google-site-verification: google21d08411ff346180.html Беседа вторая на Святую Пятидесятницу. Святитель Иоанн Златоуст | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Беседа вторая на Святую Пятидесятницу. Святитель Иоанн Златоуст

Май 23rd 2010 -

Велики, возлюбленные, и выше всякого слова человеческого дары, ниспосланные нам сегодня от человеколюбивого Бога, — будем поэтому все мы вместе радоваться и с восторгом прославлять нашего Владыку.

И подлинно, нынешний день для нас праздник и торжество. Как в преемстве дней и времен года одна перемена следует за другою, так точно и в церкви праздник следует за праздником и один отсылает нас к другому. Недавно мы праздновали кресту, страданию, воскресению, потом вознесению на небо Господа нашего Иисуса Христа; а сегодня наконец достигли до самой вершины благ, вступили в самую столицу праздников, пришли к самому плоду обетования Господня. Аще Аз иду, сказал Он, иного Утешителя послю к вам, и не оставлю вас сиры (Иоан. XIV, 18; XVI, 7). Видите ли Его попечение? Видите ли неизреченное человеколюбие? Пред этими днями Он восшел на небо, восприял царский престол и воссел одесную Отца, а сегодня дарует нам пришествие Святаго Духа, и чрез Него ниспосылает нам с небес бесчисленные блага. И что, скажи мне, из относящегося к нашему спасению не Духом устроено для нас? Чрез Него мы освобождаемся от рабства, призываемся в свободу, вводимся в усыновление, вновь, так сказать, созидаемся, слагаем с себя тяжкое и смрадное бремя грехов; чрез Духа Святаго мы видим лики священников, имеем полки учителей; от этого источника и дары откровений, и дарования исцелений; и всем прочим, что обыкновенно украшает ее, церковь снабдевается отсюда. И Павел взывает так: вся сия действует един и тойжде Дух, разделяя властию коемуждо, якоже хощет (1 Кор. XII, 11). Якоже хощет, говорит он, а не как Ему повелевается; разделяя, а не подвергаясь разделению; властвуя Сам, а не подлежа власти. Таким образом, Павел приписывает и Духу Святому такую же власть, какую по свидетельству его, имеет Отец. Как об Отце он говорит: Бог есть действуяй вся во всех (1 Кор. XII, 6), так и о Святом Духе: вся же сия, говорит, действует един и тойжде Дух, разделяя властию коемуждо, якоже хощет. Видишь ли совершенную власть? У кого одна сущность, у тех, очевидно, одна и самобытность; у кого равночестно достоинство, у тех одна и сила и власть. Чрез Него мы получили отпущение грехов; чрез Него мы смыли всякую нечистоту; по Его дару мы, притекшие к благодати, стали из людей ангелами, не переменившись по естеству, но, что гораздо удивительнее, оставаясь в естестве человеческом проявляем жизнь ангельскую. Такова сила Святаго Духа. Как чувственный огонь, приняв мягкую глину, делает ее твердою черепицею, так точно и огонь Духа, объяв благомыслящую душу, хотя бы нашел ее мягче глины, делает ее тверже железа, и того, кто незадолго был осквернен нечистотою греховною, вдруг являет светлейшим солнца. Этому научая нас, блаженный Павел взывал так: не льстите себе: ни блудницы, ни идолослужителе, ни прелюбодее, ни сквернителе, ни малакии, ни мужеложницы, ни лихоимцы, ни татие, ни пияницы, ни досадителе, ни хищницы царствия Божия ни наследят (1 Кор. VI, 9-10). Исчислив, так сказать, все виды нечестия и научив, что виновные в таких грехах чужды царствия, он тотчас прибавил: и сими нецыи бесте, но омыстеся, но освятистеся, но оправдистеся. Как и каким образом? Скажи, — в этом и вопрос. Именем Господа нашего Иисуса Христа, и Духом Бога нашего (1 Кор. VI, 11). Видишь ли, что Дух Святый истребил все это нечестие и тех, которые прежде погибали от собственных грехов, вдруг возвел до высочайших почестей.

