google-site-verification: google21d08411ff346180.html Проповедь в день прославления святых Новомучеников земли Белорусской. Священник Федор Кривонос | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Проповедь в день прославления святых Новомучеников земли Белорусской. Священник Федор Кривонос

Октябрь 28th 2011 -

Произнесена 12 декабря 1999 г. в Минском Свято-Духовом кафедральном соборе

В день 12 декабря 1999 года Белорусская Православная Церковь явила великое торжество, в лике местночтимых святых прославив двадцать три новомученика, в Минской епархии крест своего служения несших и за веру в Господа и Спаса нашего Иисуса Христа в XX столетии убиенных. Акт прославления этих новомучеников есть лучшее свидетельство того, что Православная Церковь в Белоруссии, несмотря на трудности, пережитые в недавнем прошлом, и проблемы, встающие сегодня, по-прежнему исполнена Благодати Божией и способна нести людям Свет Благовестия Христова. «И свет во тьме светится, и тьма не объяла его» /Ин. 1, 5/.

В особенности важным представляется то событие, когда Церковь прославляет мучеников за Иисуса Христа пострадавших.

Из истории Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви мы знаем, что с самых первых веков христианства Ее служители подвергались лютым гонениям, кровью своей запечатлевая верность Спасителю и тем идеалам, которые Он заповедал благовествовать. Римские императоры, жестоко преследуя первых христиан, хотели добиться от них поклонения языческим идолам, олицетворявшим различные человеческие страсти и пороки, однако нисколько не преуспели в этом. Христиане выдержали гонения, обрушившиеся на них в первые столетия после Рождества Христова, наперекор ожиданию язычников выстояли в той страшной борьбе, явив миру сонмы святых мучеников, ставших, по выражению Тертуллиана, зиждительным семенем Церкви Христовой. Навечно в наш церковный календарь вошли имена: Святаго Великомученика и Победоносца Георгия, Святаго Мученика Иустина Философа, Святаго Мученика Киприана Карфагенского и многих Других, пострадавших на заре распространения веры Христовой. Их жизненный подвиг стал достойным примером подражания для последующих поколений христиан, в том числе тех, которые жили в уходящем в Вечность XX столетии.

Гонения, направленные против Русской Православной Церкви в недавние десятилетия XX века, по своим масштабам и жестокости вполне сравнимы с теми преследованиями, которые пережили христиане Римской империи в I — начале IV столетия.

Десятки тысяч разрушенных храмов, сотни закрытых монастырских обителей, миллионы арестованных, заключенных в концлагеря, сосланных и расстрелянных людей стали результатом безумной попытки претворения в жизнь той безбожной, неоязыческой идеологии, которая временно, как и все от человека приносимое, «восторжествовала» в России в XX веке.

Белоруссия, входившая вначале в состав Российской империи, а затем — СССР и населенная в значительной степени православным по вероисповеданию народом, разделила с русскими общие испытания, связанные с утверждением нового социального строя и гонениями на Церковь Христову.

Согласно дореволюционной статистике, накануне 1913 года в пределах той территории, которую в начале XX века плотно населяли белорусы, существовало пять православных епархий: Минская, Полоцкая, Литовская, Могилевская и Гродненская. В них действовало 3613 церквей (включая соборные, приходские, приписные, домовые и кладбищенские), 470 часовен, 34 монастырские обители. В Минске, Вильно, Могилеве, Витебске функционировали духовные семинарии. Была достаточно широко развита сеть духовных училищ. При приходских храмах имелось 4247 начальных школ (церковно-приходских и школ грамоты). Население, исповедывавшее православную веру и проживавшее в пяти вышеназванных епархиях, составляло 5 миллионов 561 тысячу человек.

Такова статистика, характеризующая состояние Православной Церкви в Белоруссии накануне тех социальных катаклизмов, которые вскоре на Нее обрушились.

С первых дней революции Церковь была отделена от государства, а Ее служители фактически поставлены вне закона. Началось планомерное уничтожение всего того, что напоминало людям о Боге, о их высшем земном призвании. Духовенство лишилось возможности преподавать в школах Закон Божий. В Белоруссии были закрыты все духовные учебные заведения, начиная с церковно-приходских школ и кончая семинариями. Религиозным общинам было запрещено владеть собственностью и иметь право юридического лица. Наиболее ценная недвижимость, принадлежавшая Православной Церкви, а именно: здания архиерейских подворий, духовных консисторий, монастырей, учебных заведений, подверглись изъятию.

