google-site-verification: google21d08411ff346180.html «Благодаря Харьковскому Собору Украинская Православная Церковь вырвалась из крепких объятий государственной власти» | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

«Благодаря Харьковскому Собору Украинская Православная Церковь вырвалась из крепких объятий государственной власти»

Июнь 25th 2010 -

Игумен Феодосий (Снигирев), настоятель Свято-Владимирского духовно-просветительского Центра

— Отец Феодосий, близится празднование 15-летия Харьковского Собора Украинской Православной Церкви, почему так много внимания этому событию?

— Внимания много, потому что Собор действительно был уникальным и судьбоносным. Он ознаменовал собой новую эпоху — эпоху церковной свободы в Украине. Впервые после многих десятилетий тотального госконтроля, Собор состоялся не только без ревизии со стороны светских властей, но и вопреки их воле. Благодаря Харьковскому Собору Украинская Православная Церковь вырвалась из крепких объятий государственной власти, перестала быть заложницей идеологии правящего политикума. Думаю, будущим поколениям еще предстоит в полной мере оценить его значимость в истории Отечественной Церкви.

— Наверное, такой разрыв происходил не гладко?

— Конечно. Вместе с тяжким ярмом светского давления, Церковь освобождалась и от его олицетворителя — бывшего митрополита Филарета (Денисенко), который ко времени Харьковского Собора за хулу на соборный разум Церкви уже был запрещен в Предстоятельском служении (Св. Синод от 6–7 мая 1992 г.). Именно эта фигура и стала орудием в последнем бою за контроль постсоветского режима над Украинской Православной Церковью.

Когда только началась подготовка к Собору, архиереи стали подвергаться запугиваниям и прямым угрозам. Все понимали, что угрозы не безосновательны, ведь связи митрополита Филарета с политическими структурами и соответствующими государственными службами ни для кого не были секретом. Можно было ожидать любых провокаций. Тем более все помнили события первого инсценированного Софийского побоища. Тем не менее, вопреки давлению и шантажу, Собор состоялся, хотя и не в Киеве, а в Харькове. В нем приняли участие 17 епископов Украинской Православной Церкви (и два отсутствовавших епископа заочно выразили свое согласие с решениями Собора). Филарет же, будучи неоднократно приглашен, не явился. Течение Собора прерывали телефонные звонки из администрации президента Кравчука с требованием не принимать не согласованных с ним решений. Но у владык хватило стойкости и мужества не поддаться шантажу и вывести церковный корабль из болота политической зависимости. Было принято решение о снятии митрополита Филарета с должности Предстоятеля и запрещении его в священнослужении. На альтернативной основе был избран новый Предстоятель митрополит Владимир (Сабодан), вот уже 15 лет возглавляющий Украинскую Православную Церковь.

Почувствовав, что Церковь уходит из-под влияния, госноменклатура употребила все усилия для противодействия этому процессу. Президиум Верховной Рады (не смотря на запрет закона «о свободе совести» на вмешательство государства во внутренние дела Церкви) издает заявление о «незаконности» Харьковского Собора, президент Кравчук заявляет, что ничего не знал о проведении Собора (хотя сам пытался влиять на ход его решений), а поэтому не признает его легитимности. Совет по делам религий при Кабинете Министров так же заявил о непризнании Харьковского Собора. Тем не менее, корабль уже ушел. Очень хочется, чтоб к этой пристани он не вернулся больше никогда.

— Насколько вообще нужно церковному Собору признание правителей мира сего?

— Настолько же, насколько государственному аппарату нужно утверждение своих решений церковной иерархией. Вам приходилось слышать, чтоб чиновники обращались к Церкви за таким утверждением? Вряд ли. Дело в том, что у Церкви и у государства разные сферы ответственности перед Богом. Церковь просвещает людей Евангелием, преподает таинства, ведет людей по пути спасения. Государство же заботится о мире, достатке и земном благополучии своих граждан. Естественно, Церковь и государство должны взаимодействовать в благих делах, но это не дает права какой-либо из сторон оказывать давление или подчинять себе другую. Поэтому правдивость решений церковного Собора, конечно же, не «утверждается» светской властью, а свидетельствуется самим Божиим народом и признанием православного мира.

Такое одобрение Харьковского Собора не заставило себя долго ждать. Его решения были восприняты православным народом как начало эры церковной свободы в Украине (вспомните хотя бы многотысячную встречу нового Предстоятеля на вокзале в Киеве). Они подтвердились Поместным Собором УПЦ, епархиями, всеми Лаврами и монастырями, всем церковным людом. Законность и каноничность решений Харьковского Собора была также письменно подтверждена Предстоятелями всех Поместных Православных Церквей.

— И как отреагировали на это органы власти?

— Им пришлось смириться, оставить наконец-то Церковь в относительном покое. Хотя была еще и информационная блокада, и попытки политического давления, но все это теперь происходило «извне». В своем доме Украинская Православная Церковь начала дышать свободно.

