google-site-verification: google21d08411ff346180.html Преподобномученица Арсения (Добронравова), игумения | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Преподобномученица Арсения (Добронравова), игумения

Январь 22nd 2015 -

Преподобномученица Арсения (Добронравова), игумения

Преподобномученица Арсения (Добронравова), игумения, в схиме Фома

Память 10 января, 7 июня (в Соборе Ивановских святых) и в Соборе новомучеников и исповедников Российских.

Игумения Арсения (в миру Анна Гавриловна Добронравова) родилась в 1879 году в селе Шегодском Юрьев-Польского уезда Владимирской губернии в семье священника. Окончив епархиальное училище, Анна в 1903 году поступила учительницей в детский приют при Шуйском Воскресенском Феодоровском монастыре. В ee обязанности входило учить девочек грамоте и рукоделию. В этом монастыре она приняла постриг с именем Арсения
В начале XX века игуменией монастыря была София, после смерти ее -Афанасия, а после смерти Афанасии сестры в 1915 году избрали игуменией Арсению.
Усердная последовательница учения святых отцов о молитве и подвижнической жизни, она шла в горнюю страну долгим путем смирения и самоукорения, почитая себя ниже всех. Из современных церковных учителей она более всех пользовалась советами епископа Игнатия Брянчанинова. Уже достигнув большой духовной высоты, игумения Арсения и тогда почитала себя ниже всех, часто спрашивала совета у тех, кто далеко не достиг той чистоты сердца и просветленности разума, которые были обретены ею. Ризу христианского смирения, удобно закрывавшую ее от многих стрел лукавого, она не оставляла до конца жизни, до самой кончины почитая себя хуже всех. В монастыре она вела тихий, уединенный образ жизни; была усердным делателем Иисусовой молитвы, пользуясь в прохождении трудного и многоскорбного иноческого пути советами святых отцов, книги которых внимательно и молитвенно изучала. Таинственен этот сокровенный сердца человек, и блажен, кто нашел дверь в его тайную келью и исполнил заповедь Господню, и помолился Отцу, который втайне, и Отец воздал ему явно.
Наступили новые времена, к власти в России пришли люди, утверждавшие новую веру, – безбожие. Власти распорядились закрыть монастырь, но затем позволили не закрывать с тем, однако, чтобы монахини работали в совхозе.
Странно это им было, но директор совхоза Иван Иванович Озарин уговорил их принять предложение. «Матушки, – говорил он, не расстраивайтесь, идите ко мне все, я всем буду платить, а работать из вас будут только те, кто может, кому будет по силам». Насельницы, которых было тогда триста тридцать человек, согласились. Жили в монастыре, работать ходили в совхоз, но по праздникам не работали, пребывая на молитве в церкви.
В общем, все осталось постарому, за исключением того, что теперь плодами сельскохозяйственных трудов пользовался не монастырь, а совзох, который платил монахиням за труд. Мать Арсения осталась игуменией, и Озарин никого из насельниц не ставил на работу, не испросив у нее предварительно благословения. Это было особенно важно в тех случаях, когда намечался постриг, так как по правилам монастыря новопостриженные не выходили из церкви сорок дней. Другим строго соблюдавшимся правилом было то, что в мантию постригали только после сорока лет.
Молитвами праведной игумений десять лет прожили насельницы безмятежно среди бушующих вод безбожия. В 1929 году власти прислали распоряжение о закрытии монастыря и недопущении церковных служб и иноческой жизни ни под каким видом. Директор совхоза, не желая принимать участия в разорении монастыря и создании крепостных колхозов, уволился и уехал.
Монастырь закрыли. В апреле 1932 года игумения Арсения была арестована; ее обвинили в том, что она «проводила среди населения … агитацию, используя главным образом церковь, призывала к противодействиям…» Виновной себя мать Арсения ни в чем не признала. В октябре Особое Совещание ОГПУ приговорило ее к трем годам ссылки в Казахстан. Первое время игумения жила в Алме-Ате, а затем была сослана в Каркалинск. Здесь она приняла схиму с именем Фома. По окончании срока ссылки в 1935 году игумения приехала во Владимир и здесь в конце 1938 года снова была арестована; ее обвинили в том, что она «являлась активной участницей контрреволюционной организации духовенства и монашества». В тюрьме она тяжело заболела, и с начала января следствие было приостановлено. Игумения Арсения умерла 23 января 1939 года в больнице при Ивановской тюрьме №1. «Смерть последовала вследствие падения сердечной деятельности на почве … полного истощения организма».
По свидетельству монахини Серафимы (Булгаковой), на следующую ночь после кончины игумении женщине, находившейся с ней в одной камере до того, как игумению Арсению перевели в тюремную больницу, было во сне сказано: «Какой у вас здесь на земле беспорядок, а у нас мощи матушки Арсении в таком почете находятся».
Целью и смыслом жизни для преподобномученицы игумений Арсении были следующие слова святителя Игнатия Брянчанинова, епископа Кавказского: «Страдальческой была земная жизнь Богочеловека, окончилась она страдальческой кончиной. Вслед за Господом прошли в блаженную вечность все святые, прошли путем тесным и прискорбным, отрицаясь от славы и наслаждений мира, обуздывая плотские пожелания подвигами, распиная дух на кресте Христовом, который составляет собой для падшего человеческого духа заповеди Евангелия, подвергаясь различным лишениям, гонимые духами злобными, гонимые своею братией – человеками. Последуем Христу и сонму святых, шествовавшему за Ним! Богочеловек собою очищение сотворив грехов наших, седе одесную престола величествия на высоких. Туда призывает Он последователей Своих: приидите благословенний Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие. Аминь.»
Преподобномученица Арсения, в схимне Фома, игумения Сергиевская, прославлена юбилейным Архиерейским Собором 2000 года в славном сонме новомучеников и исповедников Российских и ныне предстательствует о нас пред Престолом Божиим, испрашивая нам прощение грехов и утешение в болезнех и скорбях.

Источники, использованные для составления жития:
Иеромонах Дамаскин (Орловкский). Мученики, исповедники и подвижники благочестия Русской Православной Церкви XX столетия. Кн. 2.

Оставьте комментарий!