google-site-verification: google21d08411ff346180.html Мученический подвиг братии Белогорского Свято-Николаевского мужского миссионерского монастыря Пермской епархии | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Мученический подвиг братии Белогорского Свято-Николаевского мужского миссионерского монастыря Пермской епархии

Август 24th 2013 -

 Архимандрита Варлаам (Коноплев) Долгое время обстоятельства страданий и смерти насельников Белогорскиого Свято-Николаевского мужского монастыря оставались тайной. Доктор исторических наук протоиерей Алексий Марченко в своей статье возвращается к этим печальным событиям и приводит список убиенной братии монастыря и Серафимо-Алексеевского скита этой обители.

Память 12/25 августа


Основанный в начале 1890-х гг. Белогорский Свято-Николаевский мужской миссионерский монастырь к началу ХХ века имел огромную популярность среди православного населения урало-сибирских губерний России. Усвоив строгие организационные традиции афонского монашества, белогорские иноки успешно проповедовали среди местных старообрядцев. Потрясающая красота природы, высокая духовная жизнь и самоотверженный труд братии привлекали в монастырь свыше 70 тысяч паломников в год. Благодаря щедрым пожертвованиям купца П.С. Жирнова и других благотворителей, монастырь за короткие сроки сумел создать развитую хозяйственную инфраструктуру и стать одним из крупнейших монастырей Урала. К 1910 г. братия монастыря превысила 400 человек1. Вершиной развития «Уральского Афона» стало завершение строительства на Белой горе величественного Крестовоздвиженского собора, освященного в июне 1917 года2.

Дальнейшему процветанию Белогорского монастыря помешала революция, приведшая к власти большевиков. В октябре 1918 г. произошел разгром Белогорского монастыря. В Осинском уезде, где находился монастырь, «красный террор» отличался невиданной жестокостью3. Вместе со своим настоятелем архимандритом Варлаамом (Коноплевым) мученическую кончину приняли многие насельники обители. Однако долгое время обстоятельства страданий и смерти белогорских мучеников оставались тайной.

Одним из первых о гибели братии Белогорского монастыря сообщил иеромонах Дамаскин (Орловский). По его версии «в августе 1918 г. большевики захватили обитель… Многие монахи после зверских пыток были убиты»4.

Обстоятельное расследование репрессий, проведенных большевиками в отношении белогорских монахов, предпринял пермский историк В.В. Вяткин.

Опираясь на данные послужных списков белогорского братства, ему удалось выявить имена 34-х иноков обители, замученных в августе-октябре 1918 года5. Ссылаясь на сведения, полученные от очевидцев, он указал предполагаемые причины и места казни мучеников. «Белогорцев уничтожали в Осе и в Перми, в Ашапе – либо за отказ от работы на своих мучителей, либо за несогласие на мобилизацию в Красную армию»6.

Существует немало документальных и устных свидетельств о том, как расправлялись большевики с белогорскими монахами. Костина В. опубликовала воспоминания двух отшельниц Марии и Анны – духовных чад настоятеля Белогорского монастыря архимандрита Варлаама (Коноплева), подвизавшихся в 1918 г. недалеко от Белой горы. «Ослабев от голода, послушницы вышли из пустыньки и направились на Гору. Подходя к обители, они вместо братии встретили часовых, которые им сказали: «Уходите быстрее! Все расстреляны, никого нет, монастырь закрыт».

Монахов ставили в два ряда и расстреливали прямо на глазах у местных жителей Белой Горы. Кто пытался подойти или протестовал, в тех тоже стреляли. Хоронить не давали»7.

Это свидетельство не противоречит материалам, помещенным на страницах белогвардейской газеты «Освобожденная Россия», где рассказывается о поездке на Белую Гору епископа Бориса (Шипулина), назначенного Сибирским ВВЦУ управляющим Пермской епархией после изгнания красных8.

24 февраля 1919 г. войска генерала Вержбицкого выбили большевиков из Кунгура. Белая гора оказалась на освобожденной территории. 4 марта туда прибыл епископ Борис, совершая свою первую поездку по епархии. «…Увиденное и услышанное на Белой горе превзошло все ожидания. Уже были найдены тела иеромонахов Илии и Сергия с исколотыми штыками шеями, с размозженными черепами и прострелянными ладонями. Епископу сообщили следующее: 102 насельника Белой Горы были угнаны на окопные работы […] В главном алтаре собора осквернили и разворотили престол[…], все имущество монастыря разграбили настолько, что из швальни было взято последнее шило[…]. Та же картина разрушения и зверства оказалась в Серафимо-Алексеевском скиту. Из числа насельников было убито 9 человек. В Осе были обнаружены тела трех скитников – иноков Сергия, Исаакия и рясофорного послушника Павла. Их извлекли из ямы, залитой нечистотами. У этих мучеников размозжены головы, вырваны куски тела из боков, нанесено множество штыковых ран, надломлены голени…»9

Известно, что в апреле 1919 г. епископ Борис инициировал расследование обстоятельств террора против духовенства в Пермской епархии, в том числе белогорской братии. Материалы работы следственной комиссии правительства А.В. Колчака сохранились и были частично опубликованы С.С. Балмасовым10. Они рисуют наиболее полную картину зверств большевиков в отношении монахов Белогорского монастыря.

Во время следствия иеромонах Белогорского монастыря Иосиф (Воробьев) показал: «Аресты преимущественно производились Осинской чрезвычайной комиссией и по ее распоряжениям. Между 8-10 октября 1918 г. Юго-Осокинской чрезвычайной комиссией были арестованы иеромонахи Иоасаф и Сергий, которые высказывали негодование Советам, называя комиссаров продажными душами, что и послужило причиной их ареста, а позже 6 ноября, по доставлении их в Осу, – причиной расстрела. Одновременно с ними было арестовано 6 монахов, из которых 3 бежали, остальные были отправлены большевиками в Вятку[…]. Никаких мандатов и документов при арестах обвиняемым большевиками не предъявлялось и оставлено не было»11.

Из показаний ясно, что массовый арест монахов был произведен между 10-13 октября 1918 г. при совершении в монастыре всенощного богослужения. Общее количество арестованных в этот день было около 170 человек. Из них некоторые были мобилизованы красными, оказались на фронте и бежали оттуда, другие были взяты сибирскими войсками в плен на станции Шумаково, находясь на принудительных работах. Третьи скрылись и бежали во время отступления красных из Перми. Из числа бывших арестованных и оставшихся в живых в монастырь вернулось 43 человека12.

Отец Иосиф свидетельствует: «По имеющимся у меня точным сведениям, арестованных большевиками постигла следующая участь:

Монахи:

1.     Маркел (Шаврин)
2.     Ермоген (Боярышнев)
3.     Иосиф (Аристофаров)
4.     Евфимий (Шаршимов)
5.     Аркадий (Носков)
6.     Варнава (Надеждин)

Послушники:

7. Яков Данилов
8. Петр Рочев
9. Александр Арапов
10. Федор Белкин
11. Сергий Ржанников
12. Василий Ракутин
13. Иван Родин (прапорщик)
14. Андрей Тупицын (поручик)
15. Максим Конилов
16. Симеон Дунаев (скит)
17. Василий Змеев (скит)
18. Пантелеимон Посохин (скит).

Все эти лица были расстреляны большевиками в с. Шарашах Осинского уезда за отказ идти на воинскую службу в первых числах октября 1918 года.

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.