В это же время в противовес Церкви, при участии президента Кравчука, был создан церковный «клон» — виртуальная структура под названием «УПЦ киевский патриархат». Образованный для обслуживания идеологических заказов политической элиты, «киевский патриархат» с этой задачей более и менее справляется, причем при всех режимах, меняя только политический окрас. Здесь трудоустроился и лишенный сана бывший митрополит Филарет, обрядившись в тогу «мученика» и прихватив с собой церковную кассу. Эта параллельная Православной Церкви структура была зарегистрирована с нарушением законодательства и существует до сих пор, пытаясь подменить собой Церковь, где возможно. Время от времени она получает от чиновников в подарок церковную собственность, отнятую большевиками у настоящей Церкви, а также промышляет разбоем, захватывая силой действующие православные храмы.

Печально конечно, что за эти 15 лет многие наши малоцерковные соотечественники начали путаться, где настоящая Церковь, а где фальшивка. Хотя радует, что в большинстве случаев это лишь на первых шагах к Богу. Ведь постепенно, становясь религиозным, человек начинает ощущать Божественную благодать и его становится сложнее обмануть. Для иллюстрации посетите во время воскресной литургии два городских храма: настоящий и раскольничий — здесь густо, а там пусто. Особенно очевидна разница, если храмы стоят рядом. Сердце верующего человека не обманешь, оно ищет благодати, а не идеологии. Киевляне знают, как опустели службы Владимирского собора после раскола. Хотя туристы и малорелигиозные горожане заходят — поглазеть, свечку поставить...

В селах, конечно, ситуация бывает сложнее. Жили люди десятилетиями без храма, а тут приезжает из Киева человек в рясе, иногда даже с бородой, начинает «служить», поминать «патриарха Филарета», или «патриарха Моисея», или еще кого-нибудь из этой братии. Как людям сразу разобраться, что это аферист? Несут они свои пенсии такому «священнику», который и Символ веры зачастую не знает, слушают раскольничью пропаганду, приглашают его на крестины и на похороны. А со временем с удивлением узнают, что их дети остались некрещеными, родители ушли в вечность без церковного отпевания, брак их не освятился настоящим церковным венчанием.

Особенно печально, когда обманутые люди узнают об этом за границей, в православных странах. Когда на Кипре, или в Греции, Грузии, на Святой земле им объясняют, что их не могут причастить, что они не крещены, что венчание их безблагодатно и недейственно. Наши обманутые соотечественники пытаются объяснить зарубежному духовенству все то, что им тут вешали на уши автокефальные «батюшки». Но с удивлением узнают, что у Православия свои духовные законы и правила, которые не совпадают с правилами религиозных мошенников. Совсем недавно одна знакомая мне грузинская семья, вернувшись на родину, в Грузию, по настоянию духовенства вынуждена была по-настоящему крестить своих детей, до этого «крещенных» в «киевском патриархате». А, находясь в Киеве, они и слушать не хотели, что их дети не крещены.

Но об этом отдельный разговор, мы немного уклонились от темы.

— Отец Феодосий, а как развивались отношения Православной Церкви и государственной власти после событий Харьковского Собора?

— Отношения всегда были неоднозначными, варьировались от напряженных до относительно спокойных. Вообще, историю Украинской Православной Церкви в последние 15 лет без преувеличения можно назвать сложной, а иногда и трагической. Как уже говорилось, была и информационная блокада, и политическое давление, и организованная травля православных в Украине. Остается много проблемных нерешенных вопросов и сейчас, как на уровне законодательной, так и исполнительной власти. Подробно и доходчиво о вехах новейшей истории нашей Церкви можно прочесть в книге архимандрита Александра (Драбинко) «Православие в посттоталитарной Украине». Еще есть замечательный сборник документов и публикаций по этой теме, изданный под редакцией В. Анисимова.

— А какими в идеале должны быть отношения Церкви и государства?

— На этот вопрос отвечу словами Блаженнейшего Митрополита Владимира – симфонии между Церковью и государством, о которой так часто говорят и к которой многие призывают стремиться, думаю, быть не может. В современном мире это утопия. На мой взгляд, фундамент идеальных отношений — это невмешательство государства во внутрицерковные дела и отстраненность Церкви от управления государством. Эти положения прописаны в нашем законодательстве. Так что остается к этому базису добавить еще две составляющих. Первая: Церковь содействует государству в деятельности, не противоречащей принципам веры и нравственности — и это действует уже сейчас, если, конечно, Церковь допускают к такому участию. Вторая составляющая: государство содействует (или хотя бы не мешает) Церкви в осуществлении ее миссии на земле. Так в идеале.

— Вы говорите, что Церковь не должна участвовать в управлении государством. А к этому можно отнести участие в политической деятельности?

