google-site-verification: google21d08411ff346180.html Святые мученики Лионские и Вьеннские: Санкт, Магур, Аттал и Бландина | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Святые мученики Лионские и Вьеннские: Санкт, Магур, Аттал и Бландина

Август 6th 2013 -

Память 25 июля / 7 августа

Святые мученики Лионские и Вьеннские: Санкт, Магур, Аттал и Бландина В 177 году, в разгар гонений Марка Аврелия, когда не щадили ни женщин, ни стариков, ни детей, были схвачены христиане из Лиона и Вьенны – главных городов Галлии.

Претерпев множество оскорблений и издевательств от язычников, они были приведены в суд и допрошены трибуном и магистратами Лиона. Христиане твердо исповедали веру, тогда их заключили в тюрьму вплоть до возвращения правителя.

Правитель осудил их за безбожие и богохульство, не дав возможности защитить себя. Это испытание раскололо христиан: одни чувствовали себя вполне готовыми к принятию мученичества и решительно отстаивали свою веру; другие же, числом десять, напротив, не нашли в себе довольно веры и решимости выдержать сражение и уступили угрозам тиранов. Это весьма опечалило их сподвижников. Но пустота, возникшая после их отступничества, была вскоре заполнена, потому что каждый день арестовывали все новых и новых христиан и в тюрьме оказались самые деятельные и заметные члены Церквей Вьенны и Лиона.

Правитель велел арестовывать всех, так что были задержаны и некоторые рабы-язычники, находившиеся в услужении у христиан. Испугавшись пыток, на которые были осуждены святые, они оклеветали хозяев, обвинив в том, что на своих собраниях христиане якобы едят человечину, предаются кровосмешению и совершают другие ужасающие преступления. Эта клевета вызвала бешеную ярость язычников, и святые мученики были подвергнуты неописуемым мучениям, призванным вырвать из их уст богохульные слова.

Гнев народа, правителя и воинов с особой силой обратился на Санкта, диакона из Вьенны; на Матура, недавно принявшего крещение, но уже отважного воина Христова; на Аттала, родом из Пергама, бывшего всегда опорой для христиан Лиона; и, наконец, против юной рабыни Бландины. Все опасались, что из-за юных лет и свойственной женщинам слабости она не выдержит испытаний. Но она оказалась полна такой силы, что ее стойкость перед лицом пыток заставила отступить палачей. Они, сменяясь, пытали ее с утра до вечера и наконец признали себя побежденными и обессиленными. Мучители были изумлены тем, что она еще дышит, при том что ее истерзанное тело представляло собой одну зияющую рану. Они признали, что даже одной из тех пыток, которым она подверглась, было достаточно, чтобы умереть. Подобно отважному в сражении воину, блаженная Бландина черпала все новые силы в своей вере. Ей достаточно было сказать: «Я христианка, у нас не делается ничего дурного», чтобы не чувствовать боли от мучений. Санкт также с нечеловеческой силой переносил мучения. Однако же язычники не оставляли надежды продолжительными и ужасными пытками вырвать у него признание вины, но ничего не смогли поделать с его несокрушимой силой. Он не сообщил им ни своего имени, ни кто он и откуда. На все вопросы Санкт отвечал по-латыни: «Я христианин!» Ибо это было и его имя, и отчизна, и род – все заключалось в этих словах. Такая твердость вызвала ярость правителя и воинов, которые стали терзать самые чувствительные места его тела раскаленными бронзовыми прутьями. Но даже будучи совершенно израненным, Санкт оставался тверд в исповедании веры, укрепившись и омывшись в животворящем источнике, забившем из ребра Христова. На деле Сам Христос претерпевал вместе с ним и возвеличивал его, низвергая диавола. И даже когда тело мученика представляло собой сплошную рану, было покрыто рубцами и почти утратило присущий человеческому телу вид, он своим примером показывал другим, что нет страха там, где царит любовь Отца, нет боли там, где пребывает слава Христа.

Однако никакие истязания не смогли сломить стойкость мучеников. Тогда диавол изобрел новые способы: их заточили в тесные, темные и сырые узилища, заковав ноги в кандалы и подвергнув неслыханно жестокому обращению тюремщиков, так что большинство исповедников задохнулись в казематах, в том числе епископ Лиона святой Пофин (память 2 июня). Но и здесь Господь проявил бесконечное милосердие: некоторые из отрекшихся, заключенные в той же тюрьме и в тех же условиях, поняли, что ничего не выиграли своим отступничеством, и обрели мужество в общении со святыми, которые были исполнены радости благодаря любви Христа и благодати Святого Духа. Их лица сияли славой, они источали благоухание Христово, и сами оковы казались великолепным убором, подобно тому как вышивка золотом украшает наряд невесты. Тогда отступники вновь исполнились мужества и без колебаний исповедали Христа, чтобы также удостоиться славного мученического венца. Великой радостью для Церкви стало принять живыми тех, кто прежде избрал духовную смерть и был исторгнут из ее лона.

