google-site-verification: google21d08411ff346180.html 12-ти греков, строителей соборной Успенской церкви Киево-Печерской Лавры | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

12-ти греков, строителей соборной Успенской церкви Киево-Печерской Лавры

Февраль 26th 2013 -

Икона 12-ти греков, строителей

День памяти: 14 /27 февраля
Соборной Успенской церкви Киево-Печерской лавры, заложенный прпп. Антонием и Феодосием в 1073 году, 15 лет возводился греческими зодчими и иконописцами.


Великолепная церковь Лаврская устроена была волею и Промыслом Самого Господа Бога по молитвам первоначальников Печерской обители преподобного Антония и Феодосия.

Один из потомков варяжского князя Африкана по имени Шимон, изгнанный своими родичами из родной земли, пришел в Россию к благоверному князю Ярославу, который с почетом принял его и поместил у своего сына Всеволода. Этот Шимон вскоре вошел в доверие Всеволода и пользовался большим влиянием. В княжение Изяслава Ярославича в Киеве, пришли на русскую землю половцы. Против них выступили три князя, Изяслав, Святослав и Всеволод с Шимоном.

Собираясь в поход, Шимон зашел к преподобному Антонию за благословением на брань. Старец откровенно предсказал ожидавшую их погибель. «Ты же, — сказал блаженный старец, — будешь спасен и положен здесь в церкви, которая здесь создастся». И когда Шимон лежал на поле, раненный, то увидел великую церковь и возопил: «Господи избави меня от горькой смерти молитвами Пречистой Твоей Матери и преподобных Антония и Феодосия Печерских!» И тут какая-то невидимая сила исторгла его из среды мертвых, он исцелился от ран и благополучно возвратился в Киев.

Пришедши к преподобному Антонию и рассказав о случившемся, он еще прибавил: «Отец мой Африкан сделал крест, величиною с десять локтей, с изображением Распятаго на нем Спасителя. И в знак особого почитания этой святыни он возложил на чресла Распятаго пояс с пятьюдесятью гривнами золота, а на главу Его золотой венец. Когда я, изгнанный моими родными из дому, уходил в Россию, то взял с собою с креста этот пояс и венец; при этом я слышал голос: «Не возлагай, человек, этого венца на голову Мою, но неси, на приготовленное место, где преподобным созидается церковь Матери Моей, дай ему в руки, чтобы он повесил над жертвенником Моим». В трепете я упал на землю и лежал как мертвый. Потом, во время моего путешествия по морю, однажды поднялась на море большая буря, так что все мы уже готовились к смерти. Тогда я, вспомнив о поясе и о таинственном голосе, возопил: «Господи, прости меня, я погибая из-за пояса, который взял с Твоего святого изображения на кресте». Вдруг я увидел высоко в небе церковь и думал: «Какая это церковь? — и слышу голос свыше: «Та, которая созидается преподобным во имя Божией Матери, и размеры ее определить тем золотым поясом: 20 поясов в ширину, 30 — в длину и 50 — в вышину, и в ней ты будешь положен». После этого море вдруг утихло». Рассказав все это, Шимон прибавил: «Доселе, отче, я не знал, где созидается показанная мне церковь, пока не услыхал из твоих честных уст, что я буду положен здесь, в церкви, которая созидается, — и при этом подал пояс преподобному со словами, — вот мера основания церкви той». Затем, отдавая венец, сказал: «Пусть этот венец будет повешен над святым жертвенником». Старец прославил Бога и сказал: «Чадо, с этих пор пусть не будет тебе имя Шимон, но Симон».

