google-site-verification: google21d08411ff346180.html Праведный Иона, Одесский чудотворец | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Праведный Иона, Одесский чудотворец

Май 29th 2013 -

Отец Иона окормлял не только Свято-Михайловский монастырь, находящийся в городе, но и Благовещенский, стоявший в 25 верстах от Одессы. Батюшка любил его и называл «мое Благовещенское чадо». Монахиня этого монастыря м. Онуфрия (в мантии Антония (Журова) рассказывала: «Однажды приходит в монастырь женщина и спрашивает: «А кто здесь о. Иона?» Когда ей объяснили, она рассказала свой сон. Явилась ей покойная мать и сказала: «Все забыли о нас, никто не молится, не посещает. И только о. Иона проездом навестил нас и мы получили великое утешение».

Оказывается, действительно, о. Иона, проезжая мимо старого заброшенного кладбища, был тронут жалким его видом и остановился там помолиться.

Бывая в Благовещенском монастыре, батюшка часто предупреждал сестер не подходить к нему, если внезапно увидят его присутствующим на Богослужении. В эти моменты он непостижимым образом, «в теле или вне тела», посещал любимую свою обитель.

В последние годы жизни, предвидя будущие скорби, праведный Иона в храме Благовещенского монастыря сказал: «Я вижу 200 венцов мученических над сестрами». Во время гонений 200 монахинь были замучены.

Великосветское общество города также находило духовное окормление в лице отца Ионы. Одна из женщин, духовная дочь о. Ионы, муж которой занимал большой пост, вспоминала: «Мы сидели в театре, когда того требовало служебное положение мужа, — в парижских шляпках, но творили молитву Иисусову».

В январе 1920 г. в ответ на предложение эвакуироваться за границу вместе с остатками Белой армии сказал: «Да разве я могу в такое страшное для всех время оставить свой пост, свою паству? Это было бы непростительным грехом».

В момент максимального разгула обновленчества в Одессе только храм о.Ионы не перешел в их руки.

Наверное, за всю историю Одессы не было более известного приходского священника. К о. Ионе за помощью и советом шли не только жители Одессы и окрестностей, но и многих других мест. Когда южане приезжали к о. Иоанну Кронштадтскому, тот говорил: «Зачем вы трудитесь приезжать ко мне? У вас есть свой Иоанн Кронштадтский — отец Иона». Между ними, этими двумя светильниками, были взаимная любовь и почитание. Отец Иоанн батюшке Ионе прислал в подарок чудное белое облачение с отделкой василькового цвета. Отец Иона очень любил это облачение.

Особенно настоятеля Свято-Николаевского храма любили его родные прихожане — портовики и их семьи. Ни один пароход не отходил от причала без благословения о. Ионы, ни один таможенный досмотр не производился без него. Только о. Иона мог дать разрешение на вывоз икон.

В первые годы советской власти ее органы не трогали о. Иону Потом стали делать обыски в его доме и храме, вызывали на допросы.

В эти годы Церковь постигает еще одно бедствие — обновленческий и автокефальный расколы.

Накануне обновленческого раскола отцу Ионе явилось видение, когда он стоял у престола за всенощной. Он вдруг умолк, застыл и через некоторое время, подняв руки, стал восклицать: «Хвалите имя Господне, хвалите имя Господне! Аллилуиа, Аллилуиа». Так, с поднятыми вверх руками, всего в слезах, увели его, неокончившего службу, из церкви домой. Присутствующие поняли, что батюшке было видение.

Старшая его дочь Вера видела только, как огнем наполнился весь алтарь. А позже о. Иона рассказывал, что он видел: шел Христос, за Ним священники, раздирающие на Нем ризы. Рядом с Господом шел преп. Серафим Саровский и горько плакал. А Господь сказал ему: «Не плачь, они покаются!»

