кли­мент в од­но вре­мя на Па­схе об­ра­тил ко Хри­сту че­ты­ре­ста два­дцать че­ты­ре че­ло­ве­ка знат­но­го ро­да и всех кре­стил; До­ми­цил­лу же, пле­мян­ни­цу свою, ко­то­рая бы­ла об­ру­че­на Авре­ли­а­ну, сы­ну пер­вей­ше­го рим­ско­го са­нов­ни­ка, по­свя­тил на со­хра­не­ние дев­ства. Сверх то­го, он раз­де­лил Рим меж­ду се­мью пис­ца­ми, чтобы они опи­сы­ва­ли стра­да­ния му­че­ни­ков, ко­то­рых то­гда уби­ва­ли за Хри­ста.

Ко­гда же его уче­ни­ем и тру­да­ми, чуд­ны­ми де­ла­ми и доб­ро­де­тель­ной жиз­нью ста­ла Цер­ковь Хри­сто­ва умно­жать­ся, то­гда го­ни­тель ве­ры хри­сти­ан­ской ко­мит Тор­ку­ти­ан13, уви­дев бес­чис­лен­ное мно­же­ство уве­ро­вав­ших во Хри­ста, на­учен­ных Кли­мен­том, воз­му­тил неко­то­рых из на­ро­да вос­стать про­тив Кли­мен­та и про­тив хри­сти­ан. Про­изо­шло вол­не­ние в на­ро­де, и мя­теж­ни­ки при­шли к епар­ху го­ро­да, Ма­мер­ти­ну, и ста­ли кри­чать, до ка­ких пор Кли­мент бу­дет уни­жать на­ших бо­гов; дру­гие же на­про­тив, за­щи­щая Кли­мен­та, го­во­ри­ли:

– Ка­кое зло сде­лал этот че­ло­век или ка­ко­го доб­ро­го де­ла он не сде­лал? Кто бы из недуж­ных ни при­хо­дил к нему, он вся­ко­го ис­це­лял; каж­дый, с пе­ча­лью при­дя к нему, по­лу­чал уте­ше­ние; ни­ко­му ни­ко­гда он не сде­лал зла, но всем – мно­го сде­лал бла­го­де­я­ний.

Од­на­ко все про­чие, ис­пол­нен­ные ду­ха непри­яз­ни, кри­ча­ли:

– Вол­шеб­ством все это он де­ла­ет, а служ­бу на­шим бо­гам ис­ко­ре­ня­ет. Зев­са не на­зы­ва­ет бо­гом, Гер­ку­ле­са, на­ше­го по­кро­ви­те­ля, на­зы­ва­ет нечи­стым ду­хом, чест­ную Аф­ро­ди­ту на­зы­ва­ет не ина­че, как блуд­ни­цей, о ве­ли­кой Ве­сте го­во­рит, что ее нуж­но сжечь; так­же и Афи­ну, Ар­те­ми­ду, Гер­ме­са, Хро­но­са же и Арея ху­лит и бес­че­стит; всех на­ших бо­гов и хра­мы их по­сто­ян­но бес­че­стит и осуж­да­ет. По­это­му пусть он или при­не­сет жерт­ву бо­гам или бу­дет на­ка­зан.

То­гда епарх Ма­мер­тин под вли­я­ни­ем шу­ма и вол­не­ния тол­пы при­ка­зал при­ве­сти к се­бе свя­то­го Кли­мен­та и на­чал го­во­рить ему:

– Ты про­изо­шел из бла­го­род­но­го ро­да, как го­во­рят все рим­ские граж­дане, но со­блаз­нил­ся, и по­это­му не мо­гут тер­петь те­бя и мол­чать; неиз­вест­но, ка­ко­го ты Бо­га по­чи­та­ешь; ка­ко­го-то но­во­го, на­зы­ва­е­мо­го Хри­стом, про­тив­но­го на­шим бо­гам. Те­бе сле­ду­ет оста­вить вся­кое за­блуж­де­ние и увле­че­ние и по­кло­нить­ся бо­гам, ко­то­рым мы кла­ня­ем­ся.