Наконец пришел час отважных подвижников – Матура, Санкта, Бландины и Аттала – удостоиться за подвиги прекрасного, сплетенного из многих цветов венца и положить его к ногам Отца. Их отвели в амфитеатр на потеху бесчеловечным язычникам. Матур и Санкт были подвергнуты всевозможным пыткам: они были пронзены прутьями, растерзаны зверями – словом, всем истязаниям, каких в безумии криками требовала толпа. Их посадили на раскаленные железные кресла, отчего поджариваемая плоть испускала ужасный чад. Но ничто не поколебало их решимости, и Санкт продолжал исповедовать: «Я христианин!» В завершении зрелища христианам перерезали горло.

В это время святая Бландина была привязана к столбу и отдана хищникам. Вид девушки, будто распятой на кресте и не перестававшей громко молиться, укреплял ее сподвижников перед лицом предстоящего сражения. Они видели в ней Самого Господа, распятого ради нашего спасения, и наполнялись уверенностью, что все пострадавшие ради Христа будут жить в вечном общении с живым Богом. Ни один из хищных зверей так и не тронул Бландину в тот день. Ничтожная, слабая и презренная, она в тот день была подобна великому и непобедимому Подвижнику – Христу, даровавшему ей победу над врагом. Оставшуюся в живых христианку отправили обратно в тюрьму.

Когда Аттал был присужден к пытке, стало известно, что он римский гражданин, поэтому его дело подлежало рассмотрению императором. Когда ответ кесаря был получен, блаженных исповедников решено было предать смерти на празднике Трех Галлий, на который в Лион съезжались из всех провинций. После театрально обставленного допроса исповедников, тех, кто имел римское гражданство, обезглавили, а прочих отдали на растерзание диким зверям.

Вопреки чаяниям язычников, Христа победно восславили те, кто сперва отрекся, и лишь сыны погибели лишились благодати. Пока шел допрос, некий Александр, врач родом из Фригии, давно обосновавшийся в Галлии, смело исповедал веру. На следующий день его вместе с Атталом привели в амфитеатр. Сперва они были на потеху толпе подвергнуты разного рода мучениям, а затем обезглавлены. Аттал был посажен на раскаленное железное кресло и до последнего вздоха исповедовал Бога истинного. Александр во время пыток пребывал с Богом в сердце своем, не издал ни единого стона и не произнес ни одного слова.

В последний день игр Бландина была вновь приведена на арену вместе с юношей 15 лет по имени Понтик. Каждый день они становились свидетелями мучений своих товарищей, но оставались неколебимыми. Видя такую решимость, толпа в ярости потребовала расправы, невзирая на юные годы мальчика и без снисхождения к девушке. Их подвергли всевозможным истязаниям, но ничто не могло сломить их. Отважно перенеся все пытки, воодушевляемый сестрой во Христе, Понтик предал душу Господу.

Последней осталась блаженная Бландина, уподобившись благородной матери братьев-Маккавеев (см.: 2 Мак. 7)[1]. Она выдержала те же испытания, что ее духовные дети, спеша присоединиться к ним, как будто была звана на брачный пир. Ее бичевали, отдали на истязание хищникам, положили на раскаленную решетку, посадили в ивовую корзину и выпустили на нее быка. Животное много раз подбрасывало святую в воздух, но она не чувствовала боли от происходящего, ибо целиком пребывала в чаянии обетованного блаженства, продолжая обращаться ко Христу. Чтобы завершить зрелище, мученице перерезали горло.

Язычники вынуждены были признать, что ни одна из их женщин не перенесла бы столь жестоких и многочисленных мучений.

После этой кровавой расправы, сделавшей мучениками 48 человек, ярость преследователей все еще не была утолена. Они бросили псам тела тех, кто погиб в тюрьме, и воспретили верующим их хоронить. Тела же тех, кто претерпел мученичество в амфитеатре, были сперва оставлены под открытым небом на шесть дней, а затем сожжены, а пепел брошен в воды Роны.

Из книги «Синаксарь: Жития святых Православной Церкви»,
издательство Сретенского монастыря.
Составитель — иеромонах Макарий Симонопетрский,
адаптированный русский перевод — издательство Сретенского монастыря

Комментарии закрыты.