Отец Иона и еще несколько священников не поддались диавольскому прельщению и во все годы гонений, несмотря на угрозы, твердо были верны Святейшему патриарху Тихону. Вразумляя своих малодушных собратьев, о. Иона говорил: «Держитесь Богом посланного в наше смутное время второго Ермогена — Святейшего патриарха Тихона, и не идите за наемниками и за теми, которые «прелазят инуде» , ибо они «татие суть и разбойницы» (Ин. 10, 1—8). Много бед, горя и скорбей причинили ему обновленцы. По их навету его хотели выслать. Но Господь охранял о. Иону, как Своего избранника. Однажды недоброжелатели в день Ангела преподнесли ему отравленный пирог. Отец Иона по своей прозорливости им сказал, чтобы пирог забрали обратно: «Я его не съем, а сколько людей отравятся...». И, как было предсказано в видении, позже, убедившись в своей ошибке, обновленческие священники приходили к о. Ионе каяться. При этом они кланялись ему в ноги и просили прощения. Батюшка им говорил: «Кланяйтесь не мне, а народу, который вы ввели в заблуждение!» Кающиеся священники выходили на амвон, становились на колени и кланялись людям, прося прощения. Только тогда о. Иона воссоединял их с Православной Церковью.

В это время в городе появился некто, объявивший себя антихристом, будораживший умы легковерных людей, в народе было немалое смятение. О. Иона призвал своих прихожан к молитве о том, чтобы человек этот сам пришел к нему в Церковь. Тот не заставил себя долго ждать. Придя на литургию и растолкав людей, он вошел прямо в алтарь и просил разрешения выйти к народу в качестве «антихриста».

На это батюшка сказал, указывая на главную святыню храма: «Вот Престол и на нем восседает Царь Славы, поэтому ты, бес, молчи, а ты, Андрей, говори». Во время этой необычной исповеди о. Иона несколько раз запрещал бесу и, наконец, совсем изгнал его. Выйдя из храма, человек этот, измученный и утомленный, поплелся вверх по Потемкинской лестнице и, сев на одну из верхних ступенек, долго еще вытирал пот с лица. Он снова стал прежним Андреем, ушедшим от родных несколько лет назад и молитвами о. Ионы возвращенным в лоно родной Православной Церкви. «Я уверен — говорил батюшка, — что этот человек станет серьезным подвижником».

Отец Иона окормлял женский Свято-Михайловский монастырь, в котором у него мною было духовных чад. Однажды фельдшер монастырской больницы монахиня Галина, будучи чем-то очень взволнована, допустила ошибку: вместо 0,06 г какого-то ядовитого вещества взяла 6 г. Дав выпить больной монахине это лекарство и увидев проявление на ней признаков отравления, монахиня Галина бросилась в Портовую церковь, где служил о. Иона. Увидев о. Иону выходившим из храма, она упала к его ногам со словами: «Батюшка, я отравила сестру!» — и стала просить его молитв. Выслушав объяснение и просьбу, о. Иона стал молиться, сказав лишь кратко: «Молитесь и вы». Вернувшись в монастырь, м. Галина увидела больную в добром здравии. «Напрасно ты ходила за врачом,— сказала она,— мне минут через 40 вдруг стало совсем хорошо». По времени это был момент молитвы о. Ионы.

И другой случай исцеления. Служил в Свято-Михайловском монастыре молодой священник отец Никанор. Жил он там вместе с семьей и болел скрытой формой туберкулеза. В ту суровую осень он простудился. После долгой болезни туберкулез перешел в открытую форму. Началось сильное кровохарканье, больной метался в жару и окружающие ничем не могли ему помочь. Опытный врач, осмотрев больного, сказал: «Поднимается температура. Если дойдет до 40 и выше, знайте, что наступает агония". Услышав такой приговор и видя уже грозные признаки наступающего конца, матушка Галина снова спешит за помощью к отцу Ионе. Праведник, несмотря на усталость после Богослужения, обещал прийти. Пока больного готовили к Таинству, о. Иона не замедлил приехать. Молча вошел он с надвинутой на глаза скуфией. Ни на кого не глядя и не здороваясь, он тихо шептал про себя молитву: «Ныне Силы Небесные с нами невидимо служат». Когда окончилась исповедь, все присутствующие, стоявшие в коридоре у двери, явственно услышали громко произнесенные слова: «Отче, брате и чадо: прощаю, разрешаю, и... исцеляю!». Эти слова произвели на всех потрясающее впечатление. Ушел праведник так же молча, ни с кем не попрощавшись. А у больного прекратилось кровохарканье, упала температура. Через короткое время он уже поднялся, стал ходить. И на первом же после смертельной болезни богослужении ему сослужил его спаситель и молитвенник отец Иона Атаманский.