Свя­той Кли­мент от­ве­тил:

– Мо­лю твое бла­го­ра­зу­мие, по­слу­шай ме­ня, а не безум­ных слов гру­бой чер­ни, на­прас­но вос­ста­ю­щей на ме­ня, ибо хо­тя и мно­гие со­ба­ки ла­ют на нас, но они не мо­гут от­нять от нас то­го, что при­над­ле­жит нам; ибо мы лю­ди здра­вые и ра­зум­ные, они же – со­ба­ки без ра­зу­ма, ла­ю­щие бес­смыс­лен­но на доб­рое де­ло; вол­не­ния и мя­те­жи все­гда по­яв­ля­лись от нера­зум­ной и неосмыс­лен­ной тол­пы. По­это­му при­ка­жи сна­ча­ла им за­мол­чать, чтобы, ко­гда на­сту­пит ти­ши­на, мог го­во­рить че­ло­век ра­зум­ный о важ­ном де­ле спа­се­ния, чтобы мож­но бы­ло об­ра­тить­ся к по­ис­кам Ис­тин­но­го Бо­га, Ко­то­ро­му с ве­рой долж­но кла­нять­ся.

Это и мно­гое дру­гое го­во­рил свя­той, и епарх в нем не на­шел ни­ка­кой ви­ны, по­то­му и по­слал к ца­рю Тра­я­ну14 из­ве­стие, что на Кли­мен­та вос­стал на­род из-за бо­гов, хо­тя до­ста­точ­но­го сви­де­тель­ства для об­ви­не­ния его не име­ет­ся. Тра­ян от­ве­тил епар­ху, что Кли­мент дол­жен или при­не­сти жерт­ву бо­гам, или быть за­то­чен­ным в пу­стын­ное ме­сто Пон­та близ Хер­со­не­са15. По­лу­чив та­кой от­вет от ца­ря, епарх Ма­мер­тин со­жа­лел о Кли­мен­те и умо­лял его не из­би­рать се­бе са­мо­воль­но­го из­гна­ния, но при­не­сти жерт­ву бо­гам – и то­гда быть сво­бод­ным от ссыл­ки. Свя­той воз­ве­стил епар­ху, что из­гна­ния он не бо­ит­ся, на­про­тив, еще силь­нее же­ла­ет его. Та­кая бы­ла си­ла бла­го­да­ти в сло­вах Кли­мен­та, ко­то­рую дал ему Бог, что да­же епарх уми­лил­ся ду­шою, за­пла­кал и ска­зал:

– Бог, Ко­то­ро­му ты слу­жишь всем серд­цем, да по­мо­жет те­бе в тво­ем из­гна­нии, на ко­то­рое ты осуж­ден.

И, при­го­то­вив ко­рабль и все необ­хо­ди­мое, он от­пу­стил его.

Вме­сте со свя­тым Кли­мен­том от­пра­ви­лись в из­гна­ние так­же мно­гие из хри­сти­ан, ре­шив­шись луч­ше жить вме­сте с пас­ты­рем в из­гна­нии, чем остать­ся без него на сво­бо­де.

При­быв на ме­сто за­то­че­ния, свя­той Кли­мент на­шел там бо­лее двух ты­сяч хри­сти­ан, осуж­ден­ных на те­са­ние кам­ней в го­рах. К та­ко­му же де­лу был при­став­лен и Кли­мент. Хри­сти­ане, уви­дев свя­то­го Кли­мен­та, со сле­за­ми и скорб­но при­сту­пи­ли к нему, го­во­ря:

– По­мо­лись о нас, свя­ти­тель, чтобы нам сде­лать­ся до­стой­ны­ми обе­то­ва­нии Хри­ста.

Свя­той ска­зал:

– Я недо­сто­ин та­кой бла­го­да­ти Гос­по­да, спо­до­бив­ше­го ме­ня быть толь­ко участ­ни­ком ва­ше­го вен­ца!

