google-site-verification: google21d08411ff346180.html Притча о добром самарянине | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Притча о добром самарянине

Декабрь 14th 2013 -

Jacob Pynas. The good Samaritan

Одна из самых впечатляющих историй, рассказанных Иисусом Христом, – это притча о добром Самарянине. Иисус рассказал ее человеку, который спросил: “Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?” Иисус ответил вопросом: “В законе что написано?”

Человек ответил, ссылаясь на Второзаконие 6:5 и Левит 19:18: “Возлюби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим… и ближнего твоего, как самого себя”.

Когда Иисус пообещал: “Так поступай, и будешь жить”, – человек, вызывая Его на спор, ответил: “А кто мой ближний?” В ответ на вопрос этого человека Иисус рассказал притчу о добром Самарянине

25 И вот, один законник встал и, искушая Его, сказал: Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную?
26 Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь?
27 Он сказал в ответ: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя.
28 [Иисус] сказал ему: правильно ты отвечал; так поступай, и будешь жить.
29 Но он, желая оправдать себя, сказал Иисусу: а кто мой ближний?
30 На это сказал Иисус: некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым.
31 По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо.
32 Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо.
33 Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился
34 и, подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем;
35 а на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе.
36 Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?
37 Он сказал: оказавший ему милость. Тогда Иисус сказал ему: иди, и ты поступай так же.

От Луки святое благовествование. Глава 10

Более глубокий смысл

Спаситель часто говорил притчами, потому что в каждой из них содержится глубочайший смысл, понятный только тем, у кого есть уши, чтобы слышать (см. от Матфея 13:9). Пророк Джозеф Смит утверждал, что неверующие не понимали притчей Спасителя. “Однако Своим ученикам [Господь] давал ясное толкование [притчей]”, и мы сможем понимать Его притчи, учил Пророк, “если только откроем глаза и будем читать с искренним желанием понять их” 1 . Знание этого принципа побуждает к размышлениям об иносказательном значении притчи о добром Самарянине. Если рассматривать ее в свете Евангелия Иисуса Христа, эта прекрасная история представляет собой блестящее изложение плана спасения, что заметили, наверное, лишь немногие современные читатели.

В очевидном для всех значении содержание этой притчи вполне практично и драматично, но освященная веками христианская традиция также видела в ней впечатляющую аллегорию Падения и Искупления человечества. Изображение этого раннехристианского толкования рассказа о добром Самарянине можно найти в известном соборе одиннадцатого века в Шартре, Франция. В верхней части одного из его прекрасных витражей изображено изгнание Адама и Евы из Сада Едемского, а внизу, как бы в связи с этим событием, – притча о добром Самарянине. Этот витраж служит иллюстрацией “иносказательного толкования притчи Христа, которое было популярно в средние века” 2 . Рассматривая этот витраж, я недоумевал: какое отношение имеет Падение Адама и Евы к притче о добром Самарянине?

О милосердомъ самарянинѣ

Вскоре я нашел ответ 3 . Это аллегорическое толкование уходит корнями в эпоху раннего христианства. Во втором веке от Рождества Христова Ириней (живший на территории нынешней Франции) и Климент Александрийский оба увидели в добром Самарянине символ Самого Христа, спасающего падшую жертву – человека, израненного грехом. Несколько лет спустя ученик Климента Ориген утверждал, что это толкование дошло до него от более ранних христиан, описывавших эту аллегорию следующим образом:

“Человек, шедший по дороге, – это Адам. Иерусалим – рай, а Иерихон – мир. Грабители – вражеские силы. Священник – это Закон, левит – Пророки, а Самарянин – Христос. Раны – непослушание, осел – тело Господа, [гостиница], принимающая всех желающих войти, –это Церковь… Содержатель [гостиницы] – это глава Церкви, заботам которого она была вверена. А тот факт, что Самарянин обещает вернуться, символизирует Второе пришествие Спасителя” 4 .

Это аллегорическое прочтение знали не только древние последователи Иисуса; оно было распространено практически повсеместно в среде ранних христиан, и его отстаивали Ириней, Климент и Ориген, а в четвертом и пятом веках – Златоуст в Константинополе, Амвросий в Mилане и Августин в Северной Африке. Это толкование с большими подробностями представлено в двух других средневековых витражах – во французских соборах в Бурже и Сане.