Отец Иона окормлял не только Свято-Михайловский монастырь, находящийся в городе, но и Благовещенский, стоявший в 25 верстах от Одессы. Батюшка любил его и называл «мое Благовещенское чадо». Монахиня этого монастыря м. Онуфрия (в мантии Антония (Журова) рассказывала: «Однажды приходит в монастырь женщина и спрашивает: «А кто здесь о. Иона?» Когда ей объяснили, она рассказала свой сон. Явилась ей покойная мать и сказала: «Все забыли о нас, никто не молится, не посещает. И только о. Иона проездом навестил нас и мы получили великое утешение».

Оказывается, действительно, о. Иона, проезжая мимо старого заброшенного кладбища, был тронут жалким его видом и остановился там помолиться.

Бывая в Благовещенском монастыре, батюшка часто предупреждал сестер не подходить к нему, если внезапно увидят его присутствующим на Богослужении. В эти моменты он непостижимым образом, «в теле или вне тела», посещал любимую свою обитель.

В последние годы жизни, предвидя будущие скорби, праведный Иона в храме Благовещенского монастыря сказал: «Я вижу 200 венцов мученических над сестрами». Во время гонений 200 монахинь были замучены.

Великосветское общество города также находило духовное окормление в лице отца Ионы. Одна из женщин, духовная дочь о. Ионы, муж которой занимал большой пост, вспоминала: «Мы сидели в театре, когда того требовало служебное положение мужа, — в парижских шляпках, но творили молитву Иисусову».

В 1921 году советская власть под видом помощи голодающим провела акцию изъятия церковных ценностей, которая имела своей целью лишить Церковь богослужебной утвари и подорвать ее жизнеспособность.

В 1923 году был арестован за борьбу с обновленчеством. Освобожден по требованию верующих, тысячной толпой окруживших местное советское управление.

Тяжелая болезнь — уремия приблизила кончину старца, и 17 мая 1924 года праведник отошел к Господу.

Похороны его были грандиозными. Отдать последний долг почившему пастырю в порту собралась вся верующая Одесса. Рабочие, несмотря на объявление этого воскресного дня рабочим днем, крестьяне, нищие, так называемые «босяки», благодетелем которых был отец Иона, а также множество людей из окрестных сел и городов съехались хоронить своего молитвенника и благодетеля. Желая как-то уменьшить число людей, желающих присутствовать при погребении, власти перенесли день похорон с воскресенья на понедельник. Но в понедельник съехалось еще больше народа. Вся громадная Потемкинская лестница, внизу которой находилась церковь св. Николая и дом, где батюшка жил, была густо запружена многочисленной толпой народа. Рабочие просили задержать вынос тела до 4-х часов вечера, когда оканчивается их трудовой день. После соборного отпевания и обнесения почившего вокруг храма с пением ирмосов «Помощник и Покровитель» погребальная процессия отправилась на кладбище. Толпа народа плавно поднималась за гробом по каменной лестнице на Ришельевскую улицу, на которой все балконы и окна были заняты людьми. Вблизи церквей и на перекрестках улиц служились литии.

С 16 часов до позднего вечера грандиозная похоронная процессия двигалась через весь город к православному кладбищу на Слободке, где со слезами, молитвой и пением многочисленным хором «Вечной памяти», тихо опустили в землю тело чтимого пастыря. Гроб, крышку и дубовый крест портовые рабочие, несмотря на дальнее расстояние, несли на руках от Свято-Николаевского храма до могилы.

Выбор места захоронения сделал сам о. Иона. Он запретил хоронить себя в Портовой церкви, предвидя ее разрушение. «Церковь разорят, храма этого не будет» — говорил священник и заповедал похоронить себя у могилы родителей, среди природы, которую он очень любил. «Храма не стройте, похороните около родных, чтобы птичка могла пропеть надо мной».