В Киево-Печерский патерик включен рассказ зодчих о том, как Сама Пресвятая Богородица повелела им возвести церковь:
Через несколько лет после того, как Симон вручил преподобным пояс и венец, пришли в Царьград четверо очень богатых церковных зодчих к преподобным Антонию и Феодосию и сказали: «Где хотите начать строить церковь?» Преподобные отвечали: «Где Господь укажет это место». Мастера заметили: «Чудная вещь, вы узнали время своей смерти, а доселе не назначили места для своей церкви, дав нам на работу столько золота». Тогда преподобные, в присутствии свей братии обители, просили греков пояснить, что значит слова их. Те рассказали следующее:
«Однажды рано, при восходе солнца, к каждому из нас в доме пришли благообразные юноши, говоря: «3овет вас Царица во Влахерну». И мы, собравши всех своих родственников и друзей, пришли во Влахерну одновременно все и при этом из расспросов узнали, что одни и те же юноши одинаковыми словами звали каждого из нас. Вдруг мы увидели Царицу и множество воинов вокруг Нее — и поклонились Ей.
И Она сказала: «Хочу Себе воздвигнуть церковь в России, в Киеве. Повелеваю вам взять золота на три года и идти строить ее». При этом Она указала нам идти к преподобным Антонию и Феодосию, прибавив, что Антоний, благословивши начало постройки, отойдет в вечность, а Феодосий пойдет за ним на второй год. Отправляя нас, Царица вручила нам мощи семи святых мучеников — Артемия, Полиевкта, Леонтия, Акакия, Арефы, Иакова и Феодора, чтобы мы положили их в основание церкви. О размерах сей церкви Царица заметила: «Для меры послала Я пояс Сына Моего, по Его же повелению, но выйдите на открытое место и увидите размеры ее». Вышедши из церкви, мы увидели церковь на воздухе и, вернувшись, поклонились Царице и спросили: «Госпоже, в чье имя будет церковь?» Она сказала: «Хочу назвать ее в Мое имя». При этом Она дала нам эту святую икону, говоря: «Она будет наместницею». Отправляя нас, Царица обещала наградить нас за это дело и дать то, чего око не видело, и ухо не слышало, что не взошло и на сердце человека».

Мы же сказали: «Зачем же, госпожа, на три года золота нам даешь? Им и прикажи о нас, – что нам есть и что пить; а подаришь нас, чем сама знаешь».
Царица же сказала: «Этот Антоний только благословит, и отойдет из этого света в вечный покой; а этот, Феодосий, через два года после него отойдет. Итак, берите золота до избытка. А что до того, чтобы почтить вас, то никто не может так, как Я: дам вам, чего и ухо не слыхало, и глаз не видал, и что на сердце человеку не входило. Я сама приду видеть церковь и в ней жить буду». Дала Она нам также мощи святых мучеников: Артемия, Полиевкта, Леонтия, Акакия, Ареофы, Иакова, Феодора, и сказала: это положите в основание».

Мы взяли золота больше, чем нам нужно было, и Она сказала: «Выйдите на двор, посмотрите величину церкви». Мы вышли и увидели церковь на воздухе. Вошедши опять к Царице, мы поклонились и сказали: «Госпожа Царица, какое имя церкви?» Она же сказала: «Я хочу назвать ее своим именем». Мы не смели спросить, как Ея имя, а Она сказала опять: «Богородицына будет церковь». И, давши нам эту икону, сказала: «Она будет в ней наместной». Мы поклонились Ей и пошли в дома свои, неся с собой икону, полученную из рук Царицы».
Выслушав этот рассказ, все иноки прославили Бога и Пречистую Богоматерь. При этом преподобный Антоний сказал этим зодчим, что никто из нас не приходил никогда к вам, на что зодчие отвечали: «Царицыно золото мы получили от вас при многочисленных свидетелях и через месяц по получении отправились мы в путь и ныне десятый день, как мы вышли из Царьграда». После этого преподобный Антоний разъяснил, что на все это воля Божия, что давшие им золото были Ангелы Божии, а Царица во Влахерне — Сама Пречистая Матерь Божия. Относительно же сходства нашего с вручившими вам золото один Бог знает. Когда же греки вторично спросили о месте, на котором им предстоит строить церковь, преподобный Антоний сказал: «Мы проведем три дня в молитве, и Господь покажет нам». Во время молитвы преподобному Антонию явился Ангел Божий и сказал: «Ты обрел благодать предо Мною». Преподобный со смирением заметил: «Господи, если я обрел благодать пред Тобою, то пусть будет завтра на всей земле роса, а на месте, которое Ты благоволишь освятить, пусть будет сухо». На другой день нашли то место, где теперь церковь, сухим, а вокруг была роса. На другую ночь преподобный Антоний молитвенно возопил: «Господи, да будет по всей земле сухо, а на месте святом роса!» Так и оказалось и, таким образом, Сам Господь указал место для новой церкви.