В 1921 году по условиям Рижского договора Белоруссия была разделена между Польшей и СССР. Как в Западной, так и в Восточной части Белоруссии в 20 — 30-е годы, хотя и в разных формах (и под разными предлогами), продолжилось глумление над православной Церковью.

Особенно тяжелой оказалась участь духовенства и мирян, проживавших в пределах Советской Белоруссии. Верующим людям пришлось пережить здесь компанию по вскрытию святых мощей (как это было с чесными останками Преподобной Евфросинии Полоцкой); акцию изъятия церковных ценностей, в 1922 году проведенную под лживым предлогом помощи голодающим Поволжья; коллективизацию и связанные с ней массовые репрессии. Верующий народ явился свидетелем того, как разрушали храмы Божьи, снимали с них кресты, разбивали колокола, ломали иконостасы, уничтожали духовенство...

Сегодня мало кто представляет себе ту атмосферу, которая господствовала в обществе 30-х годов XX века. Для большей наглядности не лишне будет вкратце обратиться к прессе тех лет.

В газете «Рабочий» за 19 января 1930 года, вышедшей в день празднования Крещения Господня, рассказывалось о том, как в Минске в этот же самый день проходил антирелигиозный митинг.

«Костер пылал в кругу», читаем в ней, — «яркие ленты пламени взвивались в темноте. Горели иконы. Группа демонстрантов принесла небольшой гроб, «чинно» уложила в него десяток икон, навсегда изгнанных из рабочих квартир, и подожгла. Костер горел посреди площади Свободы...

Тысячи минских трудящихся пришли вчера на эту площадь еще раз доказать свою непримиримость по отношению к религии, потребовать от городского Совета передачи церквей под культурные учреждения. Колонны демонстрантов заняли площадь до отказа, а со всех сторон города все продолжают течь ряды трудящихся. Едут транспортники. В лозунгах, прикрепленных к автомобилям, они заявляют: «Мы не верим в Бога. Железнодорожную Церковь — под клуб».

... Там, где долгие годы лживая поповщина плела свои сети, мы откроем клуб, мы заставим заговорить радио, прикусим языки колоколам и тяжелую медь их отдадим на нужды индустрии.

Митинг был коротким, но он прекрасно отразил волю многотысячной демонстрации рабочих, с факелами, с лозунгами вышедших, чтобы требовать церкви — под клубы».

В угаре подобных настроений жили в 30-е годы, совершая свое служение, православные священники Минской епархии и других областей Советской Белоруссии.

Лишенные избирательных прав, не получавшие продовольственных карточек, они, ко всему прочему, не имели возможности пользоваться землей, т.е. были обречены вместе со своими семьями на полуголодное, полунищенское существование. Многим из них не дали умереть с голоду прихожане, старавшиеся поддерживать своих пастырей из последних сил...

Семьи священников находились под тем же прессом идеологического воздействия, как и само духовенство. Даже их дети подвергались дискриминации в школах. По воспоминаниям дочери священномученика Владимира Пастернацкого — Елены Владимировны — в 30-е годы их «семья жила только тем, что кого-то забрали и папу должны забрать». А самым страшным для нее в детстве было то, когда ее «ставили перед классом и учительница говорила: «Откажись от отца, он — враг народа!» Девочка плакала, но «сказать так не могла, все время ждала, что папа вернется. Оказалось, что его расстреляли...»

В этих страшных условиях официально поощряемого презрения и материальной нужды духовенству очень сложно было сохранить верность избранному в жизни пути пастырского служения, не поддаться соблазнам мира сего, не отказаться от священного сана.

Те новомученики, которые прославлены Церковью 12 декабря 1999 года, и являют нам как раз образец такого служения на Ниве Христовой, служения стойкого и бескомпромиссного. Назовем их поименно.

Протоиерей Владимир Хираско. Настоятель церкви иконы Божьей Матери «Всех скорбящих Радосте» г.Минска. Несколько раз арестовывался. Последний раз вышел из заключения полуслепым. Умер в 1932 году.

Протоиерей Василий Измайлов. Настоятель Свято-Воскресенской церкви г.Борисова. За сопротивление обновленцам, стремившимся захватить храм, арестован в 1927 году. Принял мученическую смерть во время нахождения в Соловецком Лагере Особого Назначения в 1930 году.

Иерей Петр Грудинский. Настоятель Свято-Николаевской церкви с.Тимковичи Копыльского района, до революции — депутат 2-й Государственной Думы от крестьян. Сан священника принял в начале 20-х годов, когда ширилось гонение на Церковь. Арестован и расстрелян в 1930 году.

