google-site-verification: google21d08411ff346180.html Благоверные князья Василий и Константин Ярославские | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Благоверные князья Василий и Константин Ярославские

Июнь 20th 2011 -

Святые благоверные князья Василий и Константин в житии. 1640-е годы, происходит из Успенского собора в Ярославле. Ярославль, Ярославский историко-архитектурный и художественный музей заповедник

Память 8/21 июня; 3/16 июля 23 мая вместе с Собором Ростово-Ярославских святых

Свв. князья Василий и Константин были сыновьями ярославского князя Всеволода Константиновича, убитого в битве на реке Сити вместе с дядей своим вел. князем владимирским Георгием Всеволодовичем (память его 4 февр.). По смерти отца ярославский престол занял старший его сын Василий. Он много потрудился, облегчая участь своих подданных, разоренных татарами, не раз ездил для этого в Орду и сооружал новые храмы. Ни разу он не принял участия в междоусобиях князей. Ему пришлось перенести тяжкое горе — смерть единственного сына.

А дочь его, княжна Мария, вышла впоследствии замуж за св. князя Феодора (память его 19 сент.). В 1249 г. князь Василий приехал во Владимир для свидания с вел. князем Александром Невским (память его 23 нояб.) и там скончался в том же году и был им погребен. Наследовал князю Василию его брат Константин, во всем подобный ему. В 1257 г. он был убит при защите Ярославля от напавших на него татар. В 1501 г. оба брата были причислены к лику святых. Святые мощи их почивали до наших дней в Ярославле в городском соборе.

Эти братья, сыновья Всеволода Константиновича, первого ярославского князя, тоже имеют свое место в числе православных святых.

Жить им пришлось в трудное для Руси время – самое начало монгольского нашествия. В 1236 году на русские земли пришли полчища Батыя, предавая огню и мечу все на своем пути. Разорены были многие города и веси, и отец братьев – князь Всеволод, присоединившись к своему дяде, великому князю Владимирскому Георгию Всеволодовичу, принял участие в походе русских князей против захватчиков. Но силы оказались неравны. В битве на реке Сить в 1238-м русское войско потерпело сокрушительное поражение. Многие князья не вернулись в свои уделы. Пали в этой кровавой битве и князь Всеволод, и великий князь Георгий.

Осиротевшие княжичи остались с матерью, старший – Василий – унаследовал престол. Несмотря на юный возраст, Василий проявил ум и волю, достойные зрелого мужчины. Брат его Константин оказался надежным помощником во всех делах.

Князь Василий управлял своей вотчиной, всячески уклоняясь от усобиц соседей, предпочитая битвам духовное утешение в заботах о благе родного княжества, залечивая раны, нанесенные монгольскими набегами, обновляя разоренные храмы, помогая вдовам и сиротам воинов, погибших на Сити.

В 1239 году князь Василий впервые отправился в Золотую Орду вместе с другими князьями «про свою отчину» (чтобы получить от хана ярлык на княжение) и был отпущен Батыем «с честью». В 1244 году он снова ездил в Орду с Владимиром Константиновичем, князем угличским и своим дядей. В 1245 году отправился к Батыю в третий раз, вместе с великим князем Ярославом Всеволодовичем. Вернувшись из Орды, Василий женился на княжне Ксении, с которой имел двоих детей – дочь Марию и сына Василия, умершего в раннем детстве. Переживший немало скорбных событий, князь Василий смиренно принимал все тяготы и невзгоды.

Увы, жизнь его была доброй и благочестивой, но недолгой. Зимой 1249 года князь Василий отправился во Владимир, чтобы встретиться с великим князем Александром Ярославичем (которого мы знаем как Невского). Но, едва прибыв во Владимир, князь Василий заболел и 8 февраля скончался. Гроб с его телом от Владимира до Ярославля сопровождали двоюродные братья Василия, князья ростовский и белозерский – Борис и Глеб Васильковичи, к ним присоединился и великий князь Александр – столь велико было их уважение к молодому, но зрелому духом безвременно почившему князю. Отпевал его Кирилл, епископ Ростовский. Гроб с телом был поставлен в Ярославском Успенском соборе.

