google-site-verification: google21d08411ff346180.html Проблемы биоэтики и православное сознание | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Проблемы биоэтики и православное сознание

Февраль 27th 2020 -

Проблемы биоэтики и православное сознание

Агафангел (Гагуа), игумен

Биомедицинские открытия и новые технологии ставят острые этические вопросы перед обществом и Церковью. Эти вопросы требуют взвешенных ответов, которые должны быть даны в согласии с христианским вероучением, отражать христианское отношение к человеческой личности, ценности человеческой жизни. О православном взгляде на биотику рассуждает в своей статье игумен Агафангел (Гагуа).

Современное «массовое сознание» зачастую остро реагирует на малозначащие, по сути, ничтожные события, стремится оценить малейшие детали общественной жизни и, напротив, часто оставляет без внимания происходящие в обществе глобальные социокультурные изменения. Совсем недавно на авансцену общественных мнений вышли проблемы биоэтики, о которых много рассуждали медицинские эксперты, философы, социологи, журналисты. Однако обсуждение этих проблем постепенно сошло на нет, да и сам биоэтический контент значительно редуцировался и из полемического поля сместился в область распространенных штампов, клише, навязанных обществу стереотипов, согласно которым существуют доказанные и устоявшиеся истины современной биоэтики, неопровержимые и неоспоримые. Даже сама так называемая «экспертная» полемика в сфере биоэтики превращается в набор традиционно выдвигаемых одной стороной аргументов «за» или «против» и контраргументов, предлагаемых другой стороной, построенных также на превратившихся в банальности и общие места тезисах и утверждениях.

Такое состояние дел в обсуждении проблем биоэтики является неудовлетворительным. От серьёзной теоретической дискуссии, как правило, отсекаются мнения, суждения, целые концептуальные модели, заведомо не укладывающиеся в рамки сформировавшихся в общественном секулярном сознании штампов и стереотипов.

Известно, что Русская Православная Церковь в лице многих своих представителей активно высказывалась по вопросам биоэтики с самого начала возникновения общественной дискуссии на эту тему, и мнение Церкви всегда было неординарным, нестандартным, оригинальным, хотя практически во всех случаях единым, аргументированным и весьма рассудительным. Наиболее удачным опытом обобщения внутрицерковной дискуссии вокруг биоэтической проблематики является общецерковная позиция, сформулированная ещё в начале 2000-х гг. в «Основах социальной концепции РПЦ»1: «Формулируя своё отношение к широко обсуждаемым в современном мире проблемам биоэтики, в первую очередь к тем из них, которые связаны с непосредственным воздействием на человека, Церковь исходит из основанных на Божественном Откровении представлений о жизни как бесценном даре Божием, о неотъемлемой свободе и богоподобном достоинстве человеческой личности, призванной “к почести вышнего звания Божия во Христе Иисусе” (Флп. 3:14), к достижению совершенства Небесного Отца (Мф. 5:48) и к обожению, то есть причастию Божеского естества (2 Пет. 1:4)»2.

Твёрдая и уверенная позиция Церкви не всегда была (или является в настоящее время) удобной для признанных лидеров общественного мнения в современном информационном пространстве. Однако эта позиция есть результат взвешенного и продуманного образа мысли, в основе которого лежат мировоззренческие предпосылки, а не погоня за популярностью и сенсацией. И самое главное и принципиально важное заключается в том, что соборное мнение Церкви во всех случаях без исключений стремится к выражению, не только согласованному с профессионально подготовленной экспертной оценкой, но и основанному на евангельских истинах. Благо, что у Церкви есть возможность обращения к представителям профессионального сообщества, исповедующим христианскую веру, и что внутри самой Церкви, действительно, существует такой значительный интеллектуальный ресурс.

В числе просвещённой церковной общественности во все времена были представители врачебной профессии. От эпохи христианской древности, со времён святого великомученика целителя Пантелеимона (II-III вв.), врачевателей и чудотворцев Космы и Дамиана (III-IV вв.), до эпохи подвижнической жизни русского святого ХХ века, врача-хирурга, архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого) (1877—1961) сохранила Православная Церковь в соборной памяти имена многих христианских врачей, среди которых было много и священнослужителей. Именно врачебный и медицинский опыт большого количества верующих христиан является таким интеллектуальным ресурсом, который использует Русская Православная Церковь, вырабатывая позицию по тем или иным вопросам и проблемам современной биоэтики.

