google-site-verification: google21d08411ff346180.html Панорама «Jerusalem und die Kreuzigung Christi». Бруно Пигльгайн | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Панорама «Jerusalem und die Kreuzigung Christi». Бруно Пигльгайн

Апрель 23rd 2011 -

Панорама «Jerusalem und die Kreuzigung Christi». Бруно Пигльгайн

Работа над живописным полотном из цельного холста, высотой 17,5 м и длиной 120 м, началась в августе 1885 года.

Основной эскиз был передан холсту с фотографических пластин с помощью проектора, затем тонким слоем были нанесены краски основных цветовых зон. Для неба было создано 90 оттенков, смешанных из 1000 фунтов (1 фунт примерно 409 г) кремовых белил и 150 фунтов ультрамарина. Затем приступили к деталям. Работа заняла девять месяцев. Были привлечены и помощники – живописец Адальберт Хейн и Иосиф Блок, студент Пигльгайна.

30 мая 1886 года состоялось официальное открытие панорамы.

С самого начала, с коммерческой точки зрения, это было рискованное предприятие, причем именно из-за сюжета. Несколькими годами ранее бельгиец по имени Жюлиан де Фриндт обанкротился с панорамой Распятия на кресте. В немецких панорамах показывали в основном сцены сражений, общепринятое мнение считало только такие темы подходящими для панорам. Пока шла работа в мастерской Пигльгайна, слухи о ней просочились в прессу, и проект заранее был встречен критикой.

Но когда панорама предстала перед публикой, она была воспринята с всеобщим энтузиазмом, и собрала массу положительных отзывов. Критика признала работу шедевром, удовлетворяющим глазу и знатока, и непрофессионала.

Рецензент для Kunstchronik написал:

«Это художественное достижение высшего порядка. Можно сказать без колебания: шляпы прочь! Эффект от развернутой вокруг живописи огромный, это очень зрелая работа»1.

Людвиг Трост дал подробное описание живописи для популярного журнала Über Land und Meer:

«Когда мы встали на платформу, которая должна была изображать возвышенность, прилегающую к холму Голгофы, мы были несколько озадачены полумраком, в котором оказались. Наши глаза после яркого дневного света улицы нуждались в некотором времени, чтобы приспособиться к полумраку, соответствующему солнечному затмению, которое произошло во время распятия на кресте Христа, после чего живопись появилась, как будто из тумана. Медленно мы начали погружаться в специфическую атмосферу, созданную освещением, в которой властвовали своеобразно холодные тона, какие предстают глазу, когда солнце скрывается за облаками в летний день. В короткое время каждый проникается созданным настроением и понимает, что оно точно правильное.

Анализируя произведение искусства Пигльгайна, все его различные компоненты – пейзаж, архитектуру, фигуры, перспективу, мы находим, что наши надежды были не только оправданы, но в реальности превышены. Панорама Пигльгайна Распятия на кресте Христа — полностью реализованный шедевр, удовлетворяющий и глазу знатока, и непрофессионала. Все поверхностные восхваления вынуждены замолчать в торжественной атмосфере Великой Пятницы, окружающей нас, и наши сердца глубоко переполнены священной сценой. Я должен повторить здесь, что сделанная работа — результат кропотливого поиска правды; каждая деталь соответствует последнему библейскому исследованию, как сообщил художникам профессор Сэттлер из Мюнхена. Все это воспроизводит для нас день казни с подавляющей подлинностью и возвышенным спокойствием — ту пятницу, когда население Иерусалима текло из города, чтобы видеть изображенное историческое событие.

