google-site-verification: google21d08411ff346180.html Когда мы служим своим больным детям – это тоже богослужение | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Когда мы служим своим больным детям – это тоже богослужение

Апрель 8th 2016 -

Степан Подготовил

Тяжелая хроническая болезнь ребенка – испытание для родителей. В период отчаяния им кажется, что мир рушится. Как справиться с депрессией? Как утешить страдающего ребенка?

протоиерей Владимир Новицкий

Об этом на встрече с родителями детей-инвалидов в Марфо-Мариинской обители (Москва) говорил врач-психиатр, протоиерей Владимир Новицкий, отец ребенка с ДЦП.


Нам всем надо успокоиться

– Господь говорит: просите – и дастся вам, стучите – и вам отворят, ищите – и найдете. Господь все дает, но и от нас требуется активность. Потому что вера – это состояние не пассивное, а активное. Вера – это не умозрительное знание, что есть Бог, это общение, отношения с Богом. Вот как мы друг с другом можем общаться, друг другу радоваться, друг без друга скучать, друг от друга что-то терпеть, – вот так надо научиться и с Богом нам общаться, любить Его, радоваться Ему, благодарить Его, терпеть, когда Он какие-то уроки нам дает – порой трудные уроки, скорбные. Но все это – от Него. И когда мы помним, что все – от Него, и вся жизнь наша – от Него, и все наши радости – от Него, и наши скорби – тоже от Него, и наши дети – тоже от Него, и мы тоже – от Него, вот тогда становится легче.

Трудно, когда мы пытаемся жить своей жизнью. Не Божьей, а своей. Помните, как в притче о блудном сыне, когда человек захотел жить своей жизнью, взял часть имения отца, ушел в далекую страну и там все расточил? И так бывает у нас, потому что хочется по-своему на все смотреть, хочется получать удовольствие от жизни свое, хочется своих утешений, хочется по-своему преодолеть скорби, хочется по-своему преодолеть болезни. Но, если все принадлежит Богу, значит, надо поставить такой вопрос: а что хочет от меня Господь? Почему Он поставил меня в такую трудную ситуацию? Что хочет Господь, чтобы я сделал? Что хочет Господь, чтобы я думал? Что хочет Господь, чтобы я сказал?

Эти вопросы очень сложные, конечно. Вот я сегодня служил литургию, и мы читали Евангелие о том, как Господь говорит: «Старайтесь не о пище тленной, а о пище, которая возводит вас к жизни вечной». Вот «пища тленная» – это не только обычная еда, которую мы едим, это – обычные наши желания человеческие, это обычное насыщение нашей жизни, обычное ее человеческое содержание. Все это нужно, и нам хочется есть, и нам хочется спать, и нам хочется радости человеческой, человеческого утешения. Но все это только отчасти наполняет душу, все это только отчасти поддерживает.

Если мы питаемся только одной пищей тленной, то рано или поздно она закончится, мы опять проголодаемся и опять будем жаждать. Чего-то нового, чего-то другого. А закончится все смертью. Если мы питаемся пищей вечной, благодатью Божьей, то мы переходим от смерти к жизни. И какой признак в нас жизни вечной?

Во-первых, смирение, когда, наконец, воля Божия для нас становится главнее нашей воли. Иногда бывает так: вот человек старается лечить больного ребенок, пытается то сделать, это попробовать. Трудно, скорбно в душе, мы все время находимся в ожидании. И кажется, как будто бы жизнь настоящая начнется тогда, когда будет полегче, когда мы справимся с каким-то симптомом или синдромом, когда мы преодолеем какой-то новый барьер, когда вот-вот станет лучше – вот тогда-то мы заживем, а сейчас мы не живем будто бы, мы ждем. Вот это – неправильно. Неправильно.

Нужно всегда жить сейчас, настоящим временем. Нужно питать себя не разными мыслями, ожиданиями и так далее, а питаться сейчас пищей вечной, благодатью Божьей. Потому что важен не результат, который будет когда-либо, а важно, как мы живем и чем наполнена наша жизнь.