Подобие и символ плана спасения

Обдумывая Священные Писания, читатели извлекают для себя большую пользу, особенно если эти Писания свидетельствуют об Иисусе Христе (см. от Иоанна 5:39). Притча о добром Самарянине свидетельствует о Христе. Она учит плану спасения, искупительной любви Спасителя и показывает наш путь, ведущий к наследованию вечной жизни. Ее можно прочитать как историю не только о человеке, шедшем из Иерусалима в Иерихон, но и обо всех, кто приходит из присутствия Бога, чтобы жить на Земле. Это ее значение проявляется лучше всего в свете Евангелия Иисуса Христа, восстановленного через Его Пророков последних дней.

Давайте рассмотрим эту историю по частям.

Некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам…

Некоторый человек. Ранние христиане сравнивали этого человека с Адамом. Эта связь, вероятно, была более очевидна в древних языках, чем в современных переводах. На древнееврейском слово Адам означает “человек, человечество”, “человек во множественном числе”, а также “Адам” как собственное имя 5 . Так, Климент Александрийский справедливо считал, что пострадавший в этой аллегории символизирует “всех нас”. Действительно, все мы сошли с Небес подобно Адаму и Еве, чтобы подвергнуться опасностям и превратностям смертного состояния: “Как в Адаме все умирают…” (1-е Коринфянам 15:22).

Шел. Раннехристианский автор Златоуст воспринимал это слово как описание сошествия Адама из Сада в этот мир – перехода от славы к мирскому, от бессмертия к смертному состоянию. В этой истории из 10-й главы Евангелия от Луки подразумевается, что человек “шел”осознанно, зная об опасностях предстоящего путешествия. Никто не заставлял его идти в Иерихон. Очевидно, он считал, что этот путь стоит совершить, несмотря на известные всем опасности, поджидавшие его на дорогах, которые во дни Иисуса охранялись плохо 6 .

Из Иерусалима. Иисус рисует человека идущим не из обычного места, а из Иерусалима. Из-за святости этого города-храма ранние христиане легко усматривали в этой детали идею о том, что этот человек пришел из присутствия Бога.

В Иерихон. Иерихон без труда можно было сравнить с этим миром. Расположенный на 250 м ниже уровня моря, Иерихон – самый низкий город на Земле. Благодаря своему мягкому климату он стал гедонистическим курортом, где Ирод построил роскошный дворец для отдыха. Однако следует обратить внимание на то, что путешественник в притче еще не пришел в Иерихон, когда на него напали разбойники. Этот человек шел по крутому спуску в Иерихон, но еще не добрался до самого дна.

Попался. Легко увидеть здесь намек на падшее состояние смертного человека и на то ужасное положение, в котором он оказался из-за личной греховности: “Да, впал в заблуждение и должен погибнуть” (Алма 34:9).

Разбойникам. Раннехристианские авторы видели в разбойниках (или грабителях) либо дьявола и его сатанинские силы, либо злых духов, либо лжеучителей. Употребленное Лукой греческое слово, которое переведено как “разбойники”, подразумевает, что это были далеко не новички. На путника напала с преднамеренным умыслом организованная банда головорезов с большой дороги.

…которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым.

Сняли с него одежду. Ранние христиане считали, что здесь Иисус говорит о чем-то очень важном. Ориген и Августин видели в том, что путник потерял свою одежду, символ потери человечеством бессмертия и нетленности. Златоуст говорил о потере “его одежд бессмертия” или “одежд послушания”. Амвросий писал, что с путешественника “сняли покров духовной благодати, которую мы [все] получили [от Бога]”.

По-видимому, нападавшим была нужна именно одежда путника, ибо здесь ничего не говорится о богатстве или вещах, которые он мог везти. По какой-то причине грабителям нужна его одежда – то, что он принес из святого места, что вызывает у них зависть и что они хотят отобрать.

Изранили. В этом слове усматривали сравнение со скорбями жизни, страданиями души и бедствиями, причиненными различными грехами и пороками. И действительно, враги души оставляют на ней раны (см. Иаков 2:8–9). Согрешение имеет вполне реальные последствия (см. Алма 41:10).

Едва живым. Грабители ушли, оставив человека “едва живым”. Мы можем увидеть в этом штрихе намек на первую и вторую смерть. Человек пал, стал подвержен греху и испытал первую смерть, став смертным. Но вторую смерть, вечное отделение от Бога, все еще можно было предотвратить (см. Алма 12:32–36).

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.