2. Кто же достойно пожалеет и оплачет тех, которые решаются хулить достоинство Духа, которые, как бы умоисступленные, даже величием благодеяний не могут быть удержаны от своего безумия; но осмеливаются делать все ко вреду своего спасения, отнимая у Него, сколько это возможно для них, достоинство Владыки, и стараются низвести Его в ряд тварей? Я хотел бы спросить их: для чего вы объявляете такую войну против достоинства Духа, или лучше, против собственного спасения, и не хотите взять в разсуждение сказанное Спасителем ученикам: шедше научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Матф. XXVIII, 19)? Видишь ли равночестное достоинство? Видишь ли точно выраженное согласие? Видишь ли нераздельность Троицы? Разве есть здесь различие, или изменение, или уменьшение? К чему вы осмеливаетесь прибавлять к словам Господа новое повеление? Или вы не знаете, что и в человеческих делах, если бы кто покусился или дошел до такой дерзости, что прибавил бы что-нибудь или убавил в грамоте царя, который одного с нами рода и причастен одному и тому же естеству, то подвергся бы крайнему наказанию и ничто не могло бы избавить его от этого наказания? Если же столь велика опасность из-за человека, то какое может быть прощение тем, которые оказывают столь великое безумие, покушаются искажать слова общего нашего Спасителя и не хотят слушать и Павла, который имел в себе Христа, и который громким голосом взывал и говорил так: око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша яже уготова Бог любящым Его (1 Кор. II, 9)? Итак, если ни око не видало, ни ухо не слыхало, ни сердце не могло вместить познания о том, что уготовано любящим Его, то откуда мы, блаженный Павел, можем получить познание об этом? Подожди немного, и услышишь, как он объясняет и это. Он прибавляет: нам же Бог открыл есть Духом Своим (1 Кор. II, 10); и на этом не останавливается, но чтобы показать и величие силы и единосущие Духа с Отцом и Сыном, говорит: Дух бо вся испытует, и глубины Божия. Потом, желая из примера человеческого преподать нам точнейшее наставление, присовокупляет: кто бо весть от человек, яже в человеце, точию дух человека, живущий в нем? Такожде и Божия никтоже весть, точию Дух Божий (1 Кор. II, 11). Видишь ли совершенное наставление? Как того, что находится в уме человека, говорит он, не может знать никто другой, а только сам он один знает свое, так и Божьего никто не знает, кроме Духа Божия, — а это весьма важно и вполне достаточно показывает достоинство Духа. Приводя этот пример, он как бы так говорит: невозможно, чтобы кто-нибудь из людей когда-нибудь не знал того, что находится в уме его; и как это не возможно, так и Божие, говорит он, с такою же точностию знает Дух Святый. Недоумеваю, — неужели и эти слова блаженнаго Павла не повлияют на людей, которые по собственному предубеждению, ко вреду своего спасения, объявляют такую войну против достоинства Духа, отнимают у Него, сколько это возможно для них, достоинство Владыки и низводят Его в ничтожество тварей? Но если они расположены спорить, восставая против сказанного в божественном Писании, — то мы, принимая божественные наставления, как свыше принесенные прорицания, станем возсылать подобающее славословие, показывая с правою верою и правильное разумение истины. Итак, против тех, которые решаются учить противно изреченному Духом, довольно сказано; но вашей любви необходимо сказать, почему Господь не тотчас после Своего вознесения даровал нам Виновника таких благ, а попустил, чтобы ученики прежде провели несколько дней и пробыли одни с самими собою, и тогда ниспослал благодать Духа. Не напрасно и не без причины было и это. Он знал, что род человеческий недостаточно ценит те блага, которые у него в руках, и не чтит по достоинству того, что является приятным и великим, если не случится что-нибудь и из противоположного. Например, скажем об этом яснее: здоровый и сильный телом не чувствует и не может в точности знать, сколько благ доставляло ему здоровье, если он не испытает болезни, когда его постигнет немощь; также и тот, кто видит днем, не так ценил бы свет, если бы его не сменяла темнота ночи. Подлинно, испытание противоположнаго всегда бывает ясным учителем относительно того, чем мы прежде наслаждались. Посему и тогда, так как ученики в присутствии (Христа) наслаждались безчисленными благами и во время обращения с Ним были в великом благоденствии, — все ведь жители Палестины взирали на лица их, как на некоторые светильники, потому что они и воскрешали мертвых, и очищали прокаженных, и изгоняли бесов, и исцеляли болезни и много других являли чудес, — посему, так как они были столь неизвестны и славны, то Он и попустил им на малое время лишиться силы Содействовавшего им, дабы они, оставшись без нее, узнали, как много Его присутствие доставляло им благости, и, восчувствовав важность прежних благ, с большею готовностию приняли и дар Утешителя. Дух Святый и утешил их в скорби и светом Своим озарил их, сетовавших по причине разлуки с Учителем и исполненных уныния, и воздвиг почти лежащих, и разогнал облако печали, и разрешил недоумение. Так как они слышали повеление Господа: шедше научите вся языки (Матф. XXVIII, 19), но еще недоумевали и не знали, куда каждому из них должно направиться и в какой стране вселенной нужно проповедывать учение, — то приходит Дух Святый в виде языков, отделяя каждому из них страны учительства во вселенной, и данным языком как бы на некоторой скрижали обозначая каждому предел вверенного ему начальства и учительства.