Надо всегда помнить, что жизнь наша очень коротка, и дни проходят за днями, месяцы за месяцами, годы за годами. И когда человек становится постарше, то особенно чувствуется: быстрее и быстрее все летит. Но если мы стараемся жить вечностью, стараемся ставить Бога на первое место в жизни, стараемся достучаться до Него, научиться любить и общаться с Ним – тогда мы начинаем питаться вот этой самой пищей, которая возводит нас в жизни вечной. И тогда мы успокаиваемся. Перестает быть в нашей жизни суета, вот эта паника: что делать, ничего не получается, никак мы не дождемся, когда же будет улучшение, когда же, наконец, нам или Бог поможет или люди помогут, когда же, наконец, болезнь эта пройдет.

Ведь эта паника нам перекрывает всякую радость – вот эта тревога, страх, ожидание постоянное. Поэтому надо помнить, какой пищей мы должны питаться прежде всего. Господь сказал: «Ищите прежде всего Царства Небесного и правду его, а все остальное приложится вам». Поэтому главная задача для нас с вами – это найти содержание нашей жизни, не потерять себя.

Если мы живем ожиданиями, надеждами человеческими – тогда мы теряем себя. Мы теряем границы своей личности, мы не понимаем, кто мы, что мы, потому что все время в тревоге, в этом состоянии нервозности, беспокойства. Но как только мы немножечко смиримся, как только мы примем все, что нам Господь дает, с пониманием, что мы должны это принять, это – наша жизнь, мы можем именно в ней быть счастливы, мы не потом будем счастливы, а сейчас можем научиться быть счастливыми. Мы не потом будем умными, а сейчас имеем возможность научиться быть умными – мудрыми во Христе. Мы не потом когда-нибудь научимся любить, научимся помогать друг другу (когда достойные люди окажутся рядом), а сейчас, не ожидая ничего, что будет потом, и с теми людьми, кто рядом, можем научиться любить, помогать.

Открыто одно – что жизнь наша очень важна, что жизнь наша находится перед Богом, что жизнь наша – это бесценный дар Божий, над которым и мы должны поработать. И вот крест, как мы знаем, бывает очень тяжелый, особенно когда больные дети, – это тяжелый крест, казалось бы, тяжелее его нет. Но, если мы несем его хоть с каким-то смирением, если мы стараемся не роптать, боремся с собой, хотя ропот, конечно, поднимается время от времени по нашей немощи, то тогда крест делается легче. И чем больше в нас смирения, тем легче крест. Если мы совсем смиримся – крест будет совсем легким и будет в радость.

Откуда ждать радость

Я видел много случаев, когда люди несли тяжелейший крест. Вот у меня одна знакомая прихожанка – у нее сын болел рассеянным склерозом. Сын прекрасный – закончил институт, защитил кандидатскую, общительный, талантливый – заболел рассеянным склерозом. Постепенно-постепенно болезнь нарастала, прогрессировала. Кончилось тем, что он слег. Сначала разговаривал, читал много духовную литературу и сам привел мать в Церковь, потому что первый пришел к Богу. А потом перестал разговаривать, у него нарушились речевые функции – и фактически он превратился просто в неподвижно лежащего человека, который мог общаться одними только глазами.

И мама придумала алфавит: она показывала буквы, он глазами моргал на нужной букве – так они общались. Мама уже человек пожилой, сама перенесла онкологическое заболевание, муж у нее умер – и вот она одна занималась сыном без какой-либо помощи. Хотя помощь ей предлагали – нет, она хотела сама все делать. Она его таскала, она его мыла, она его кормила. Потом он перестал сам дышать – поставили трахеостому и так далее, и так далее. И, в конце концов, он скончался.

