google-site-verification: google21d08411ff346180.html Библейский сюжет. Апостол Павел | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Библейский сюжет. Апостол Павел

Июль 12th 2010 -

Как бы ни проповедали Христа, притворно или искренно, я и тому радуюсь и буду радоваться, ибо знаю, что это послужит мне во спасение по вашей молитве и содействием Духа Иисуса Христа, при уверенности и надежде моей, что я ни в чем посрамлен не буду, но при всяком дерзновении, и ныне, как и всегда, возвеличится Христос в теле моем, жизнью ли то, или смертью. Ибо для меня жизнь – Христос, и смерть – приобретение.

Послание святого апостола Павла к Филиппийцам

В самом конце декабря 34 года, когда весь Иерусалим отмечал праздник Обновления Храма, иудеи рассеяния из Киликии и Асии, и из так называемой синагоги Либертинцев и Киринейцев и Александрийцев вступили в спор с архидиаконом Стефаном, проповедовавшим Иисуса Христа. Но не могли противостоять его мудрости и Духу, Которым он говорил, и тогда подучили некоторых сказать: мы слышали, как он произносил хульные слова на Моисея, и на Бога, и на Храм. Возбудив, таким образом, народ, старейшин и книжников, они напали на Стефана, схватили его и повели в синедрион.

Архиерей напрямую спросил апостола, признает ли он себя виновным? В ответ Стефан сам произнес обвинительную речь. Исполненный какого-то неимоверного вдохновения, так что лицо его сияло, как у Ангела, он говорил, что вся история Израиля была подготовкой к явлению обетованного Мессии, «предателями и убийцами Которого сделались ныне вы».

Ненависть, дошедшая до бешенства, искажала лица; понимая, что его не слышат, Стефан возвел очи к небу, и сказал: «Вот, я вижу небеса отверстые и Сына Человеческого, стоящего одесную Бога». Но фанатики уже дико кричали, затыкая уши, а потом единодушно устремились на него, и, выведя за город, стали закидывать камнями. Последнее, что услышала разъяренная толпа, была молитва мученика: «Господи Иисусе! приими дух мой. И не вмени им греха сего».

Палачи так разгорячились, что сняли одежды и сложили их у ног юноши по имени Савл, или Павел, по-гречески. Он был фарисеем из киликийского города Тарса, воспитанником всеми уважаемого законоучителя Гамалиила. И хотя учитель его терпимо относился к христианам и даже защищал их в синедрионе, Савл был непримирим. Он не просто одобрял убийство Стефана – зная, что у Галилеянина есть и другие последователи, этот молодой раввин стал участником страшного гонения в Иерусалиме. Он терзал Церковь, врывался в дома, влача мужчин и женщин в темницу. А когда, кроме Апостолов, на свободе никого не осталось, выпросил у первосвященника письмо в Дамаск, чтобы оттуда приводить святых на истязания.

Идя в Дамаск, среди дня на дороге я увидел с неба свет, превосходящий солнечное сияние, осиявший меня и шедших со мною. Все мы упали на землю, и я услышал голос, говоривший мне на еврейском языке: Савл, Савл! что ты гонишь Меня? Трудно тебе идти против рожна. Я сказал: кто Ты, Господи? Он сказал: «Я Иисус, Которого ты гонишь. Но встань и стань на ноги твои; ибо Я для того и явился тебе, чтобы поставить тебя служителем и свидетелем того, что ты видел и что Я открою тебе, избавляя тебя от народа Иудейского и от язычников, к которым Я теперь посылаю тебя открыть глаза им, чтобы они обратились от тьмы к свету и от власти сатаны к Богу, и верою в Меня получили прощение грехов и жребий с освященными». Деяния святых апостолов

С земли он поднялся совершенно слепым. Его отвели за руки в Дамаск в дом некоего Иуды на Прямую улицу. Три дня Савл пребывал в шоковом состоянии, не ел и не пил. А потом к нему пришел один благочестивый муж, Анания; помолившись, исцелил его и сказал: «Бог отцов наших предъизбрал тебя, чтобы ты познал волю Его, увидел Праведника и услышал глас из уст Его, потому что ты будешь Ему свидетелем пред всеми людьми о том, что ты видел и слышал». В тот же день Павел принял крещение.