Что же такое биоэтика? Этимологически всё кажется довольно прозрачным, так как древнегреческие корни βιός (жизнь) и ἠθικόν (поведение) подсказывают нам, что это некое нравственное (то есть этическое) учение о жизнедеятельности всех живых существ на земле, в центре которого находится человеческий фактор.

Действительно, биоэтику понимают прежде всего как глобальный, всеохватный, всеобъемлющий проект биологического существования человека и всех прочих живых организмов в нашем земном мире, выстраиваемый при помощи современных медицинских технологий и базирующийся на неких этических началах. Так вот, сложность проблем биоэтики, их противоречивость и порой неразрешимость связаны в первую очередь с разным содержательным наполнением этих самых этических начал. Ведь этическое содержание может быть разным, иногда очень специфичным.

Этика – учение о нравственности, о нравственном поведении человека в обществе. Однако понятно, что этика, в зависимости от исторически сложившегося типа обществ, культурных и религиозных традиций, нравов, различных социальных укладов и даже особенностей экономических факторов развития человеческих сообществ, может быть неодинаковой.

С одной стороны, мы вполне можем вести речь о христианской этике, о мусульманской этике, об этике древнего язычества, этике атеистического государства, этике безрелигиозного или светского общества, о секулярной этике постмодернистской эпохи и так далее. И в каждом отдельном случае будут выявляться свои особенности этических категорий отношения к личности человека, к его смерти, к ценности человеческой жизни, к вопросам взаимоотношений между полами и тому подобное.

С другой стороны, хорошо известен феномен так называемой профессиональной этики, которая складывается в рамках нравственной регуляции взаимоотношений между людьми той или иной конкретной профессии. Например, наиболее близкой обсуждаемой нами теме биоэтики является профессиональная медицинская этика, история которой уходит корнями в глубокую древность – в эпоху зарождения первых медицинских знаний. Знаменитая врачебная клятва Гиппократа (III в. до н.э.) – пример сохраняющейся и действующей по сей день в современной медицине профессиональной этической традиции.

Учитывая многообразие этических факторов, перечисленных выше, проблемы современной биоэтики действительно становится всё сложнее грамотно квалифицировать. В широком смысле биоэтикой называется нравственное (этическое) учение, касающееся биомедицинской и врачебной деятельности, вопросов взаимодействия и этической ответственности её субъектов – учёных-биологов, антропологов, генетиков, врачей и докторов разного уровня – вплоть до представителей младшего медицинского персонала. Узкое понимание биоэтики ограничивает её содержание сугубо профессионально-этическим кодексом биомедицинских исследований в сфере генетики. Ясно, что в этом вполне условном разделении на широкий и узкий планы значений не отражается в полной мере суть биоэтической проблематики. Но, так или иначе, важно подчеркнуть, что биоэтика формируется как результат накопленного учёными-медиками опыта этического осмысления научно-медицинских открытий современности.

Ведь помимо сугубо медицинской этики, принципами которой руководствуются профессиональные работники медицинской отрасли, в современном мире для них становятся чрезвычайно актуальными проблемы и вопросы, которые ставит медицинская наука в исследованиях в области генетики, биоинженерии, биомедицинских технологий.

В связи с появлением новейших медицинских технологий, изобретением медицинских способов продления и поддержания жизни, использованием геномных технологий исследования факторов наследственных заболеваний, разработкой различного рода генномодифицированных заменителей лекарства, пищи, а также основанных на генетических открытиях способах борьбы с онкологическими заболеваниями, нарко- и алкоголезависимостями, генодиагностики и генотерапии и так далее проблемная насыщенность современной биоэтики всё более и более нарастает.

Может ли нравственная оценка этой проблематики опираться на принципы автономной секулярной морали, выработанной современным внерелигиозным сознанием? Наверное, да. И так происходит в рамках развития современной биоэтики.

Но почему, спросим мы, в подобной нравственной оценке отказано религиозному сознанию? Почему эта оценка не может базироваться на этическом опыте, укоренённом в конкретной исторически сложившейся системе религиозных ценностей? И почему, если такая религиозная оценка в рамках той или иной конфессиональной системы ценностей высказывается, её вдруг квалифицируют как несовременную и ретроградную, консервативную (в негативном ключе), непрофессиональную, ненаучную или даже невежественную? На одном только основании, что эта точка зрения высказана мусульманином или православным (католиком, протестантом и так далее, ряд может быть продолжен)!? И даже гипотетически не допускается, что этот самый мусульманин или православный является учёным!