Казалось бы – какая страшная ситуация! Ведь вообще никакой жизни для себя! Где взять утешение? Где взять радость? Где взять силы? Но вот я к ним приходил, причащал их часто, и каждый раз, когда я приходил, был такой свет у них дома… Знаете, она сама была такая радостная, она улыбалась, она была позитивная всегда. Откуда, думаешь, этот позитив? Когда он скончался, она так потом сказала, поделилась: «Я никогда не думала, что я так легко перенесу смерть своего сына. Потому что мне казалось, что я живу для него много-много лет – и вдруг его нет. Как я буду одна?» И Господь ей дал столько сил, столько благодати и такое даже, несмотря на скорбь, пасхальное состояние души. И она сейчас в нем пребывает, и Господь ее поддерживает.

Есть жизнь естественная, человеческая – она, конечно, немощная, не дотягивает во всей своей полноте до того, что Господь хочет отдать, если мы без Бога живем. И, конечно, если мы живем только по естеству, нести крест нам трудно и больно, и страшно, и не хочется. Мы обижаемся друг на друга, на Бога, ропщем, нам тяжело, мы унываем, у нас тревога. Но стоит нам немножечко подняться над нашим естеством, довериться Богу, чуть-чуть смириться – начинается другая жизнь. Она – другая, она – другого уровня совсем. Несмотря на большие скорби, мы можем радоваться. Несмотря на большие трудности, большую усталость, мы можем утешаться. Несмотря на то, что нам хочется, чтобы нас любили и понимали, мы сами сможем понимать и любить других людей, потому что все это дается вот этой духовной пищей, Божьей благодатью.

Бог нам поможет

Святые отцы говорят, что смысл жизни – в стяжании Божьей благодати. Нам Господь дал трудных детей, трудный крест. Если мы возьмем этот крест, не будем роптать, тогда мы обязательно приобщимся к благодати Божьей, мы приобщимся к этой духовной пище. И, наоборот, если роптать и унывать, наш крест нас начинает разрушать и невротизировать, мы чувствуем себя одинокими, саможаление начинается, тоска, обида и усталость хроническая. И порой эта усталость бывает не объективная, а усталость бывает от того, что просто не хватает Божьей благодати, не хватает этой духовной пищи.

Но по милости Божьей мы все можем прийти в храм, исповедаться и причаститься. Если трудно причащаться – ну, в конце концов, к ребенку можно позвать священника, если ребенок тяжелый, и самим вместе с ним причаститься. А посмотрите, как после причастия меняются больные дети! У меня тоже ребенок с ДЦП, тяжелый, я знаю, что это такое. Ему будет 14 лет, в этом мае исполняется. Удивительно, откуда он понимает, что его будут причащать? Казалось бы – он не говорит, он не садится, он не переворачивается, приходится делать самим все. Но сохранена эмоциональная сфера, он любит общаться, он улыбается, он реагирует, звуки какие-то издает и так далее. Но вот когда начинается молитва, когда совершается причастие – удивительно, как он расцветает. Вот улыбка появляется в душе… и после причастия он совершенно другой. Потому что дети, больные дети, как никто, нуждаются в такой духовной пище, в такой духовной поддержке. Надо не забывать об этом важном таинстве, надо не забывать об этом главном потом лечении, которое помогает им преодолевать их немощи, их трудности.

И, конечно, мы с вами нуждаемся в этом тоже, нуждаемся в исповеди и причащении. И когда особенно трудно бывает, когда бывает на сердце тревога, тоска, одиночество – помните, что есть другая пища, есть другая жизнь, есть другая сила, которой в нас просто не хватает. Не просто мы зашли в тупик, не потому, что мы не знаем, что делать дальше, не потому, что мы встали в трудное положение, а просто не хватает благодати. Благодать Божья все покрывает, все питает, все раскрывает перед нами, начинается другая, новая жизнь. И, слава Богу, это все доступно, слава Богу, можно к ней легко прийти. Храмы открыты, священников хватает, службы служатся часто, почти каждый день.

Pages: 1 2 3

Оставьте комментарий!