И ра­бо­тая с ни­ми, свя­той Кли­мент уте­шал их и на­став­лял по­лез­ны­ми со­ве­та­ми. Узнав, что у них име­ет­ся боль­шой недо­ста­ток в во­де, так как им при­хо­дит­ся за шесть по­прищ16 при­но­сить се­бе во­ду на пле­чах, свя­той Кли­мент ска­зал:

– По­мо­лим­ся Гос­по­ду на­ше­му Иису­су Хри­сту, чтобы Он Сво­им по­сле­до­ва­те­лям от­крыл ис­точ­ник жи­вой во­ды, по­доб­но то­му как от­крыл жаж­ду­ще­му Из­ра­и­лю в пу­стыне, ко­гда раз­бил ка­мень и по­тек­ла во­да; и по­лу­чив та­ко­вую бла­го­дать его, – воз­ве­се­лим­ся.

И на­ча­ли все мо­лить­ся. По окон­ча­нии мо­лит­вы свя­той Кли­мент уви­дал агн­ца, сто­яв­ше­го на од­ном ме­сте и под­ни­мав­ше­го од­ну но­гу, как бы по­ка­зы­вая ме­сто. Кли­мент по­нял, что это явив­ший­ся Гос­подь, ко­то­ро­го ни­кто не ви­дит, кро­ме него од­но­го, и по­шел на то ме­сто, ска­зав:

– Во имя От­ца и Сы­на и Свя­то­го Ду­ха, ко­пай­те на этом ме­сте.

И все, став кру­гом, на­ча­ли ко­пать ло­па­та­ми, но по­ка ни­че­го не бы­ло, так как не мог­ли на­пасть на то ме­сто, где сто­ял Аг­нец.

По­сле это­го свя­той Кли­мент взял ма­лень­кую ло­па­ту и на­чал ко­пать на том ме­сте, где сто­я­ла но­га Агн­ца, и тот­час явил­ся ис­точ­ник вкус­ной чи­стой во­ды; и об­ра­зо­ва­лась из ис­точ­ни­ка це­лая ре­ка. То­гда все воз­ра­до­ва­лись, а свя­той Кли­мент ска­зал:

– Реч­ные по­то­ки ве­се­лят го­род Бо­жий (Пс.45:5).

Слух об этом чу­де рас­про­стра­нил­ся по всей окрест­но­сти; и ста­ли сте­кать­ся лю­ди в боль­шом ко­ли­че­стве, чтобы ви­деть ре­ку, неожи­дан­но и чу­дес­но об­ра­зо­вав­шу­ю­ся по мо­лит­вам свя­то­го, а так­же и по­слу­шать его уче­ния. Мно­гие уве­ро­ва­ли во Хри­ста и кре­ще­ны бы­ли в во­де от свя­то­го Кли­мен­та. Столь­ко на­ро­ду при­хо­ди­ло к свя­то­му и столь­ко об­ра­ща­лось ко Хри­сту, что вся­кий день кре­сти­лось по пя­ти­сот че­ло­век и бо­лее. В од­но ле­то на­столь­ко уве­ли­чи­лось чис­ло ве­ру­ю­щих, что да­же бы­ло по­стро­е­но семь­де­сят пять церк­вей и раз­би­ты бы­ли все идо­лы, а ка­пи­ща – во всей стране раз­ру­ше­ны, так как все жи­те­ли при­ня­ли хри­сти­ан­скую ве­ру.