Иерей Валериан Новицкий. Настоятель Свято-Троицкой церкви с.Телядовичи того же района. Арестован в начале коллективизации за то, что выступал против создания в колхозах антирелигиозных кружков. Расстрелян в 1930 году.

Иерей Владимир Хрищенович. Настоятель церкви Преображения Господня с.Языль Стародорожского района. Арестован за частое совершение богослужений, а также призывы к верующим не оставлять храма, верить в Господа и молиться Ему. Расстрелян в 1933 году.

Иерей Иоанн Вечерко. Настоятель церкви Покрова Божьей Матери с.Кривоносы Стародорожского района. Арестован в 1933 году. Расстрелян за мужественное поведение во время допросов.

Протоиерей Сергий Родаковский. Настоятель церкви Святой Живоначальной Троицы с.Таль Любанского района. Первый раз арестован в 1930 году, отправлен на лесоповал. Второй раз арестован в 1933 году. Расстрелян.

Иерей Владимир Талюш. Настоятель Свято-Георгиевской церкви с.Залужье Стародорожского района. Арестован за попытку сбора средств среди прихожан, необходимых для уплаты налога с церкви. Приговорен к 10 годам заключения в концлагере. Находясь там, погиб.

Протоиерей Михаил Новицкий. Настоятель Свято-Петро-Павловской церкви м.Узда. Одновременно исполнял обязанности благочинного. В ночь, накануне Великой Субботы 1935 года, избит неизвестным иудеем, требовавшим от него церковных ценностей. Умер на третий день Пасхи.

Протоиерей Порфирий Рубанович. Настоятель Спасо-Пре-ображенской церкви м.Заславль. Арестован в 1937 году по ложному обвинению. Заключен в концлагерь на 10 лет. Погиб в 1943 году.

Протоиерей Михаил Плышевский. Настоятель церкви Свя-таго Пророка Ильи с.Шацк Пуховичского района. В конце 20-х —начале 30-х годов неоднократно арестовывался. В последний раз — в 1937 году. Расстрелян в день Преображения Господня.

Протоиерей Димитрий Павский. До революции — настоятель Минского Свято-Петро-Павловского кафедрального собора. В 20-е годы служил в церкви Святаго Духа в Острошицком Городке. Впервые арестован в 1931 году. Приговорен к 5 годам заключения в концлагере. После освобождения в 1937 году арестован второй раз. Расстрелян.

Протоиерей Иоанн Воронец. Настоятель Свято-Георгиевской церкви м.Смиловичи. Арестован сначала в 1930 году, затем -в 1937-м. Во время Всесоюзной переписи населения наставлял прихожан, чтобы они не боялись власть имущих и писались верующими. Расстрелян в день Преображения Господня.

Протоиерей Леонид Бирюковым. Настоятель Свято-Успенской церкви с.Бродец Березинского района. Арестовывался трижды: в 1934, 1935 и, наконец, в 1937 годах. Расстрелян за ходатайство об открытии приходского храма.

Протоиерей Александр Шалай. Настоятель Свято-Троицкой церкви с.Блонь Пуховичского района. Арестован в 1937 году за то, что организовал сбор подписей за открытие местной церкви. Расстрелян.

Протоиерей Николай Мацкевич. Настоятель Свято-Андреевской церкви г.Борисова. Арестован в 1937 году по причине отказа отречься от сана. Расстрелян.

Протоиерей Иоанн Панкратович. Настоятель Свято-Покров-ской церкви с.Чижевичи (ныне в черте Солигорска). Арестован в 1937 году за то, что ходил по деревням и призывал крестьян подписываться за возобновление ранее закрытой приходской церкви. Расстрелян.

Диакон Николай Васюкович. Служил в церкви Рождества Пресвятой Богородицы с.Литвяны Узденского района. Арестован в 1937 году за смелые высказывания, обличающие беззакония властей. Расстрелян.

Протоиерей Владимир Зубкович. Настоятель Свято-Николаевской церкви м.Смолевичи. Арестован в 1937 году. Расстрелян.

Иерей Димитрий Плышевский. Служил вторым священником в церкви Смолевич. Арестован и расстрелян в 1937 году.

Протоиерей Владимир Пастернацкий. Настоятель Спасо-Вознесенской церкви м. Копыль. Первый раз арестован в 1936 году за нежелание отречься от сана священника. Второй раз арестован в 1937 году. Расстрелян.