Отражение этой правды видно в картине. Нет никакого дерева, никакой дороги, никакого холма, никакой стены или зубчатой стены, которые являются лишними или не подходящими для этого места; все точно так, как это должно быть. Те, кто ожидает увидеть пышный зеленый пейзаж или блеск царя Соломона, будут, возможно, разочарованы. Мы видим бесплодную область выжженной растительности и голую скалу с городом, которые кажутся необычными для глаз, чтобы разглядеть художественную привлекательность этого пейзажа. Полнота эффекта, достигнутая самыми простыми средствами, превосходит описание, которое может подготовить зрителя к тому, с чем он столкнется, но перо никогда не сможет передать впечатление, которое создано пейзажем, окраской, настроением и отдаленными перспективами оливковых рощ, солнечных холмов и долин, пока еще не тронутых затмением солнца. Впечатление усилено, как в большинстве панорам, трехмерным передним планом, который соединяет переход к нарисованному холсту с удивительным правдоподобием. Как только мы поднялись на платформу, мы были поглощены оптическим обманом, столь совершенным, что оно захватило все наше внимание: нарисованные восточные руины дополнены каменными глыбами, которые простираются до самой платформы, причем все сделано так искусно, что глаз абсолютно не может отличить груды настоящих камней от нарисованных. Нет никакой возможности различить границу, и каждый немедленно чувствует себя перенесенным в пейзаж».

Даже Ричард Мутэр, один из лидеров немецкого искусствоведения, убежденный, что панорама – это не самый интересный жанр, вынужден был признать,  что Пигльгайн своим «Распятием на кресте Христа» открыл новые возможности для живописных панорам. В Zeitschrift für bildende Kunst он посвятил Пигльгайну длинную статью, в которой пришел к заключению, что его живописная панорама представляет триумф современного реалистического искусства. «Только в век точной науки, фотографии, и железных дорог стало возможным сделать комплексные исследования для обеспечения научной основы этой великой работы. Только художник, который самым кропотливым образом изучил результаты ботанических и археологических исследований места, смог увидеть эту тему, изображенную бесчисленное количество раз в истории западного искусства, таким совершенно новым способом. При этом его глубокое знание соединено с выдающимся умением, большим воображением и самой прекрасной художественной чуткостью. Нельзя не почувствовать, что перед нами настоящий художник милостью Божией».

Учитывая такую реакцию критиков, общественность оправдала надежды Холдер и Ко на инвестиции, что сделало эту компанию самой прибыльной в последней четверти 19 столетия.

На выставке посетители могли купить путеводитель, написанный профессором Максимилианом Сэттлером и снабженный подробными библейскими цитатами, а также взять в прокат театральные бинокли за 20 пфеннигов. Можно было купить репродукции на любой кошелек, от недорогих открыток до роскошного фолианта из двенадцати листов с фототипиями.

Панорама выставлялась в Мюнхене с мая 1886 г. до начала 1889 г.; оттуда выставка переехала в Берлин, где оставалась с апреля 1889 г. до конца 1891 г. Следующим пунктом, запланированным в туре, был Лондон, но из-за происков американских конкурентов эта выставка там так и не открылась. Из Лондона картина поехала в Вену, где была уничтожена огнем через два месяца после открытия. Огонь вспыхнул в ночь с 26 на 27 апреля 1892 года. Здание не сильно пострадало, но живопись была утеряна. Выдвигались разные гипотезы о причине пожара — и окурок, и самовоспламенение от газовых фонарей, и поджог, наконец чиновники решили, что виной стала неисправная проводка. Панорама погибла, но владелец панорамы Игнац Флейшер и художник Пигльгайн не понесли заметных убытков, так как получили хорошую страховку.

Можно было бы предположить, что пожар, уничтоживший панораму «Распятие Христа», поставил точку в ее истории, но на самом деле все только начиналось. Успех мюнхенской панорамы подвигнул многие компании и художников рисовать сюжет Распятия для панорам в разных городах Европы и Америки. Иногда это был откровенный плагиат, иногда менялись незначительные детали. Были и авторские повторы, Фрош и Кригер как признанные опытные мастера зачастую входили в состав различных команд художников.

Комментарии закрыты.