Царь Тра­ян, узнав, что в Хер­со­не­се бес­чис­лен­ное мно­же­ство лю­дей уве­ро­ва­ло во Хри­ста, тот­час по­слал ту­да од­но­го са­нов­ни­ка, по име­ни Ав­фи­ди­ан, ко­то­рый по при­бы­тии под­верг мно­гих хри­сти­ан пыт­кам и мно­гих умерт­вил. Уви­дав же, что все с ра­до­стью идут на му­че­ние за Хри­ста, по­слан­ный са­нов­ник не по­же­лал бо­лее му­чить на­род и толь­ко од­но­го Кли­мен­та все­ми си­ла­ми ста­рал­ся при­ну­дить к при­не­се­нию жерт­вы. Но, най­дя его непо­ко­ле­би­мым в ве­ре и креп­ко ве­ру­ю­щим во Хри­ста, по­ве­лел по­са­дить его в лод­ку, от­вез­ти на сре­ди­ну мо­ря и там, при­вя­зав якорь на шею, по­верг­нуть в са­мое глу­бо­кое ме­сто мо­ря и уто­пить, дабы хри­сти­ане не на­шли его те­ла. Ко­гда все это про­изо­шло, ве­ру­ю­щие сто­я­ли на бе­ре­гу и силь­но пла­ка­ли. По­том два вер­ней­ших уче­ни­ка его, Кор­ни­лий и Фив, ска­за­ли всем хри­сти­а­нам:

– По­мо­лим­ся все, чтобы Гос­подь от­крыл нам те­ло му­че­ни­ка.

Ко­гда мо­лил­ся на­род, то мо­ре от­сту­пи­ло от бе­ре­га на рас­сто­я­ние трех по­прищ, и лю­ди, по­доб­но из­ра­иль­тя­нам в Черм­ном мо­ре, пе­ре­шли по­су­ху, и на­шли мра­мор­ную пе­ще­ру на­по­до­бие церк­ви Бо­жи­ей, в ко­то­рой по­ко­и­лось те­ло му­че­ни­ка, а так­же на­шли близ него и якорь, с ко­то­рым был по­топ­лен му­че­ник Кли­мент. Ко­гда вер­ные хо­те­ли взять от­ту­да чест­ное те­ло му­че­ни­ка, то бы­ло от­кро­ве­ние вы­ше­упо­мя­ну­тым уче­ни­кам, чтобы те­ло его здесь оста­ви­ли, ибо каж­дый год мо­ре в па­мять его бу­дет от­сту­пать так в те­че­ние се­ми дней, да­вая воз­мож­ность при­хо­дить же­ла­ю­щим по­кло­нить­ся. И так бы­ло мно­го лет, на­чи­ная с цар­ство­ва­ния Тра­я­на до цар­ство­ва­ния Ни­ки­фо­ра, ца­ря Гре­че­ско­го17. Мно­го и дру­гих со­вер­ши­лось там чу­дес по мо­лит­ве свя­то­го, ко­то­ро­го про­сла­вил Гос­подь.

Од­на­жды мо­ре в обыч­ное вре­мя от­кры­ло до­ступ к пе­ще­ре, и мно­го на­ро­ду при­шло для по­кло­не­ния мо­щам свя­то­го му­че­ни­ка. Слу­чай­но был остав­лен в пе­ще­ре ре­бе­нок, за­бы­тый ро­ди­те­ля­ми при ухо­де их. Ко­гда мо­ре ста­ло опять воз­вра­щать­ся на преж­нее ме­сто и уже по­кры­ва­ло пе­ще­ру, то все, быв­шие в ней, по­спе­ши­ли уй­ти, бо­ясь, чтобы и их не по­кры­ло мо­ре, и ро­ди­те­ли остав­лен­но­го ре­бен­ка так­же по­спе­ши­ли вый­ти, ду­мая, что ре­бе­нок рань­ше вы­шел с на­ро­дом. Осмот­рев­шись и ища его вез­де сре­ди на­ро­да, они не на­хо­ди­ли его, а воз­вра­тить­ся сно­ва в пе­ще­ру не бы­ло уже воз­мож­но­сти, так как мо­ре по­кры­ло пе­ще­ру; неутеш­но пла­ка­ли ро­ди­те­ли и по­шли к се­бе до­мой с ве­ли­ким пла­чем и скор­бью. На сле­ду­ю­щий год мо­ре сно­ва от­сту­пи­ло и ро­ди­те­ли ре­бен­ка при­шли опять для по­кло­не­ния свя­то­му. Взой­дя в пе­ще­ру, они на­шли ре­бен­ка жи­вым и здо­ро­вым, си­дя­щим у гроб­ни­цы свя­то­го. Взяв его, ро­ди­те­ли с неопи­сан­ной ра­до­стью спра­ши­ва­ли его, как он остал­ся жив. Ре­бе­нок, по­ка­зы­вая паль­цем на гроб­ни­цу му­че­ни­ка, ска­зал:

– Этот свя­той ме­ня со­хра­нил жи­вым, пи­тал ме­ня и все мор­ские ужа­сы от­го­нял от ме­ня.

