google-site-verification: google21d08411ff346180.html Под бомбами атеистов нет | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Под бомбами атеистов нет

Февраль 2nd 2015 -

 Свято-Успенская Святогорская Лавра

«К дням Иоанна Богослова и Николая Чудотворца в Святые Горы стеклось более десяти тысяч. Были битком набиты не только гостиные корпуса, но даже пекарня, швальня, столярная, каретная… Те, которые явились к ночи, в ожидании, пока им укажут место для ночлега, как осенние мухи, жались у стен, у колодцев или же в узких коридорчиках гостиницы», — описывает в рассказе «Перекати-Поле» Святогорский монастырь побывавший здесь Антон Павлович Чехов.

 Свято-Успенская Святогорская Лавра

По иронии судьбы, сегодня ситуация в Святогорске, где расположена Свято-Успенская Святогорская Лавра, приблизительно такая же, что и в чеховском рассказе. Только сейчас городок «штурмуют» не паломники, а беженцы. Дело в том, что сам город и главная православная святыня Восточной Украины оказалась всего лишь в часе езды от района активных боевых действий, но вместе с тем — Святогорск самый северный город Донецкой области. Все же чуть подальше от боев, по крайней мере, сегодня.

«Сегодня в Святогорске с населением в 3,5 тысячи человек проживает около 12 тысяч беженцев. В советское время Святогорск был знаменитым курортом. Здесь построили около 50 домов отдыха и пионерских лагерей, а сейчас все они заполнены беженцами. Увы, в домах отдыха людям, спасающимся от войны, приходится платить, а вот в монастыре их селят бесплатно», — рассказывает мне волонтер харьковской гуманитарной организации «Пролиска» Евгений Кафлин, развозящий продукты вынужденным переселенцам.

Как утверждает Евгений, направление потока беженцев все время меняется: “Полгода назад люди бежали из Славянска и Краматорска, потом пошли донецкие, а сейчас бегут люди из Дебальцево”.

Убежавшие из Дебальцево, где сейчас ополченцы пытаются взять в котел подразделения украинской армии, мне встречались повсюду. С утра мне позвонила хозяйка гостиницы, где я остановился: «Вы не могли бы кресло беженцам уступить? А то вы один живете, а их шесть человек в одной комнате! У меня уже вся гостиница под завязку, да и у других также».

Я познакомился с моими новыми соседями: они выглядели усталыми и подавленными, а вот их дети не унывали. «А им все бомбежки, как с гуся вода. Главное – можно в школу не ходить!» — объяснили мои новые знакомые.

Еще одна встреча произошла в дорогом по местным меркам кафе, где у стойки бара рыдала бомжеватого вида посетительница: «Ну все разбомбили, все!»

«Беженка – только что из Дебальцево. Стресс у нее», — извиняющимся тоном объяснил мне бармен. Нет, забыть о войне в этом, казалось бы, спокойном городке просто невозможно.

 Свято-Успенская Святогорская Лавра

Конечно, большинство беженцев облюбовали Святогорск не из-за близости к монастырю. В первую очередь беглецов привлекает тот факт, что здесь легче и дешевле снять жилье, чем в других прифронтовых городах Украины. Но все же мало кто из переживших бомбежки и лишения, оказавшись в безопасном месте, не зайдет в знаменитую православную святыню. Интересно, что среди жителей Донбаса существует поверье, что именно благодаря Лавре Святогорск «заговорен» от снарядов.

Наместник монастыря отец Арсений почему-то отнесся ко мне крайне подозрительно: «Наш монастырь принадлежит к Донецкой епархии Московского патриархата и очень многие смотрят на нас, как на террористов. Сейчас не то время, чтобы давать интервью прессе. Я могу с вами просто побеседовать как частное лицо с частным лицом. А благословения на съемку я вам не дам!»

Из нашей “частной” беседы с наместником мне удалось выяснить, что в монастыре проживает 120 монахов и (эта цифра все время меняется) 360 беженцев, из них 125 детей.

«Всех беженцев мы обеспечиваем не только жильем, но и питанием. Хотя, конечно, условия у нас достаточно спартанские, состоятельные люди у нас не останавливаются. Наш контингент — это мамаша с ребеночком, всякие юродивые», — объяснил мне отец Арсений.

 Свято-Успенская Святогорская Лавра

Про «юродивых» — это не оговорка. Наместник рассказывает, что за время войны в разы выросло количество «пророков», «ясновидящих», которые, вырвавшись из под бомбежек, приехали в Лавру. Да и монастырские нищие, которых тоже заметно прибавилось, уверяют, что занялись этим ремеслом лишь после того, как их жилье было разбомблено, а родные погибли.

Во время моей прогулки по обители я разговорился с трудником (человеком, бесплатно работающим в монастыре) Алексеем – беженцем из Горловки. Мой вопрос — за кого он — явно поставил молодого человека в тупик. Ответа на него он не дал, просто рассказав свою историю.

— Я работал таксистом и поэтому линию фронта пересекал постоянно. Один раз я не понравился ополченцу (интересно, что он был даже не в форме, а майке и шортах). Парень вынул из барсетки пистолет, приставил его к моей голове и приказал: «На колени!» Я было пытался возразить, что на колени только перед Богом встаю, но он передернул затвор. Пришлось встать. Все это происходило среди бела дня в центре Горловки! Тут подбежали другие ополченцы. Меня отпустили, но, знаете, — “осадок остался”.

С украинской армией тоже проблемы были. Как-то они решили, что я шпион. Надели на голову мешок, били. Потом говорят: «Машину отдашь в пользу армии, а сам на фронт пойдешь! Что — против, сука?!» В конечном итоге все тоже обошлось, но «осадок» опять остался. Сейчас я в монастыре лед колю, да с Богом общаюсь. Мне так как-то спокойней.  Свято-Успенская Святогорская Лавра

Следующая моя встреча. Прямо на снегу на площади возле собора неистово молился заросший бородой мужчина средних лет. Незнакомец оказался очень словоохотливым: «Меня зовут Сергей. Я беженец из Макеевки. Я дал себе обет каждый день прямо на холоде молиться по 6 часов в день за мир в Украине. Ведь ни у Порошенко, ни у Путина, ни у Обамы ничего не получается! Ну кто, если не я !?»

Возразить ему мне было в общем-то нечего.

Игорь Ротарь, Святогорск

Источник: сайт ИА «Росбалт»

Метки: , ,

Оставьте комментарий!