google-site-verification: google21d08411ff346180.html Священномученик Константин Твердислов | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Священномученик Константин Твердислов

Сентябрь 30th 2013 -

Память 18 сентября/1 октября

Священномученик Константин Твердислов

Протоиерей Константин Николаевич Твердислов родился 1 мая 1881 года в небольшом уездном городе Гороховце Владимирской губернии в семье благочестивых мирян Николая и Александры. Хотя отец Константина Твердислова по роду своих занятий и принадлежал к почтовым служащим, однако на несомненное происхождение его из духовного сословия прямо указывает наследственная фамилия.

Она образована из названий букв церковнославянской азбуки: «слово» и «твердо», а известно, что с конца XVII вплоть до второй половины XIX века, элементы богослужебного языка использовались в России только при создании особых «семинарских фамилий», которые по благословению священноначалия присваивались воспитанникам духовных школ, как правило, с целью отметить их примерное поведение, нравственные достоинства или успехи в учебе.

Искренне желая возобновить семейную традицию служения Церкви Христовой, благочестивый отрок Константин, с младых лет преисполненный горячей любовью к Богу, поступил сначала в Муромское духовное училище, которое окончил в 1896 году по первому разряду, а затем – во  Владимирскую духовную семинарию.   25-го марта 1902-го года, на праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, Константин был посвящен в стихарь. Из стен семинарии, обнаружив за время обучения похвальное добронравие и отменные познания, он 15 июня 1902 года выпущен в числе лучших воспитанников с почетным званием «действительного студента», дающим право или поступить в Академию, или занять должность школьного учителя. Промыслом Божиим Константин Твердислов избрал второй путь, и в течение двух лет по окончании семинарии – с августа 1902 года по июнь 1904 – преподавал во второклассной школе села Давыдова Переславского уезда Владимирской губернии, приобретая здесь тот драгоценный педагогический опыт, который впоследствии, когда он станет уже пастырем и педагогом гимназии, будет высоко оценен его благодарными и чуткими питомцами.   В июне 1904-го года Константин Твердислов сочетался церковным браком с дочерью священника села Маймора Юрьевского уезда Владимирской губернии Еленой Георгиевской. В семейной жизни отец Константин всегда являл собою трогательный образ заботливого главы своей малой «домашней церкви», утверждая в ней высокий дух христианского благочестия, ненарушаемого мира и взаимной любви друг ко другу. Трем своим дочерям он постоянным примером собственной незлобивости внушал послушание и кротость нрава. «Папа был необыкновенно добрым», вспоминала впоследствии одна из них.
1 августа 1904 года Константин Твердислов был рукоположен Преосвященным Никоном (Рождественским), епископом Муромским, в сан пресвитера к Свято-Воскресенской церкви города Юрьев-Польского, а впоследствии был назначен настоятелем этого храма. Как ревностный служитель алтаря Христова, отец Константин неусыпно возгревал и поддерживал в душе своей огнь божественной благодати, полученный им при священнической хиротонии. Он жил, поминутно осознавая глубину своего пастырского долга, и не щадил сил, дабы соответствовать исключительной высоте иерейского призвания. Наделенный от Господа даром красноречия, неустанно проповедовал он слово Божие.

Настоятельство отца Константина в Свято-Воскресенском храме г. Юрьев-Польского пришлось на самое начало XX столетия, когда русское общество, прельщаясь лукавыми идеями века сего, с немалой опасностью для себя внимало голосам разного рода безбожных соблазнителей.

Еще в 1910 году, задолго до богоборческих гонений на Церковь, в своем торжественном «Слове на день Светлого Христова Воскресения», отец Константин проницательно призывал верных чад церковных к духовной стойкости.

Многим из них, несомненно, предстояло впоследствии претерпеть поношения за веру и понести множество скорбей. Не были, очевидно, сокрыты Господом от отца Константина и пути людские.     В 1910 году отец Константин, по благословению священноначалия, выступил на страницах «Владимирских епархиальных ведомостей» с циклом статей, посвященных животрепещущему вопросу об оживлении церковно-приходской жизни.