То­гда ве­ли­кая ра­дость бы­ла у ро­ди­те­лей и у на­ро­да, при­шед­ше­го на празд­ник, и все про­слав­ля­ли Бо­га и угод­ни­ка Его.

В цар­ство­ва­ние Ни­ки­фо­ра, ца­ря Гре­че­ско­го, в день па­мя­ти свя­то­го Кли­мен­та мо­ре не от­сту­пи­ло, как бы­ва­ло в преж­ние го­ды, и бы­ло так лет пять­де­сят и бо­лее. Ко­гда же в Хер­со­не­се епи­ско­пом сде­лал­ся Ге­ор­гий бла­жен­ный, то он силь­но скор­бел о том, что мо­ре не от­сту­па­ет и мо­щи столь ве­ли­ко­го угод­ни­ка Бо­жия на­хо­дят­ся как бы под спу­дом, по­кры­тые во­дой.

Во вре­мя его управ­ле­ния епар­хи­ей при­шли в Хер­сон два хри­сти­ан­ских учи­те­ля, Ме­фо­дий и Кон­стан­тин Фило­соф, на­ре­чен­ный впо­след­ствии Ки­рил­лом18; они на­прав­ля­лись на про­по­ведь к ха­за­рам19 и по до­ро­ге рас­спра­ши­ва­ли о мо­щах свя­то­го Кли­мен­та; узнав же, что они на­хо­дят­ся в мо­ре, эти два учи­те­ля цер­ков­ные ста­ли по­буж­дать епи­ско­па Ге­ор­гия к от­кры­тию ду­хов­но­го со­кро­ви­ща – мо­щей свя­щен­но­му­че­ни­ка.

Епи­скоп Ге­ор­гий, по­буж­да­е­мый учи­те­ля­ми, от­пра­вил­ся в Кон­стан­ти­но­поль и по­ве­дал обо всем цар­ство­вав­ше­му то­гда им­пе­ра­то­ру Ми­ха­и­лу III20, а так­же свя­тей­ше­му пат­ри­ар­ху Иг­на­тию21. Царь и пат­ри­арх по­сла­ли с ним из­бран­ных му­жей и весь клир свя­той Со­фии22. При­быв в Хер­со­нес, епи­скоп со­брал весь на­род, и с псал­ма­ми и пе­ни­ем все от­пра­ви­лись к мор­ско­му бе­ре­гу в на­деж­де по­лу­чить же­ла­е­мое, но во­да не рас­сту­пи­лась. Ко­гда за­шло солн­це и се­ли в ко­рабль, вдруг сре­ди по­лу­ноч­но­го мра­ка мо­ре оза­ри­лось све­том: сна­ча­ла яви­лась го­ло­ва, а за­тем все мо­щи свя­то­го Кли­мен­та вы­шли из во­ды. Свя­ти­те­ли, бла­го­го­вей­но взяв их, по­ло­жи­ли на ко­рабль и, тор­же­ствен­но вне­ся в го­род, по­ста­ви­ли их в цер­ковь. Ко­гда на­ча­лась свя­тая ли­тур­гия, то мно­го со­вер­ши­лось чу­дес: сле­пые про­зи­ра­ли, хро­мые и вся­кие боль­ные по­лу­ча­ли ис­це­ле­ние и бес­но­ва­тые осво­бож­да­лись от де­мо­нов по мо­лит­вам свя­то­го Кли­мен­та, бла­го­да­тью Гос­по­да на­ше­го Иису­са Хри­ста, Ему же сла­ва во ве­ки. Аминь23.
При­ме­ча­ния

[1] Ок­та­виан Ав­густ – 1-й рим­ский им­пе­ра­тор по­сле уни­что­же­ния в Ри­ме рес­пуб­ли­ки, цар­ство­вал с 30 го­да по Р. Х. по 14-й по Р. Х. Ти­ве­рий, па­сы­нок его, цар­ство­вал с 14-го по 37-й г.; в цар­ство­ва­нии его по­стра­дал и при­ял крест­ную смерть Гос­подь наш Иисус Хри­стос.