Вся братия собралась вокруг места, назначенного для церкви, и преподобный Антоний размерив ширину и длину храма поясом, принесенным Симоном, благословил это место и, подняв руки, громким голосом сказал: «Услышь о, Господи, услыши мене днесь огнем, да разумеют вси, яко Ты еси, хотяй сего», и упал огонь с неба и пожег весь хворост и терние и истребил росу, и сделал углубление, подобное рву, на отмеренном месте. Все присутствующие пали от страха как мертвые. На сем месте преподобными отцами Печерскими Антонием и Феодосием основана каменная церковь Лаврская во имя Успения Божией Матери в 1073 году. В основание церкви положены были честные мощи поименованных выше святых мучеников, данные строителям во Влахернском храме.

Согласно определению Царицы Небесной, преподобный Антоний через некоторое время, в самый год основания церкви, мирно скончался, а преподобный Феодосий усердно заботился о построении храма и через год, когда уже стены церкви подняты были над фундаментом, также мирно почил. Церковь была окончена постройкой в третий год игуменства св. Стефана (1074—1094 гг.), преемника преподобного Феодосия.

По прошествии десяти лет с того времени, как волею и силою Пречистой Матери ей присланы были из Константинополя строители церкви Печерской, пришли к игумену Печерскому Никону (U 1088 г.) из того же Константинополя иконописцы и обратились к игумену с такой удивительной речью: «Покажи нам тех, которые уговаривались с нами относительно иконописного украшения церкви. Хотим мы с ними сосчитаться, так как при уговоре они нам показали маленький храм для иконописного украшения, а эта церковь очень велика. Или иначе возьмите от нас данное нам при уговоре золото и мы возвратимся в Царьград». Выслушав эту непонятную речь иконописцев, игумен спросил: «А каковы на вид были уговаривавшиеся с вами?» Иконописцы, указав черты внешнего вида и лиц их, прибавили, что один из уговаривавшихся назывался Антонием, а другой — Феодосием. Тогда игумен кротко отвечал им: «О, дети, невозможно вам показать этих лиц, так как уже более десяти лет прошло с тех пор, как они отошли к Богу и ныне непрестанно молятся о нас, охраняя эту церковь, оберегая свой монастырь и заботясь о подвизающихся в нем». Ужаснулись такому ответу иконописцы. Они привели многих свидетелей, в присутствии коих происходил уговор, и сказали игумену: «В присутствии этих людей названные нами иноки договаривались с нами и в их присутствии мы получили золото из рук иноков, а ты не хочешь нам их показать. Если они уже скончались, покажи нам их образ, чтобы мы и свидетели могли видеть, те ли это были». Тогда игумен пред всеми вынес образ преподобных Антония и Феодосия Печерских. При виде образа, иконописцы и свидетели поклонились до земли и сказали: «Это воистинну были они, и мы веруем, что они живы и по смерти, и могут помогать и защищать обращающихся к ним». При этом свидетели-купцы греческие, принесли в дар краски, привезенные ими для продажи. А иконописцы, раскаясь в своих грехах, вот что рассказали о своем прибытии: «Когда мы приплыли на лодке к г. Каневу, то издали на возвышении увидали обширную церковь и спросили тут бывших людей: «Какая это церковь?» Те нам отвечали: «Печерская, которую вы имеете украсить». Мы, недовольные тем, что церковь так велика, решили немедленно плыть назад, вниз по реке.

Наступившей ночью поднялась страшная буря, и лодка наша плыла вверх по реке, против течения, как бы некоею постороннею силою увлекаемая, — по утру мы очутились у Триполя. Страх напал на нас, и мы весь день размышляли, что это значит, что за одну ночь, не гребя, проехали мы такой путь, который обыкновенно проходится за три дня. В следующую ночь мы снова увидели эту церковь и в ней наместную икону Пресвятой Богородицы, Которая нам сказала: «Зачем вы, люди, напрасно противитесь воле Сына Моего и Моей? Если ослушаетесь Меня и поплывете вниз, — Я возьму вас и поставлю у церкви Моей, и знайте, что вы не выйдете оттуда, но, постригшись там в монастыре, окончите свою жизнь, — и Я вам дам милость Мою в будущей жизни, по молитвам этих строителей Антония и Феодосия». Встав по утру, мы все-таки поплыли вниз, но при всех наших усилиях лодка не только не двигалась вниз, а напротив, плыла вверх против течения, наперекор нам. После долгих и тщетных усилий, мы, наконец, образумились и покорились воле Божией, и очень скоро лодка наша очутилась у стен монастыря». Когда иконописцы окончили свой рассказ, то все слышавшие и присутствовавшие здесь прославили Господа Бога и Пречистую Его Матерь и преподобных Антония и Феодосия.