Новый мистический опыт перевернул его сознание. Получив самое лучшее богословское образование, какое только можно было получить в Израиле, он был уверен, что уничтожает опасную ересь, а оказалось, что боролся с Богом. Он нуждался в новом понимании Писаний, но местные христиане были подготовлены значительно хуже него, к Апостолам он идти не решался, а его прежние учителя сами были слепы. И он уходит в Аравию, в пустынные места, чтобы в уединенной молитве задать все волнующие его вопросы Самому Богу.

Вернувшись в Дамаск, Павел тотчас стал проповедовать в синагогах об Иисусе, что Он есть Сын Божий. Иудеи были в полном замешательстве. Говорили, что этот человек мучил людей, заставляя их отречься от Иисуса, и всякий раз подавал голос, когда их приговаривали к смерти. И вот такие речи… Посылали запросы в Иерусалим, там было не до них, а время шло, и уверовавших во Христа становилось в Сирии все больше. Наконец, иудеи сговорились Савла убить, подбили областного правителя и подстерегали его у городских ворот круглые сутки, так что ученики были вынуждены ночью спустить его из окна по стене в корзине.

Он продолжил проповедовать в Иерусалиме. Но тут люди, прекрасно помнившие его прежние подвиги, вообще не могли поверить своим ушам. При этом иудеи покушались на него, а свои боялись, думая, что его обращение может быть частью какого-то вероломного плана. Через две недели Петр отправил его на родину.

Тарс был одним из выдающихся центров эллинистической культуры. Тут был университет, процветала философия, поэзия, торговля и спорт. В детстве все это мало интересовало Савла. (Его отец, хоть и был состоятельным римским гражданином, но жил мечтой об Израильском царстве – сына назвал в честь первого еврейского монарха Саула и отправил учиться на Святую Землю, там же выдал замуж и свою дочь.) Но теперь, зная, что ему предстоит просвещать язычников, Павел всерьез занялся изучением их мира.

Один из первых сюрпризов преподнес ему Эсхил. В трагедии «Агамемнон» он нашел старинную греческую поговорку «идти против рожна». Господь не мог случайно упомянуть ее. Павел стал читать еще усерднее и открыл, что в поздних произведениях великий трагик поднялся до небывалых для его эпохи вершин эллинского богословия – пришел к идее единого высшего Божества.

Это был ключ к непросвещенным душам; форма, доступная для понимания Истины. Мысль о том, что и язычникам было отчасти доступно дохристианское откровение – стала для Павла близкой и дорогой. У Аристотеля, Менандра, Вергилия он находил места, просто кричащие о Господе; у стоиков, а их философия была самой популярной в Риме, – удивительные понятия о нравственности. Их терминами «добродетель» и «целомудрие» он станет часто пользоваться для разъяснения христианских богословских понятий. Но, может быть, самое сильное впечатление произвели на Павла предсмертные слова Сократа, записанные Платоном.

Знайте и помните, это я утверждаю без колебаний, решительнее, чем что бы то ни было в подобном же роде! Я полон радостной надежды, что умерших ждет некое будущее и что оно, как гласят и старинные предания, неизмеримо лучше для добрых, чем для дурных. Такое убеждение и должно составиться у подлинных философов, и вот что приблизительно могли бы они сказать друг другу: «Словно какая-то тропа приводит нас к мысли, что, пока мы обладаем телом и душа наша неотделима от этого зла, нам не овладеть полностью предметом наших желаний. Предмет же этот, как мы утверждаем, – Истина». Из диалога «Федон»

Лет семь Павел провел в Тарсе, лишь изредка проповедуя в Сирии и родной Киликии. Но слава о нем росла, и, наконец, его энциклопедический ум и миссионерский опыт были востребованы. В Антиохии – крупнейшем, после Рима и Александрии, городе Империи – возникла большая община людей, крестившихся прямо из «эллинства». Они горели такой любовью ко Христу, что именно их стали впервые называть христианами, но при этом совершенно не знали ни Закон, ни Пророков. Тогда и вспомнили о Трасянине.