Архимандрит Серафим (Шахмуть). Являлся насельником Свято-Успенского Жировицкого монастыря. Арестован в сентябре 1944 года за то, что в годы войны в своих поездках по Восточной Белоруссии открыл многие православные храмы. Приговорен к 5 годам заключения. Погиб в тюрьме.

Протоиерей Матфей Крицук. Настоятель Свято-Кресто-Воздвиженской церкви с.Большая Лысица Несвижского района. Арестован в 1950 году за то, что хранил у себя дома религиозно-философскую литературу. Приговорен к заключению в исправительно-трудовом лагере сроком на 25 лет. Мученически скончался в том же 1950 году.

Из обстоятельств ареста и смерти всех вышеперечисленных священномучеников мы видим, что все они встретили уготованное им Господом с редким смирением и мужеством. Поэтому к ним вполне могут быть отнесены слова, сказанные на заре христианской эры Святым Апостолом Павлом: «Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем... Ибо мы живые непрестанно предаемся на смерть ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисуса открылась в смертной плоти нашей...» /2 Кор. 4, 9/.

Они действительно были не только притесняемы, но и гонимы самым лютым, бесчеловечным образом, но вера в Господа и Спаса нашего Иисуса Христа, распятого и воскресшего, дала им силы претерпеть все испытания, не упасть духом, а напротив с еще большим горением свидетельствовать о Христе и той Истине, которую хранит Его Святая Церковь!

Сегодня Белорусская Православная Церковь прославила всего лишь двадцать три новомученика. В сравнении с масштабом гонений, пережитых Ею в XX веке, и тем, сколько людей погибло в Белоруссии в уходящем столетии за исповедание веры православной, эта цифра, конечно, выглядит малой. Со временем она должна расти, пополняясь все новыми и новыми именами тех, кто исполнил высшую заповедь Божию, которая гласит: «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» /Ин. 15, 13/.

В число канонизированных должны быть включены архиереи. После подготовки необходимых материалов, рассказывающих о их жизни, к лику местночтимых святых Белорусской Православной Церкви могут быть причислены такие владыки, как архиепископ Полоцкий и Витебский Иннокентий (Ястребов), в начале 20-х годов воспротивившийся незаконному изъятию церковных ценностей; епископ Гомельский Тихон (Шарапов), в 1925 году разгромивший нарождавшееся обновленчество на юго-востоке Белоруссии; архиепископ Полоцкий и Витебский Николай (Покровский), на переломе 20 — 30-х годов разделивший с духовенством своей епархии гонения, связанные с коллективизацией; епископ Могилевский Феодосии (Ващинский), мужественный архипастырь, противник всяких разделений в церковной жизни; занимавший после него ту же кафедру епископ Александр (Раевский); митрополит Пантелеймон (Рожновский), возглавлявший Православную Церковь в Белоруссии в годы Великой Отечественной войны; митрополит Гурий (Егоров), окормлявший Минскую епархию в конце 50-х — начале 60-х годов, во время тяжелейших хрущевских гонений. Этот список можно продолжить и дальше.

Среди новомучеников и исповедников, в земле Белорусской просиявших в XX веке, должны быть не только те, кто пострадал в результате гонений со стороны коммунистов, но и те, кто, проживая в Западной Белоруссии, в 20 — 30-е годы пережил преследования со стороны польских католических властей; а также те, кто погиб за исповедание веры Христовой в годы Второй мировой войны от немецко-фашистских захватчиков, польских «аковцев» и советских партизан.

Все это представляет собою достаточно сложную проблему и предполагает большую исследовательскую работу (прежде всего архивную), которую должен проводить целый коллектив историков, людей глубоко верующих, преданных идеалам Святой Православной Церкви.

От того, будет осуществлен подобный труд или нет, во многом зависит то, как сложится жизнь православных верующих Белой Руси в будущем.

Восстановление исторической памяти о пережитом Церковью в XX столетии, осуществленное без замалчиваний и прикрас, является жизненно важным для нас, вступающих в III тысячелетие после Рождества Христова.

В восстановлении этой памяти мы видим исполнение нашего нравственного долга перед поколениями тех людей, которые трудами своей земной жизни, подвигом мученичества и исповедничества, даровали нам возможность в последнее десятилетие XX века заняться возрождением ранее стесненной и поруганной церковной жизни. Их подвигом мы живы с Вами сегодня. А посему память о них да пребудет во веки веков!

Комментарии закрыты.