Это явно логическая ошибка, подмена понятий, когда точка зрения профессионала – биолога, медика, генетика – трактуется как несостоятельная ввиду одного только факта принадлежности выражающего свою позицию учёного к той или иной религиозной конфессии.

Безусловно, наука, претендующая на максимум объективности, не может быть окрашена в тона религиозных исповеданий. Может ли быть назван какой-либо вид спорта, например футбол или хоккей, «православным» или «мусульманским», «буддистским»? Конечно, это абсурд. Но спортсмены, участвующие в спортивном состязании, вполне могут быть представителями христианских, мусульманских и других стран, да и в действительности исповедовать собственное религиозное кредо – быть верующими. Кстати, зрители часто являются свидетелями этого исповедания таких спортсменов, когда те совершают крестное знамение (или другой обрядовый жест), выходя на поле, на состязательную площадку. Вера не изменяет правила игры, но влияет на отношение соперников друг к другу! Наука, стремящаяся к объективным истинам, вырабатывает собственные правила и законы, однако голос учёного, исповедующего ту или иную религиозную доктрину, имеет право на существование.

Мы полагаем, что профессиональная оценка проблем биоэтики, высказанная носителями религиозного сознания, более продуктивна, нежели узкоспециализированные, часто вырванные из глубокого мировоззренческого контекста, экспертные заключения, лишённые этической опоры в религии.

Религиозное сознание на то и является со-знанием, что формулирует рациональное, основанное на знании, отношение к миру, культуре и современной действительности в свете главных религиозных ценностей.

Отношение к проблемам биоэтики в православной среде не должно быть исключением. Православное сознание обязано формулировать оценки, конечно, опираясь на фундамент знания, на интеллектуальные и научные ресурсы внутри самой церковной соборности. И такие ресурсы, как было сказано выше, у Церкви, безусловно, существуют.

Митрополит Антоний (Блум), медик по образованию и профессии, размышляя над проблемами медицинской этики, подчёркивал особое, исключительное положение медицины в ряду других профессий, поскольку медик имеет дело не с бездушным материалом, а с человеческой жизнью: «Я думаю, медицина как отрасль человеческой деятельности занимает совершенно особое место именно потому, что наука в ней сочетается с ценностями, подходом, не имеющими ничего общего с наукой. В основе врачебного подхода – сострадание, а сострадание по самой своей природе ненаучно. Это человеческий подход, который может быть привнесён в любую отрасль человеческой деятельности, но медицины вовсе не существует вне сострадания. Медик, если он только человек науки, способный холодно, хладнокровно, бесстрастно делать то, что требуется, без всякого отношения к пациенту, медик, для кого главное не пациент, а действие врачевания, будь то лекарственное лечение, хирургическое вмешательство или иные методы, – не медик в том смысле, в котором я надеюсь, я хотел бы, чтобы мы все думали о медицине»3. Действительно, даже латинская этимология слова «медицина» (лат. medicina от словосочетания ars medicina – «лечебное искусство», «искусство исцеления») указывает нам на её главную цель как профессиональной деятельности и как науки – оказание помощи страдающему человеку, больному пациенту. Это и есть этическая основа, на которой базируется христианское понимание врачебного искусства.

Любовь к ближнему, помощь больным и убогим, исцеление страждущих – таковы евангельские идеалы, которые заповеданы нам Сыном Божиим Иисусом Христом, Который и Сам исцелял, врачевал, спасал, и глухие начинали слышать, слепые – видеть, параличные и умалишённые – двигаться и сознавать себя разумными. Именно такой этический идеал христианства и выделял в медицинской профессии Владыка Антоний.

1 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М., 2001. (Документ подготовлен Отделом внешних церковных связей Московского Патриархата, возглавляемым в ту пору митрополитом Калининградским и Смоленским, ныне – Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Кириллом).

2 Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. М., 2001. С. 90.

3 Антоний (Блум), митрополит. Человеческие ценности в медицине // Труды. М.: «Практика», 2002. С. 27-28.

Метки: ,

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.