Ярославский престол перешел к младшему брату Василия – Константину, который продолжил дело брата и немало усилий приложил к укреплению границ княжества. Но правление Константина тоже было недолгим. Монголы продолжали опустошать русские земли, несмотря на все договоры русских князей с Батыем. Их дикие ватаги перемещались из княжества в княжество, как саранча. В 1252 году разорению подверглось Суздальское княжество. В июле 1257 года монгольские отряды подошли к Ярославлю. Терпению ярославцев и их князя пришел конец – Константин с дружиной вышел навстречу захватчикам. На правом берегу реки Которосль 3 июля противники сошлись в кровавой сече. Многие ярославцы погибли. Пал и князь, отдав жизнь за веру и родину. Монголы взяли числом и умением, хотя и сами понесли большие потери. Разъяренные неожиданным сопротивлением монголы сожгли и разграбили Ярославль, после чего ушли. Возвышенность, на которой случилось сражение, с тех пор называется Туговой горой (от слова «туга», которое и сегодня означает «скорбь, печаль» – но уже в белорусском языке) – в память о слезах, пролитых вдовами и детьми павших воинов. Тело князя Константина было погребено рядом с телом его брата в Успенском соборе в Ярославле. Детей Константин оставить не успел. В 1260 году ярославский престол перешел к смоленскому князю Федору Ростиславичу, женившемуся на дочери Василия.

В 1501 году сильный пожар опустошил ярославский кремль. Сгорел и Успенский собор. Когда начали копать рвы под фундамент нового соборного храма, нашли два каменных гроба с нетленными мощами. Надписи на плитах, закрывающих гробы, указывали на то, что это мощи князей Василия и Константина. Мощи были перенесены из кремля в Борисоглебскую церковь. Великий князь Московский Иоанн III, узнав об этом событии, распорядился построить каменный собор взамен сгоревшего. В тот же год братья были причислены к лику святых. Впоследствии, бывая в Ярославле, Иоанн III не раз приходил поклониться святым мощам благоверных князей, от которых исходила чудесная исцеляющая сила.

В 1744 году новый большой пожар сильно повредил собор, пострадали и мощи святых князей. Останки их были собраны в ковчеги и положены в особую раку, находившуюся с южной стороны собора после его восстановления. В 1919 году большевики изъяли мощи. Лишь в 1989 году находившиеся в хранилище Ярославского исторического музея реликвии были возвращены Русской православной церкви и ныне сохраняются в Ярославском Феодоровском кафедральном соборе.

Что сказать – красивая легенда. Житие благоверных князей Василия Всеволодовича и Константина Всеволодовича Ярославских было составлено в конце 1520-х годов иноком Пахомием, который помимо жития написал также службу святым князьям и стихиры на день их памяти. Житие известно в списках XVI–XIX веков и содержит немалое количество ошибок, признаваемых в силу их очевидности и церковными историографами. Возможно, именно поэтому исходный текст жития никогда не публиковался, а большинство источников приводит его приглаженный и основательно подправленный с оглядкой на летописи пересказ. Какие ошибки? Например, Пахомий называет Василия Всеволодовича сыном не ярославского, а киевского князя, и даже утверждает, что Василий и сам княжил в Киеве. Не говоря уже о том, что великого князя Георгия, погибшего вместе с отцом братьев, князем Всеволодом, в битве на Сити, Пахомий именует братом, а не дядей Всеволода. Но это уже мелочь по сравнению со всем остальным. Относительно кончины обоих братьев сей инок ошибается еще раз, сообщая, что оба они погибли при захвате Ярославля Батыем, при этом умудряется написать о монгольском хане, что тот был «родом града Ярославля от веси Череможския». Впрочем, по замечанию В.О. Ключевского, житие, написанное Пахомием, демонстрирует как изрядное украшательство в литературном отношении, так и полное равнодушие к фактической основе.

