google-site-verification: google21d08411ff346180.html Священномученик Карп Пергамский, епископ Фиатирский | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Священномученик Карп Пергамский, епископ Фиатирский

Октябрь 25th 2010 -

– Почему ты, Карп, засмеялся?

Он же сказал:

– Я видел предназначенную мне благодать Христа моего, и потому возрадовался. Ибо святой видел в сие время небеса отверстыми, Господа сидящим на престоле, и Херувимов и Серафимов вокруг Него.

Так утешил Господь Своего раба среди мучений, и превозмогла благодать Божия все страдания, так что святой забыл о своих болезненных ранах и о тяжких мучениях, которые доблестно претерпевал. Он был мучен до тех пор, пока не устали мучители и, заключенный после мучений в темницу, благодарил Бога, сподобившего его пострадать за Него.

Потом, вызвав на суд святого Папилу, Валерий начал спрашивать, – как бы впервые видел его:

– Какого ты рода и отечества и каков род твоих занятий?

– Ты уже знаешь о мне, – отвечал святой, – что я родился от благородных родителей в городе Пергаме, владею искусством врачевания, – не того, что зависит от трав, растущих на земле, но того, которое подается свыше от Бога; сие врачевание не только пользует тело, но исцеляет и душевные болезни.

Тогда судья сказал:

– Искусного врачевания не может быть, помимо изучения того, что написано Галином9 и Гиппократом10, которым искусство врачевания дано от богов.

Папила отвечал:

– Галин, Гиппократ и ученики их только тогда могут вылечить больного, если мой Христос, по неизреченному милосердию, соблаговолит подать ему Свое врачевство. Иначе оказывается напрасным их искусство и бесполезной их опытность во врачебном деле; а те, кого ты называешь богами, как могут позаботиться о чьем-либо здоровье, если сами себе не могут ни в чем помочь! И если хочешь узнать истину, испытай на деле: вот ты видишь, что сидящий возле тебя слеп на один глаз: пусть же твои боги подадут ему прозрение, и я после того ничего не скажу.

– Может ли кто быть таков, чтобы исцелить его? – сказал на это Валерий.

– Не только сие, – отвечал святой, – но и всякие другие неизлечимые болезни исцелит тот, кто призовет Христа, Целителя всех болезней.

– Так пусть же мы увидим ныне то, что ты говоришь, – сказал Валерий, и если ты в силах, исцели его пред нами, чтобы он прозрел.

– Я не хочу тотчас же делать сего, – отвечал Папила, – чтобы ты не стал приписывать чуда своим бесам; но пусть сначала ваши врачи призовут которого либо из своих богов, потом и я покажу могущество моего Христа.

Тогда Валерий созвал своих жрецов и повелел им призвать богов, чтобы они исцелили его слепого советника. Они взывали к суетным богам своим, призывая каждый из них своего бога: тот Аполлона, другой Асклипия, один – Зевса, другой – Гермеса. И было достойное смеха дело: весь день молились тем, которые не могут оказать никакой помощи, взывали к глухим, приносили жертвы бездушным и, будучи сами ослеплены душой, оказались не в силах просветить одного телесного ока.

Что же делает Христов раб? – Он возвел к небесам очи телесные и душевные, и призвал милосердого Господа; потом прикоснулся своею рукою к слепому оку, сотворил над ним крестное знамение, и больной тотчас прозрел. При сем он не только прозрел телесным оком, но просветился и душевными очами: ибо Божественный свет коснулся его сердца, и он, как бы пробудившись от сна, познал немощность суетных богов и уразумел силу Единого Бога, Иисуса Христа, Света истинного, просвещающего всякого человека грядущего в мир (Иоан.1:9) и уверовал в Него. Не только тот человек, но множество и других людей пришли, чрез сие чудо, к познанию правды; ибо кого сие преславное чудо не привело к удивлению и вере? – и всякий, видя и слыша сие, говорил: «Поистине велика сила Христа, и Он есть истинный Бог!» Но хотя и все славили истинного Бога, однако беззаконный Валерий не захотел познать Его и воспылал еще большим гневом на святого Папилу; вместо благодарности за такое благодеяние, он велел привязать его к дереву и бить нещадно.