— Смотря, что понимать под политической деятельностью. Вы, наверное, имеете в виду предвыборную агитацию? Последние пару лет это самая больная тема. Конечно же, Церковь не должна этим заниматься, она этим и не занимается. Обратите внимание, даже в самые политически напряженные времена, Обращения Предстоятеля и Священного Синода к пастве по поводу ситуации в стране имели крайне взвешенный характер и исключительно духовное содержание. Зачем далеко ходить? Сравните последнее Обращение к народу Блаженнейшего Митрополита Владимира по поводу нынешнего кризиса в стране с Обращением (совместным) лидеров ряда других конфессий по тому же поводу. В первом — взгляд на ситуацию с духовной точки зрения, призыв к разрешению кризиса в духе мира, любви и взаимоуважения. Во втором — открытый призыв занять политическую позицию одной из сторон.

Таким образом, официальная позиция Церкви всегда политически нейтральна, Украинская Православная Церковь не принимает чью-либо сторону в политических конфликтах и не «благословляет» верующих голосовать за того или иного кандидата, ту или иную партию. Это важно — ведь церковный народ не должен быть разорван по политическому шву.

Другое дело, что члены Церкви, в том числе и священнослужители, как граждане государства, не всегда политически нейтральны. Иногда они имеют очень активную гражданскую позицию. Этого права у них не отнять, оно гарантировано Конституцией. Именно эта гражданская позиция некоторых священнослужителей, а вовсе не позиция Православной Церкви, в условиях предвыборного ажиотажа преподносится антицерковными СМИ как вмешательство Церкви в предвыборную кампанию... При этом, как обычно, такие СМИ играют «в одни ворота». Во время выборов 2004 года, например, на Украинскую Православную Церковь было вылито беспрецедентное количество информационной грязи лишь за то, что некоторые священнослужители посмели озвучить на публике свою гражданскую позицию, не согласную с политвкусами владельцев этих медиаресурсов. В это же время многие другие украинские конфессии, причем в лице своих лидеров, спокойно занимались настоящей политагитацией, в том числе с амвонов и площадей. И на это никто не обратил внимания, СМИ это нисколько не смутило.

— Так можно ли священнику высказывать свою позицию во время выборов? Как поступает духовенство в Вашем храме?

— По моему глубокому убеждению, священник, имея свои политические предпочтения, никогда не должен забывать о том, что его активная позиция в этой сфере может смутить прихожан с противоположными политическими взглядами. А если они слабы в вере, и не способны отличать в священнике земное от небесного? Такого человека можно просто отпугнуть от Церкви. А каждая душа ценнее всего мира. Поэтому, ни при одной из политических лихорадок, сотрясавших нашу страну в последние несколько лет, в нашем храме с амвона не было произнесено ни одного политического призыва или суждения. Более того, я требую от прихожан все разговоры о политике оставлять за церковной оградой. А если в ком-то из верующих политический азарт разрушает духовное равновесие, то советую воздержаться на время от этого увлечения. И это не из-за того, что мне безразлично, что происходит вокруг. Я патриот своей страны, коренной киевлянин, и переживаю за Украину, ее настоящее и будущее не меньше других. Но мой долг священника — сохранить мир и духовное единомыслие в пастве, показать людям, что главное, а что второстепенное в жизни христианина. Поэтому высказывать свои политические взгляды могу лишь, если меня об этом спрашивают в частном порядке. И то, если вижу, что человеку действительно нужно знать мое мнение, нужен совет, а не просто повод для дискуссии.

— А какие общие советы можно дать верующему человеку, небезразличному к политике? Как православному христианину исполнять свой гражданский долг, не согрешив, не навредив Церкви и Родине?

— Главный совет — быть внимательным и ответственным в своих политических предпочтениях, особенно, когда речь идет о выборах. Каждый христианин должен понимать, что за свой голос, как и за любое слово, он даст ответ перед Господом (Мф. 12; 36). Поэтому надо семь раз отмерить, один отрезать. Как отмерять? Православный человек, прежде всего, должен смотреть на отношение политика (или политической силы) к Православной Церкви. Это отношение о многом может сказать. Причем следует помнить, что не по словам, а по плодам узнают человека (Мф. 7; 16). Сегодня с трудом отыщешь политика, который бы не декларировал на каждом углу свою веру в Бога и не красовался бы со свечкой в руках перед объективами телекамер. Поэтому смотрите, какими делами человек проявляет свое отношение к Церкви. Тем более что все наши публичные люди уже по десятку лет на политической арене, поэтому можно сравнивать не предвыборные обещания, а конкретные дела. Использует ли политик свое богатство на строительство храмов и благотворительность, или только говорит о своей любви Церкви; будучи при власти, оказывает законодательную и иную поддержку Православной Церкви, или только обещает это перед выборами; с горечью переживает нашествие сект и расколов, или выступает на их стороне. А действенное отношение политика к Церкви – лакмусовая бумажка для избирателя: если он, или его политическая сила, на церковной стороне, то можно быть спокойным и за искренность их намерений улучшить жизнь страны в целом. А если религиозность им нужна только для заигрывания с электоратом, ничего хорошего не жди. Так что будьте бдительны. Меньше слушайте что говорят, больше смотрите на дела. Поступая так, будем иметь достойную власть, благоденствие, мир и Божие благословение.

Беседовал Дмитрий Пухкан
еженедельник «Православный Печерск» №11 (132)

Метки: ,

Оставьте комментарий!