О князе Василии летописи говорят очень мало. Известно, что старший из братьев впервые упомянут под 1238 годом в числе князей из рода Всеволода Большое Гнездо, уцелевших после «Батыева погрома», а под 1239 годом – как один из князей, получивших от хана разрешение править в собственных владениях. Предполагается, что Василий родился не позднее 1229 года – что выводится, видимо, из того, что до своей кончины он успел жениться и даже дважды стать отцом. Причем поездки в Орду, занимавшие немало времени, явно не способствовали слишком уж раннему браку (что позволяет теоретически удлинить предполагаемый жизненный путь Василия Всеволодовича на несколько лет). Утверждение Пахомия, что князь Василий позаботился о семьях павших на Сити ратников, а также о восстановлении разоренных монголами храмов, не находит подтверждения в Лаврентьевской и других летописях – в записях, относимых ко времени до написания жития, отражена (и то весьма скромно) лишь политическая (выражаясь современным языком) деятельность князя. В 1244 году Василий вместе с великим князем Владимирским Ярославом Всеволодовичем (дядей своего отца, а также отцом Александра Невского и первым великим князем, утвержденным не съездом князей, а монгольским ханом, иначе говоря – оккупантами) повторно ездил в ставку Батыя за подтверждением ярлыка на княжение. В конце 1245 года Василий снова отправился в Орду, откуда вернулся в начале следующего 1246 года. Причем так и осталось неизвестным, с какой целью была совершена эта поездка, поскольку миролюбивый князь Батыя вполне устраивал, и никто вроде бы на его удел не претендовал. Вернувшись в Ярославль, Василий женился на Ксении, о которой летописи не сообщают ничего, кроме того, что она была княжеского рода. У молодых супругов родились дочь Мария (некоторые источники именуют ее Анастасией, другие же добавляют, что крестильное имя Марии было Феодосия) и сын Василий (вскоре, увы, умерший – во всяком случае, умер он раньше отца).

В самом начале 1249 года он прибыл во Владимир-на-Клязьме, чтобы встретиться с Александром Ярославичем, в тот момент номинально являвшимся великим князем Киевским (но жил он не в разоренном дотла монголами Киеве, а в любимом Новгороде, вотчиной имея также родной Переславль; во Владимире же великокняжеский престол занимал его брат Андрей… впрочем, это уже другая история… к тому же уже изложенная). Там, во Владимире, Василий Всеволодович тяжело заболел и вскоре умер. Тело его повезли домой. В траурной процессии, помимо уже названных князей, была и мать обоих братьев Васильковичей – княгиня Мария, дочь Михаила Черниговского (который, как и отец Александра Невского, не вернулся из далекой Монголии в 1246 году). Князь Василий был похоронен в Ярославле, в Успенском соборе.

Замечу, однако, что никаких прижизненных духовных подвигов в этих вполне обычных для того времени строках биографии князя Василия не просматривается. Неужели мало-мальски благочестивая жизнь для тогдашних русских князей была чем-то из ряда вон выходящим? И каждый, кто ее вел, достоин был причисления к лику святых? Что касается того, что летописи будто бы умалчивают о том, как князь заботился о сиротах и вдовах, о восстановлении храмов – скорее всего, нечего было об этом писать. Не заботился. Не до того было. Ничего предосудительного в том, что молодой князь пекся об укреплении дружины и границ, направляя на это все скудные ресурсы разоренного княжества и оставляя жертв войны на потом, я не вижу. Впрочем, и ничего похожего на проявления святости – тоже. Обычный прагматизм государственного деятеля, который, возможно, стал бы великим – если бы не преждевременная смерть…

Что касается младшего брата Василия, Константина, то тут повесть выйдет еще более короткой. Ибо Константин не упомянут ни одной летописью, завершенной до начала XVI века (хотя и занимал престол довольно долгий срок – от 6 до 8 лет). Нет его и ни в одной из родословных ярославских князей (лишь однажды он упомянут как сын князя Всеволода, без каких-либо дополнительных сведений). Неизвестна и дата его рождения. Не упоминается в ранних летописях XIII–XV веков и битва на Туговой горе, в которой то ли в 1257 году, то ли парой лет ранее будто бы сложил голову князь Константин. К слову, хотя на месте этого легендарного побоища еще в 1692 году была поставлена церковь в память о погибших, до сих пор там никто не проводил целенаправленных археологических раскопок. Да и просто на Туговой горе не находили ничего, указывающего на кровавую сечу. То есть и просто материального (раз уж нет документального) подтверждения сей будто бы исторический факт не имеет.

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.