Во время этих побоев, святой Папила скорбел не о том, что его бьют, но о том, что не принимает еще более тяжких мучений. Напротив того, Валерий, видя, что мужество мученика побеждает мучения, приходил все в большее и большее раздражение и страдание присоединял к страданиям: он опалял бока Папилы огнем и велел бросать в него камнями. Но мученик и огонь переносил терпеливо, а камни падали на иное место, как бы почитая тело мученика, страждущее за Христа; не причиняя святому никакого вреда, камни поражали более бросающих. Когда же Валерий утомился и не знал, какое еще причинить святым мучение, то решил несколько помедлить, думая, что, если отпустить на время святых, то раны их разболятся и, увеличивая страдания, сделают их более слабыми для предстоящего испытания. Но мученики, имевшие своим врачом Христа, ради Которого добровольно принимали раны, были исцелены не только от страдания, но и от ран и язв, так что не видно было и следа их ран, что весьма раздражало безумного мучителя: чем более облегчались их страдания, тем более мучилось сердце Валерия и пылало яростью как огонь.

По прошествии немногого времени, мучитель снова сел на судилище, дыша жестокостью и взирая яростным оком. Святые же мученики предстали пред ним со светлым взором и веселым лицом, как бы позванные на пир. Беззаконный хотел устрашить их самою своею яростью; но от безбоязненного сердца и из дерзновенных уст их он услышал такие слова:

– Зачем, о, мучитель, ты утруждаешь себя и своих слуг, часто приводя нас и отводя, мучая и не объявляя над нами последнего приговора? Надеешься ли ты отвратить нас от Христа и от истины? – но скорее увидишь нас мертвыми, чем мы подчинимся твоему безбожному повелению.

После сего, по повелению мучителя, были рассыпаны по земле черепки и железные гвозди; на них положили ниц обнаженных мучеников, и начали их влачить, нанося при сем жестокие удары. Но и среди этих мучений Господь не оставил Своих рабов. Он поспешил к ним с Своею помощью, «вдыхаяй в лице их, и отъемляй от оскобления их» (Наум.2:1): – внезапно эти черепки и железные гвозди исчезли бесследно, святые же остались невредимыми. Сие возбудило в судье еще больший гнев, и он повелел резать бока их бритвами; но святые, славя Бога, доблестно терпели все сие.

После сего он собрал лютых зверей и устроил зрелище: были приведены мученики, и на них была выпущена медведица. Все думали, что она тотчас умертвит и растерзает тела их, но та не обнаружила никакой кровожадности и, как бы почитая святых, легла у ног их и обнимала их. После того был выпущен лев, который не только оказался кротким, как и медведица, но Божия сила обнаружилась в нем еще более чудесным образом, – ибо, рыкая, он провещал человеческим голосом, порицая гонителей и такое их упорство в жестокости. Они же заткнули уши, считая все сие за колдовство, а святых мучеников судья повелел бросить в ров, наполненный известью. Но напрасно трудился безумный, противясь Богу, Который всюду хранил Своих рабов невредимыми, ибо пробыв в этой извести три дня, они вышли здоровыми и невредимыми.

Чем более Валерий убеждался, что не может преодолеть святых, тем более пылал на них гневом; обув их в железные сапоги, наполненные острыми гвоздями, он заставил бегать в них; но и этим он не мог победить непобедимых воинов Христовых. Разжегши затем сильно печь, он бросил в нее святых, – вместе с ними вошла в пламя и блаженная Агафоника, сестра святого Папилы, пожелав быть участницей в тех же подвигах и умереть за Христа. Но огненная печь не только не опалила их, но, силою Христовою, обратилась в прохладное место, ибо сошел великий дождь, погасил огонь и остудил печь. Когда святые вышли из печи невредимыми, то снова были заключены в темницу, в которой пели Богу, как в церкви. Мучитель, не зная, что еще сделать, стыдясь, что его победили, произнес окончательный приговор над мучениками, – приказав головы их усечь мечом. Святые, когда их вели вместе с Агафоникой на место казни, радовались, и, возводя очи свои и руки к небу, молились не только о себе, но и за убивающих их, и таким образом окончили подвиг свой, будучи усечены мечем. Святые тела их были бесчестно выброшены и не были охраняемы; верующие, взяв их тайно, предали честному погребению, славя Господа нашего Иисуса Христа, Емуже со Отцем и Святым Духом честь и поклонение во веки. Аминь11.

Кондак, глас 2:

Яко сокровище многоценное Владыка, и источник источающ токи исцелений, сущым на земли подаде мощи ваша, недуги убо отемлющыя страстей различныя, благодать же дающыя душам непрестанно. Темже согласно любовию ваше мученицы божественнии, совершаем торжество.

Pages: 1 2 3

Комментарии закрыты.