[2] Аси­ей на­зы­ва­лась у рим­лян про­вин­ция, рас­по­ло­жен­ная в те­пе­реш­ней Ма­лой Азии (Ана­то­лий­ский по­лу­ост­ров), по бе­ре­гу Сре­ди­зем­но­го мо­ря в со­став ее вхо­ди­ло несколь­ко го­ро­дов с их об­ла­стя­ми; сто­ли­цей же ее счи­тал­ся Пер­гам.

[3] Го­ро­дов с име­нем Ке­са­рия или Це­за­рия в древ­нее вре­мя бы­ло мно­го. Под име­нем Ке­са­рии Стра­то­ний­ской нуж­но под­ра­зу­ме­вать па­ле­стин­ский го­род на во­сточ­ном бе­ре­гу Сре­ди­зем­но­го мо­ря, из­вест­ный бо­лее под име­нем Ке­са­рии Па­ле­стин­ской. Го­род этот по­стро­ен иудей­ским ца­рем Иро­дом на ме­сте древ­не­го го­ро­да Стра­тон и на­зван Ке­са­ри­ей в честь Ке­са­ря Ав­гу­ста (рим­ско­го им­пе­ра­то­ра Ок­та­вия Ав­гу­ста). В на­сто­я­щее вре­мя на ме­сте его од­ни толь­ко раз­ва­ли­ны, по­кры­тые ди­ки­ми рас­те­ни­я­ми.

[4] Апо­стол Вар­на­ва – один из се­ми­де­ся­ти. Па­мять его празд­ну­ет­ся 11 июня.

[5] Драх­ма – древ­не­гре­че­ский вес и се­реб­ря­ная мо­не­та цен­но­стью в 21 коп.

[6] Ан­тан­д­рос – го­род при Адра­мит­ском за­ли­ве в Ми­зии, се­ве­ро-за­пад­ной об­ла­сти Ма­лой Азии. Раз­ва­ли­ны это­го древ­не­го го­ро­да су­ще­ству­ют и по­ныне.

[7] Ла­оди­кия – глав­ный го­род древ­ней Фри­гии на за­па­де Ма­лой Азии. Ла­оди­кий­ская цер­ковь при­над­ле­жа­ла к чис­лу се­ми зна­ме­ни­тых ма­ло­азий­ских церк­вей, упо­ми­на­е­мых в Апо­ка­лип­си­се. Сей­час од­ни толь­ко раз­ва­ли­ны на од­ном невы­со­ком хол­ме, при опу­сто­шен­ном се­ле­нии Эс­ки – Гис­са­ра, слу­жат па­мят­ни­ком древ­не­го го­ро­да. В Цер­ков­ной ис­то­рии Ла­оди­кия из­вест­на по быв­ше­му там в 365-м го­ду Со­бо­ру, оста­вив­ше­му по­дроб­ные пра­ви­ла ка­са­тель­но по­ряд­ка бо­го­слу­же­ния, нрав­ствен­но­го по­ве­де­ния кли­ра и ми­рян и раз­лич­ных по­ро­ков и за­блуж­де­ний то­го вре­ме­ни.

[8] 29 июля 67 го­да.

[9] Па­мять свя­то­го епи­ско­па Рим­ско­го Ли­на (67–69 гг.), еди­но­го из ли­ка 70-ти апо­сто­лов, со­вер­ша­ет­ся 5 но­яб­ря и 4 ян­ва­ря.

[10] Свя­той Ана­клет – епи­скоп Рим­ский с 79 по 91 г.

[11] Свя­той апо­стол Кли­мент управ­лял Рим­ской цер­ко­вью с 91 по 100 г.

