google-site-verification: google21d08411ff346180.html Проповедь во вторник 31-й седмицы по Пятидесятнице протоиерея Александра Дягилева | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Проповедь во вторник 31-й седмицы по Пятидесятнице протоиерея Александра Дягилева

Январь 9th 2012 -

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа.

Сегодня, возлюбленные о Господе братья и сестры, мы с вами слышали отрывок из 11-й главы Евангелия от Марка, где поднимаются две важные темы. Одна из этих тем – смоковница, которая засохла, потому что Господь проклял ее; а вторая тема – это изгнание торгующих из храма. Давайте разберем эти две темы, потому что каждая из них важна для нас, и каждая имеет отношение к нашей жизни, и к обычной жизни, и к духовной жизни.

Итак, Господь вошел в Иерусалим. Люди торжественно встретили Его, как об этом повествуется незадолго до того, в начале 11-й главы. И на другой день Господь вышел из Вифании и вновь пришел в Иерусалим, и еще там, в Вифании, Он увидел смоковницу, покрытую листьями, и подошел к ней в надежде что-то найти. Но поскольку ничего не нашел, кроме листьев, сказал ей: «Отныне да не вкушает никто от тебя плода вовек!» Почему так? Ведь это была весна, это было время незадолго до страданий, до распятия, до Воскресения. Это было накануне иудейской Пасхи. Значит, Господь рассчитывал увидеть что-то другое, а не плоды, потому что время плодов еще не наступило, плоды, как мы знаем, поспевают к концу лета, к осени. Что же думал увидеть Господь? Есть такое толкование: как известно, любой плод начинается с цветка. И хотя бы цветы Господь рассчитывал увидеть. К тому же цветы у смоковницы сами по себе тоже съедобны. Но не только плодов, но и цветов не было на этом дереве, одни лишь листья. По толкованию святых отцов листья можно сравнить с нашими молитвами: как через листья дерево воспринимает солнечный свет, так через молитвы мы с вами общаемся с Богом и воспринимаем благодать Божию, преображающую нас. Цветы – это добрые дела, это начало плодов. А плоды – это исправление жизни, исправление самой сути человека, это отвращение от греха и избавление от страстей. Получается, что Господь кроме молитв ничего на этом дереве другого не увидел – не только исправления жизни, но даже добрых дел.

И вот давайте задумаемся об этом, братья и сестры, потому что часто мы с вами, православные христиане, именно таковы. Мы себя называем православными, мы регулярно ходим в храм, участвуем во многих богослужениях, читаем утренние и вечерние молитвы, акафисты, каноны – но, собственно говоря, а чем еще наша жизнь отличается от жизни неверующих людей? Ну, мы еще и посты соблюдаем. То есть это какие-то внешние дела – молитва и пост. А во всем остальном живем так же, а порой и хуже, чем язычники. Мне, к сожалению, доводилось с такими фактами сталкиваться в наши дни, когда люди бегут от самого слова «православный». Православный врач – а, ну значит, неквалифицированный, такой, который все свои неудачи, или неправильные диагнозы, или неправильное лечение будет списывать на «искушение». Православный бизнесмен – это значит тот, кто обманет, а потом будет говорить, «искушение было такое, простите». И так далее. Православная школа – это школа, в которой учат плести лапти, но плохо учат физике и математике. Почему так? Я не знаю, но, к сожалению, с такими фактами приходится сталкиваться, и от этого становится обидно. Потому что выходит, что мы, православные, оказываемся подобны вот этой самой смоковнице, с одними только листьями, с одним лишь внешним антуражем, но ни цветов, ни плодов в нас не найти – ни добрых дел, ни преображения жизни нашей.

А вторая тема, которая поднята в этом отрывке из Евангелия, такова: Господь, войдя в храм, «начал выгонять продающих и покупающих в храме; и столы меновщиков и скамьи продающих голубей опрокинул; и не позволял, чтоб кто пронес через храм какую-либо вещь. И учил их, говоря: не написано ли: дом Мой домом молитвы наречется для всех народов? А вы сделали его вертепом разбойников». Часто люди, когда читают этот отрывок из Писания, думают: как же так, а свечки-то в храмах продают? Значит, нарушают Евангелие? Но нужно сказать, что мы свечами в храме не торгуем. Свечка – это ваше пожертвование на храм. И если вы придете, помолитесь и не купите ни одной свечки, это не значит, что Бог не примет вашей молитвы. Если вы просто опустите денежку в кружку для пожертвований, это тоже будет ваша жертва. Формы жертв разные. Сейчас церковная свеча приобрела, скорее, символический смысл, потому что сейчас существует электричество, и во многих современных храмах большое остекление, и дневной свет достаточно освещает храм и без свечей. Но в древние времена, когда в храмах не было больших окон, а особенно, когда первые христиане молились в катакомбах, свеча – это был реальный вклад в то, чтобы в том месте, где собираются мои братья и сестры для молитвы, для причастия, было чуть-чуть светлее. Свеча – это именно пожертвование, изначально это именно пожертвование. А в наши дни люди почему-то свечу начинают чуть ли не обожествлять, считая, что Богу свечки нужны. Как часто приходится сталкиваться, и, думаю, многие из нас сталкивались с этим, что человек идет в храм именно для того, чтобы «поставить свечку». И еще начинает возмущаться – как это так, в храме свечки продают? Но мы их не продаем, это – ваше пожертвование на храм. Мы принципиально подчеркиваем: большая свеча, малая свеча, или вообще вы свечку не приобрели – для дела вашего спасения это значения не имеет. Вы можете выразить свою жертву или благодарность Богу любым другим способом.

Но почему же Господь так поступил в храме? А именно потому, что прямо в храме стали действительно заниматься бизнесом – продавали жертвенных животных; считалось, что животное, которое должны были принести в жертву Богу, должно быть куплено за особые, специальные, священные деньги, а не за римские динарии с изображением языческого императора. Поэтому здесь же, в храме, были, как мы бы сегодня сказали, валютные обменники – динарии меняли на эти самые специальные священные деньги, а потом уже на них покупали жертвенных животных. И так далее. Храм Божий был буквально превращен в базар. Продавцы, как на базаре, предлагали лучший курс обмена, лучшую цену за то или иное животное и так далее. Шум, гам, блеяние овец. Священники понимали, что так быть не должно. Именно поэтому, когда Господь стал их изгонять, они не стали протестовать, потому что они понимали, что Он делает то, что они бы должны были сделать. Но при этом и им перепадало кое-что из того, что выручали от этой торговли продающие и меняющие в храме. И Господь говорит, что храм должен быть местом молитвы, а не бизнеса.

С одной стороны, это очень понятно, а, с другой стороны, давайте мы задумаемся вот о чем: а зачем мы порой приходим к Богу? Очень часто – в надежде получить какую-то материальную выгоду, чтобы Господь помог вылечиться от болезни, сдать экзамен, еще что-нибудь получить. Братья и сестры, наша вера видна тогда, когда у нас все хорошо, а мы о Боге не забываем. А когда человеку плохо, и он вспоминает о Боге, это еще не признак веры. Мы должны приходить к Богу, потому что мы любим Его, а не потому, что хотим получить от Него какую-то материальную или иную выгоду в этой жизни. Аминь.

Комментарии закрыты.