Иконописцы принялись за дело украшения и росписи святой церкви и, Сам Господь дивными знамениями и чудесами помогал им.

Когда иконописцы красками расписывали алтарь в этой Богозданной церкви, то чудесною силою изобразился в алтаре дивный образ Матери Божией. Чудо это совершилось на виду у всех. Иконописцы в это время все вместе находились у алтаря, занимаясь своим делом, в числе их был в учении и один из Печерских подвижников, преподобный Алипий (память 17 августа). Вдруг на стене явился чудный образ Богоматери. И когда все здесь присутствовавшие устремили на явленный образ свои удивленные взоры, то вдруг образ этот засиял необычайным светом, ярче солнца, так что смотреть на него нельзя было, и видевшие это чудо пали ниц. Когда, поднявшись, иконописцы стали опять всматриваться в этот дивный образ, то из уст изображенной на нем Матери Божией вылетел белый голубь и полетел к иконе Спасителя и за иконой скрылся. Затем этот голубь вылетел из уст Спасителя и летал по церкви, подлетая к каждой иконе святых и садясь одному на руку, другому на голову, и потом залетел за икону Матери Божией. Иконописцы хотели поймать голубя, приставили лестницу, но, поднявшись по ней, ничего не нашли за иконою и затем, обыскав всю церковь, нигде голубя не нашли.

Все стояли с устремленными взорами на икону, чудесно явившуюся в алтаре, и вдруг снова голубь вылетел из уст Матери Божией и полетел к образу Спасителя. Стоявшие внизу люди с криком: «Ловите его», — обратились к мастерам, работавшим наверху, те распростертыми руками окружили голубя, чтобы Его поймать, а Он снова влетел в уста Спасителя, и яркий свет опять осиял иконы, и бывшие здесь мастера пали ниц и поклонились Господу с душевной благодарностью, что сподобились видеть действие Пресвятого Духа, пребывающего в Печерской церкви.

Окончив украшение храма иконами и живописью, иконописцы остались жить в Печерской Лавре, упражняясь в молитве и украшая себя подвигами и добродетельной жизнью. Приняв иноческое пострижение, они и скончались в обители в глубокой старости. Так исполнилось предсказание, которое слышали блаженные иконописцы от пречистой иконы Богоматери, Которая им сказала: «Не уйдете оттуда, но, постригшись там, окончите свою жизнь».

Греческие мастера — и зодчие, и иконописцы, — потрудившиеся при создании Успенской церкви в Киево-Печерской обители, погребены в пещере преподобного Антония, где до сих пор лежат нетленными. Они положены в особом затворе (пещере) рядом, один подле другого, между нетленно почивающими мощами преподобных Авраамия-затворника и Исаакия. Вероятно, память их положена 14 февраля как день, посвященный преподобному Исаакию, почивающему близ сих праведных здателей.

Тропарь, глас 3
Преблаженнии и Богоноснии отцы наши,/ двоенадесятице честная,/ устроению великия церкве Киево-Печерския послуживший/ и равноангельным житием Богу угодивший/ и Того ради дерзновение велие у Него стяжавший,/ молим вас прилежно,/ испросите душам нашим очищение и велию и богатую милость.

Кондак, глас 4
Богатство благодати и сыноположения стяжавше/ многими подвиги и добродетельми,/ ихже ради Христос всели души ваша в Небесная селения Своя,/ даровав благодать нетления и чудес мощем вашим./ Сего ради вопием вам:/ радуйтеся, двоенадесятице честная/ великия церкве Печерския здатели/ и ликов иноческих похвало и утверждение.

Икона с частицами их святых мощей пребывает в петрозаводском храме во имя св. ап. Иоанна Богослова.

Оставьте комментарий!