[12] Нер­ва – рим­ский им­пе­ра­тор, цар­ство­вав­ший с 96 по 98 г. по Р. Х.

[13] Ко­ми­та­ми (лат. сло­во) на­зы­ва­лись у рим­лян со­труд­ни­ки и сви­та пра­ви­те­лей про­вин­ции.

[14] Тра­ян – рим­ский им­пе­ра­тор с 98 по 117 г.

[15] Хер­со­нес – го­род в Та­ври­де, по­лу­ост­ро­ве Чер­но­го мо­ря (ныне Крым); на­хо­дил­ся близ те­пе­реш­не­го Се­ва­сто­по­ля. В нем при­нял хри­сти­ан­скую ве­ру рус­ский князь, рав­ноап­о­столь­ный Вла­ди­мир.

[16] По­при­ще – пер­во­на­чаль­но – ри­ста­ли­ще, ме­сто для со­стя­за­ний; за­тем это сло­во ста­ло озна­чать то же, что ста­дии, т.е. ме­ра дли­ны в 125 ша­гов.

[17] Ви­зан­тий­ский им­пе­ра­тор Ни­ки­фор цар­ство­вал с 802 по 811 г.

[18] Свя­тые Ме­фо­дий и Ки­рилл – из­вест­ные про­све­ти­те­ли сла­вян.

[19] Ха­за­ры – на­род турк­мен­ско­го про­ис­хож­де­нии, оби­тав­ший око­ло Кас­пий­ско­го мо­ря в ни­зо­вьях Вол­ги и в Пред­кав­ка­зьи. Они бы­ли ча­стью языч­ни­ка­ми, ча­стью ма­го­ме­та­на­ми, ча­стью же ис­по­ве­до­ва­ли ев­рей­скую ве­ру.

[20] Ви­зан­тий­ский им­пе­ра­тор Ми­ха­ил III цар­ство­вал с 855 по 867 г.

[21] Свя­той Иг­на­тий управ­лял Кон­стан­ти­но­поль­ской цер­ко­вью с 847 по 857 г. по­том по­сле Фо­тия с 867 по 877 г.

[22] Свя­тая Со­фия – со­бор­ный храм Кон­стан­ти­но­по­ля.

[23] Из­вест­но, что свя­тые Ки­рилл и Ме­фо­дий часть мо­щей свя­то­го Кли­мен­та взя­ли с со­бой и от­пра­ви­ли в Рим при па­пе Адри­ане II (867 г.); все же те­ло свя­то­го вме­сте с чест­ной гла­вой оста­ва­лось в Хер­со­не­се до то­го вре­ме­ни, ко­гда этот го­род был взят Рус­ским ве­ли­ким кня­зем, свя­тым Вла­ди­ми­ром. По­след­ний, при­няв в Хер­со­не­се Свя­тое Кре­ще­ние, взял с со­бой и мо­щи свя­то­го Кли­мен­та «на бла­го­сло­ве­ние се­бе и на освя­ще­ние всем лю­дям» и по­ло­жил их в Ки­ев­ской Де­ся­тин­ной Церк­ви Пре­свя­той Бо­го­ро­ди­цы. Здесь мо­щи свя­щен­но­му­че­ни­ка на­хо­ди­лись до на­ше­ствия та­тар. Ку­да де­ва­лись эти мо­щи во вре­мя та­тар­ско­го на­ше­ствия, со­кры­ты ли ве­ру­ю­щи­ми или пе­ре­не­се­ны в дру­гое ме­сто, – неиз­вест­но. Сей­час мож­но встре­тить толь­ко ча­сти­цы этих мо­щей, напр., в од­ном на­пре­столь­ном кре­сте Алек­сан­дро-Нев­ской Лав­ры в Пе­тер­бур­ге.

Иже во святыхъ отца нашего и священномуч. Климента, папы Римскаго

Посланіе первое къ Коринѳянамъ

Второе посланіе къ Коринѳянамъ

Поученіе. Священномученикъ Климентъ, епископъ римскій

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.