После смерти особым почитанием стала пользоваться комната, где о. Иона провел последние дни своей жизни, Это была маленькая узенькая спальня, где стояли кровать, кресло, в котором скончался о. Иона, и простой деревянный шкафчик, в котором под стеклом находилось много икон.

На 20-й день после смерти, во время посещения этой спальни почитателями, ребенок одного из них, указывая на кресло, сказал: «Дедушка сидит».

Когда похоронили о. Иону, приехал издалека один священник и опоздал. Тогда он решил пойти на могилу о. Ионы и проститься с ним. Было уже позднее время, совсем темно, и когда он подошел к могиле, то увидел над ней двух Ангелов.

Могила о. Ионы до сих пор является местом молитвы для всех, хранящих память о нем. У иконы теплится лампада. Почитатели о. Ионы в дни его именин, смерти, праздничные и поминальные дни стекаются к его могиле, ища здесь молитвенной помощи у покойного батюшки и получая ее. Вот лишь некоторые случаи: в 1947 году женщина, больная припадками, пришла на могилу батюшки, плакала здесь и молилась и упала около могилы, испуская пену. Очнувшись, она почувствовала себя здоровой. Припадки с той поры прекратились.

Другая женщина, врач-стоматолог, опасно заболела. Доктора советовали ей делать операцию, так как ее положение было серьезным. Верующие соседи посоветовали ей сходить на могилу о. Ионы. Тяжело страдая, она с трудом добралась до могилы. По возвращении домой из больного места стал истекать гной и она поправилась.

Одна женщина, похоронив своего мужа, решила продать его вещи и сделать ему памятник. Перед этим она пошла на могилу о. Ионы помолиться, чтобы он помог ей осуществить задуманное. Ночью ей снится о. Иона и говорит: «Ты не делай памятник своему мужу, он уже мертв, а пойди по адресу (он указал ей адрес), там пропадает человек, и ты должна его спасти». Так она и поступила, отнеся все вещи покойного мужа по указанному адресу. Там от пьянства пропадал человек, не имея уже никакой одежды. Женщина отдала все вещи ему. С тех пор он преобразился, стал здоровым человеком.

Одна из духовных дочерей о. Ионы сохранила целую коробку хлеба, который по окончании обедни обычно раздавал о. Иона. Однажды с ее родственницей произошло несчастье: вспыхнула бензинка, женщину залило бензином и она превратилась в горящий факел. Ожоги были признаны смертельными. Узнав об этом несчастье, духовная дочь о Ионы отправилась в больницу и дала больной съесть кусочек хлеба о. Ионы. По молитвам батюшки она осталась жива и поправилась.

Как в прошлые десятилетия, так и ныне совершаются дивные чудеса по молитвам святого Ионы. Для всех сегодня ясно, что на Слободском кладбище в Одессе лежит праведник.

Праведный Иона, Одесский чудотворец — один из величайших подвижников XX века. Он явил в своем житии много различных образов святости. Он одновременно был обличителем обнов-ленческого раскола и прекрасным проповедником, ревностным миссионером и питателем бедных, суровым аскетом и любящим отцом. Он принадлежал к белому духовенству и имел много детей и внуков, но, о нем говорили великие киевские подвижники того времени: «Мы, монахи, его не стоим, он намного выше нас». Он получил от Бога власть целить раненые души и недугующие телеса. Проникая за завесу времени и пространства, он мог читать мысли людей и отвечать на них прежде, нежели они выражали их.

Непрестанная молитва и строгое воздержание делали его подлинным святым, подобно его современнику праведному Иоанну Кронштадтскому.

Ныне на небесах он продолжает молиться за призывающих его и посещать их, как показывают творящиеся на его могиле чудеса и исцеления.

Пусть это житие вдохновляет православных христиан, чтобы не овладело ими малодушие в трудах благочестия.

Пусть оно покажет, что вопреки всем нашим слабостям и недостаткам «Иисус Христос вчера и днесь, Тойже и во веки» (Евр. 13, 8), и что нет ничего угоднее Богу и спасительное для человека, чем праведная жизнь во Христе, образцом которой был праведный протоиерей Иона Атаманский.

Pages: 1 2 3

Комментарии закрыты.