Первое впечатление на антиохийцев Павел произвел небольшое: рост ниже среднего, круглые ноги, лысая голова и большой горбатый нос под сросшимися бровями. К тому же он выглядел застенчивым и совершенно больным, часто и много страдавшим, возможно, от приступов падучей. И только глаза этого человека сияли какой-то могучей силой.

Вскоре в него влюбились все: проповедник милостью Божией, Павел потрясал греков эрудицией, острым умом, глубиной мысли, предельной экспрессивностью речи, широтой взглядов, а главное – сердца. Ему было всего-то около тридцати, но в нем уже угадывалось что-то отеческое. Было видно, что каждый шаг его жизни продиктован служением Христу и бесконечным желанием делиться Его Любовью.

Примерно, через год, весной сорок пятого, Господь послал Павла в первый миссионерский поход. Для Тарсянина наступили времена, о которых позднее он будет вспоминать так: «От Иудеев пять раз дано мне было по сорока ударов без одного; три раза меня били палками, однажды камнями побивали, три раза я терпел кораблекрушение, ночь и день пробыл во глубине морской; много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратиями, в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе».

Но это же был и его звездный час. Так же ревностно, как раньше Савл гнал Церковь, теперь он ее насаждал. И если до Павла членами христианских общин были практически одни иудеи и небольшая часть язычников, обращенных в Израильскую веру, то теперь заповедь Господня стала полностью воплощаться в жизнь: «Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа».

Античную философию во времена апостольские делили на до- и после-Сократовскую. Первого афинского мудреца называли пророком. Его считали образцом нравственности, а его казнь – позорной трагедией. Павла греки нередко сравнивали с ним. Как и Сократ, он проповедовал на рынках и площадях, был всегда окружен учениками, с которых никогда не брал деньги, лично вообще был очень скромен, везде, где только можно, воспевал свободу и всей своей жизнью утверждал то, чему он учил других.

Наверное, апостол улыбался. Но отвечал, что прозрения великих эллинов были лишь лучинкой в темноте, а теперь в мире сияет свет Христов. И если Сократ говорил «я знаю только то, что я ничего не знаю», то Павел произносил эту фразу так:

Знание надмевает, а любовь назидает. Кто думает, что он знает что-нибудь, тот ничего еще не знает так, как должно знать. Но кто любит Бога, тому дано знание от Него. Первое послание святого апостола Павла к Коринфянам

Во время второго миссионерского похода, в Троаде, это было уже году в пятидесятом, было ночью видение Павлу: предстал некий муж, Македонянин, прося его и говоря: приди в Македонию и помоги нам. В то же утро он сел со спутниками на корабль и переплыл из Малой Азии в Европу. Первым европейским городом, в который вступил апостол, стали Филиппы. Цветущий при отце Александра Великого, теперь он стал небольшой римской колонией, населенной ветеранами имперских войн. И хотя бывшие солдаты давно перековали мечи на орала, здесь царила армейская строгость и дисциплина. Вероятно, это порадовало Павла – его ремеслом было изготовление походных палаток, и он привык иметь дело с военными. Как всякий фарисей он зарабатывал на хлеб своими руками и любил приговаривать: «Кто не хочет трудиться, тот и не ешь!»

Дождавшись субботы, апостол по обыкновению отправился благовествовать иудеям, но нашел лишь нескольких женщин у реки, согласившихся его послушать. И только одна из них, приезжая купчиха Лидия, уверовала и пригласила путников к себе. Вскоре крестились и все ее домашние. Павел же продолжал ходить к реке в молитвенный дом.