Отвечая на широко распространенное в современном ему обществе мнение о необходимости устройства на православных приходах всевозможного рода общественных организаций, отец Константин бдительно предупреждал, что подобная деятельность таит в себе известную опасность, «в особенности в наши дни, когда и устная, и печатная пропаганда разнообразных политических, социальных и антирелигиозных доктрин, до открытого атеизма включительно, уже успела в той или иной степени поколебать религиозно-нравственные устои не только многих мирян, но иногда и клириков..." Отец Константин справедливо полагал, что оживление приходской жизни должно лежать в русле непрестанного «укрепления пастырями в себе и пасомых» подлинно христианской настроенности и духовного единения в вере ради «совместного и деятельного осуществления воли Божией», ради спасения души, однако никак не в создании каких-либо внешних организаций, основанных на суетных страстях и преходящих идеях многомятежного века сего, пагубное увлечение которыми и способствовало впоследствии возникновению в истории Русской Церкви прискорбного явления, известного под названием «обновленчества».

Кроме духовно-нравственного воспитания своей паствы, отец Константин заботился о семьях прихожан, оказавшихся в нужде из-за потери или болезни кормильца, закупал им на зиму дрова, оказывал иную помощь. Для этого он учредил у себя на приходе особую «кружку для нищих», сборы которой справедливо распределялись между просителями. При обильной милостыне ее раздавали также неимущим из других приходов.   Стараниями отца Константина была основана приходская духовная библиотека. Поначалу жертвователи слегка сомневались в полезности этого начинания, однако батюшка убедил их, что «благотворение для души, хотя бы и чрез библиотеку, драгоценнее благотворении для тела». И действительно, библиотекой стали регулярно пользоваться прихожане всех возрастов и сословий.

Одним из первых в епархии ввел отец Константин народное пение в храме. Преодолев предубежденное отношение некоторых мирян к возрождению этой древней церковной традиции, внушив им, что «общее пение завещано примером Самого Господа Иисуса Христа, воспевшего псалмы после Тайной вечери со всеми апостолами (Мф. XXVI, 30)», батюшка поставил народное пение за богослужением на такую высоту, что оно вызывало у богомольцев светлые слезы благоговейной радости и умиления.

Приход, по слову отца Константина, единодушно осознал то, «что Богу нужно, прежде всего не искусство пения, а сердце, молитвою проникновенное».

В августе1914-го года началась первая мировая война. «Великая и страшная брань народов», как назвал ее отец Константин. «Нам известно, – обращался он к пастве, – что общенародные бедствия попускаются Богом, между прочим, для того, чтобы чрез них в людях оживлялись так часто замирающие в дни их безмятежия святые порывы их души. С русскими, благодарение Богу, в данный момент это действительно и случилось... ныне ожило сердечное и деятельное сострадание друг ко другу…»

В марте 1916 года, когда правлениям Духовных Академий позволено было принимать в число студентов первого курса женатых священников, отец Константин обратился с прошением на имя ректора Московской Духовной Академии епископа Волоколамского Феодора (Поздеевского). «Запросы современной жизни, – писал батюшка, – настойчиво и повелительно требуют от работника на Божьей ниве возможно большей основательности, отчетливости, углубления и расширения богословского понимания и знаний. Отсюда родилась во мне потребность, оставив приход и законоучительство в местной женской гимназии, освежить и расширить свое среднее образование в стенах высшего учебного заведения».   Однако учиться в Академии отцу Константину довелось лишь в течение двух неполных лет.

Революционные события февраля, а затем – и октября 1917 года поставили Духовную Академию в Троице-Сергиевой Лавре на грань закрытия. Сдав экзамены за второй курс академии, батюшка в июле 1918 года вернулся в родную Владимирскую епархию. Вначале он был назначен настоятелем одного из сельских приходов, а затем переведен в город Вязники – клириком кафедрального Свято-Казанского собора.

Началось время богоборческих гонений.

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.