Вот почему Дух сошел в виде языков; и не только поэтому, но и для того, чтобы напомнить нам о древнем событии. Так как в древности люди, впав в безумие, вздумали построить башню, которая достигала бы до неба, а Бог чрез разделение языков разрушил их злое согласие, то ныне Дух Святый нисходит на апостолов в виде огненных языков, чтобы чрез это соединить разделенную вселенную. И совершилось дело новое и дивное: как тогда в древности, языки разделили вселенную и расторгли злое согласие, так ныне языки соединили вселенную и бывшее разделенным привели в единомыслие. Итак, для этого Он сошел в виде языков, а языки были как огненные, потому что в нас разрослось терние греха. Как земля тучная и плодородная, если остается невозделываемою, произращает великое множество терний, так точно и наше естество, вышедши из рук Создателя прекрасным и способным к произведению плодов добродетели, но не принимая в себя плуга благочестия и семени богопознания, породило нечестие, как бы некоторое терние и другое бесполезное растение, И как часто бывает не видно лица земли от множества терний и дурных трав, так и благородства и чистоты души нашей не видно было, пока Возделыватель человеческого естества, пришедши и ниспославши огонь Духа, не очистил ее и не сделал способною к принятию небесного семени.

3. Такие и еще большие блага дарованы нам в настоящий день. Поэтому я увещеваю, — станем и мы праздновать сообразно с достоинством дарованных нам благ, не венки возлагая на ворота, но украшая души, не площадь убирая покровами, но просветляя душу одеждами добродетелей, дабы таким образом мы могли и принять благодать Духа, и собрать происходящие от Него плоды.

Какие же плоды Духа? Послушаем Павла, который говорит: плод духовный есть любы, радость, мир (Гал. V, 22). Посмотри на точность его выражений, на последовательность учения: сначала он поставил любовь, и потом упомянул о том, что следует далее; положил корень, и потом показал плод; утвердил основание, и потом возвел здание, начал с источника, и потом перешел к потокам. Не прежде может быть положено основание радости, как если наперед мы станем считать благоденствие других своим собственным и блага ближнего принимая за свои собственные; а это может произойти не иначе, как если возобладает в нас сила любви. Любовь — есть корень, источник и матерь всего доброго. Подлинно она, как корень, произращает безчисленныя ветви добродетелей; как источник, производит множество потоков; как мать, объемлет в лоне своем прибегающих к ней. Зная это, блаженный Павел и назвал ее плодом Духа; а в другом месте он усвоил ей такое преимущество, что назвал ее даже исполнением закона: исполнение убо закона, говорит он, любы есть (Римл. XIII, 10). И Владыка всех, в качестве надежного признака и достоверного отличия Своих учеников, предложил нам не иное что, но любовь, сказав: о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Иоан. XIII, 35). Поэтому, увещеваю, к ней все мы прибегнем, к ней прилепимся и с нею встретим этот праздник, так как где любовь, там перестают проявлять себя душевные недостатки, где любовь, там утихают неразумные порывы души. Любы, сказано, не превозносится, не гордится, не безчинствует (1 Кор. XIII, 4, 5). Любовь не делает зла ближнему; где господствует любовь, там не бывает Каина, убивающаго брата. Уничтожь источник зависти, уничтожишь и поток всех зол; отрежь корень, уничтожишь вместе и плод. Это я говорю, заботясь более о тех, которые завидуют, так как первые особенно и причиняют себе величайший вред и навлекают на себя великую гибель; а для тех, которым завидуют, зависть служит, если они захотят, даже поводом к получению венцов. Посмотри, как праведнаго Авеля воспевают и прославляют каждый день, и причина убiения сделалась для него поводом к прославлению. Он и после смерти смело вещает своею кровию и громким голосом обвиняет убийцу; тот, оставшись в живых, в воздаяние за дела, получил плод дел своих, и проводил жизнь стеня и трясыйся на земли (Быт. VI, 12), тогда как убитый и лежащий на земле, после смерти, показывал еще большее дерзновение. И как тому и живому грех приготовил жизнь несчастнее мертвых, так этого и по смерти добродетель еще более прославила. Поэтому и мы, дабы приобрести нам и здесь и там большее дерзновение, дабы получить нам большую радость от праздника, снимем с души все нечистыя одежды, особенно же сбросим одежду зависти, потому что хотя бы мы по-видимому совершили безчисленное множество добрых дел, но лишимся всего, если на нас лежит бременем эта ужасная и жестокая зараза, — и дай Бог избежать ее всем нам, особенно же тем, которые сегодня, благодатию крещения, совлекли с себя ветхую одежду грехов и могут блистать подобно лучам солнечным. Итак, убеждаю вас, вписанных сегодня в сыновство и облекшихся в эту светлую одежду: соблюдайте ту светлость, в какой вы теперь находитесь, всячески охраняя ее, со всех сторон заграждая вход диаволу, дабы, получив обильнейшую благодать Духа, вы могли принести плоды — иной в тридцать крат, иной в шестьдесят, а иной во сто, и удостоились с дерзновением встретить Царя небеснаго, когда Он благоволит придти и распределять неизреченныя блага между проведшими настоящую жизнь добродетельно, во Христе Иисусе, Господе нашем, Которому слава и держава ныне и присно, и во веки веков. Аминь.


Текст приводится по изданию: Беседа вторая на Святую Пятидесятницу // Полное собрание творений святого Иоанна Златоуста в 12 томах. Т. 2, кн. 1. М.: Православное братство “Радонеж”, 2005. (Репринт.) С. 502, 514-520

Метки: ,

Комментарии закрыты.