Однажды им встретилась одна одержимая служанка, которая через прорицание доставляла большой доход своим господам. Идя за Павлом и его товарищами, она кричала: «Сии человеки – рабы Бога Всевышнего, которые возвещают нам путь спасения». Так продолжалось много дней, пока у апостола не кончилось терпение, и он именем Иисуса Христа не выгнал из нее беса. Хозяева, видя, что понесли убытки, схватили Павла и его друга Силу и, оклеветав, предали воеводам. Проповедников избили палками и бросили в темницу, забив ноги в колоду.

В полночь, когда Павел и Сила благодарили Бога за то, что удостоились чести пострадать за Него, случилось землетрясение. Двери в темницу отворились, а темничный страж, проснувшись и думая, что узники бежали, хотел покончить с собой, но… вместе со всеми домочадцами стал христианином. А потом и другие мужчины.

Церковь в Филиппах стала местом, где Павел отдыхал душой. Где бы он ни был, он всегда молился о ней, только от филиппийцев принимал деньги, и, пожалуй, самое светлое послание направил им. Из римских уз, ожидая суда Цезаря, который может закончиться для него гибелью, он пишет им о смирении Христа и утешает напоминанием о смерти Сократа, отказавшегося бежать из темницы и назвавшего смерть удивительным приобретением.

Мужи афиняне! От смерти уйти нетрудно, а вот что гораздо труднее – уйти от нравственной порчи, потому что она идет скорее, чем смерть. И вот я, человек тихий и старый, настигнут тем, что идет тише, а мои обвинители, люди сильные и проворные, тем, что идет проворнее. И вот я, осужденный вами, ухожу на смерть, а они, осужденные Истиною, уходят на зло и неправду; и я остаюсь при своем наказании, и они – при своем. Так оно, пожалуй, и должно было случиться, и мне думается, что это правильно. А кто из нас идет на лучшее, это ни для кого не ясно, кроме Господа. Платон. Апология Сократа

Вскоре после Филипп Павел пришел в Афины. Город переживал упадок и был полон самыми гнусными проявлениями язычества, казалось, давно отжившими в большей части Рима. Дух апостола был глубоко возмущен, но все же он не оставил миссии. В синагоге толковал Писание, на площади спорил с эпикурейцами и стоиками.

Наконец, его позвали в ареопаг и спросили: «Можем ли мы знать, что это за новое учение, проповедуемое тобою? Ибо что-то странное ты влагаешь в уши наши». И, став посреди суда, Павел сказал: «Мужи афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам».

Вот оно: ледяное, сытое, самодовольное равнодушие в глазах. Это оно убило здесь Сократа; и сейчас убило бы всякого, кто предпочтет ему Истину; когда-нибудь убьет и самого Павла. Может, это была самая тяжелая минута в жизни пророка, но он продолжал говорить. И продолжал фразой из речи убитого на его глазах Стефана: «Бог, сотворивший мир и всё, что в нем, не в рукотворенных храмах живет. От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитанию, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его и не найдут ли, хотя Он и недалеко от каждого из нас: ибо мы Им живем и движемся и существуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили: «мы Его и род». Итак, оставляя времена неведения, Бог ныне повелевает людям всем повсюду покаяться, ибо Он назначил день, в который будет праведно судить вселенную, посредством предопределенного Им Мужа, подав удостоверение всем, воскресив Его из мертвых».

Услышав о воскресении, одни насмехались над апостолом, а другие говорили: ну, об этом послушаем тебя в другой раз. И только некоторые мужи, пристав к нему, уверовали.

Живите достойно благовествования Христова, подвизаясь единодушно за веру Евангельскую, и не страшитесь ни в чем противников: это для них есть предзнаменование погибели, а для вас – спасения. И сие от Бога, потому что вам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него таким же подвигом, какой вы видели во мне и ныне слышите о мне. Послание святого апостола Павла к Филиппийцам

Метки:

Комментарии закрыты.