google-site-verification: google21d08411ff346180.html Почему мы так долго молимся | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Почему мы так долго молимся

Январь 27th 2017 -

Епископ Иона (Черепанов) с подарком от детей Алчевской духовной Лечебницы

«Когда люди влюблены, они не могут друг с другом набыться, наговориться. Им даже молчать хорошо, только бы вместе. Так же и с Богом…» епископ Иона (Черепанов) находит неожиданные слова в ответ на распространенные недоумения, почему в Православной Церкви «всё так долго». Для чего нужны длинные службы и молитвенные правила, планируется ли сократить их в связи с насыщенным графиком жизни современных людей, и можно ли не молиться, когда устал после работы.

Как это было у апостолов

Владыка, у вас есть ответ на вопрос, почему у православных всё так долго? Последование ко Причастию, службы, акафисты, каноны… Ведь нигде в Евангелии Господь не говорит: «Молитесь как можно дольше». Наоборот, молитва, которую Он дает людям «Отче наш» предельно короткая и лаконичная (Мф. 6, 9-13). И это фарисеев Христос упрекал за то, что они лицемерно долго молятся (Мф. 23, 14). А апостолов предупреждал: «Молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него» (Мф. 6, 7-8).

Получается, мы как фарисеи и язычники?

— Последние слова из процитированных вами были как раз ключевыми. Как видим из текста, язычники молились о каких-то житейских вещах, потому и предупреждает Господь, что Отец небесный знает о наших нуждах прежде прошения у Него. И дальше говорит: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Мф. 6, 32-33).

Собственно, почему желательно, особенно на этапе воцерковления, совершать молитвы по молитвослову, то есть, используя тексты, написанные святыми людьми: там все прошения касаются Царствия Небесного. Представьте, о чём бы мы стали молиться, когда вот только-только уверовали в Господа, ещё не погрузились в глубину Евангелия, не ощутили всю возвышенность слов Христа. Конечно, просили бы того, что кажется насущным, и чего обычно себе и другим желаем: здоровья, благополучия, счастья в личной жизни. Но против этого, в общем-то, и предостерегал Господь.

И вот слова замечательной молитвы святителя Иоанна Златоуста, читаемой каждый вечер: «Господи, не лиши мене небесных Твоих благ. Господи, избави мя вечных мук. Господи, умом ли или помышлением, словом или делом согреших, прости мя. Господи, избави мя всякаго неведения и забвения, и малодушия, и окамененнаго нечувствия…».

Все прошения касаются совершенствования души, наших взаимоотношений с Богом, к Которому мы обращаемся действительно как к Отцу Небесному, Который знает о наших бытовых проблемах, и Ему даже напоминать об этом не надо, а просим мы Его лишь о том, что необходимо для пребывания с Ним в Вечности.

По поводу обличения фарисеев, которые много молились, здесь речь идет вот о чем. В те времена фарисеи стремились к максимальной праведности и это свое стремление всячески подчеркивали. Существовали определенные молитвы, традиции поклонения Богу. Как, к примеру, нынешние правоверные мусульмане: когда приходит время, они, не стесняясь, расстилают коврик — будь то в аэропорту, в учреждении, заведении или где-либо ещё — и совершают положенное молитвенное правило. Такому исповеданию веры стоит поучиться и нам, христианам, которые в большинстве своем стесняются перекреститься перед едой или проходя мимо храма, боятся смутить окружающих, отказавшись от скоромной пищи в постный день. Всё это не от смирения — в данном случае им-то как раз и не пахнет; просто мы стыдимся исповедовать себя христианами. Но Христос говорил: «Кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Мк. 8, 38). И этих слов Христа никто не отменял.

Но вернемся к фарисеям. Для них молитвы в определенное время были связаны с конкретными обрядами и являлись как раз не исповеданием веры, а подчеркиванием своего благочестия. Собственно, это Господь и ставит им в упрек.

По поводу того, почему у православных всё долго. Молитвословия наши появились не на пустом месте: современное богослужение имеет в своей основе богослужение ветхозаветное. В «Деяниях святых апостолов» читаем о том, что первые христиане собирались в Иерусалимском храме, в синагогах — то есть участвовали в службах: «И всякий день в храме и по домам не переставали учить и благовествовать об Иисусе Христе» (Деян. 5, 42).

Описано также, что после сошествия Святого Духа на апостолов они «каждый день единодушно пребывали в храме» и преломляли по домам хлеб (Деян. 2, 46). То есть сначала молились, а затем совершали Евхаристию — преломление хлеба в воспоминание о Христе. Можно провести аналогию с нынешней традицией. Суточный круг православного богослужения включает в себя часы, вечерню и утреню. Литургия в него не входит — она стоит вне всего, потому что это Тайная вечеря, за которой мы причащаемся Тела и Крови Господа Иисуса Христа. Суточный круг можно сравнить с той молитвой, которую ежедневно совершали апостолы, единодушно пребывая в храме, а Литургию — с особой службой, совершаемой ими отдельно по домам.

При этом написано, что они пребывали в храме каждый день. Не только ведь прочитать «Отче наш» они туда заходили… Наоборот, участвовали во всем цикле богослужения, которое включало в себя и чтение Священного Писания, и иные молитвословия. Помните, для чего рукоположили диаконов? Чтобы не отвлекаться на хозяйственные вопросы, а пребывать «в молитве и служении слова» постоянно (Деян. 6, 4). Всё это также говорит о том, что службы не были короткими.

Да, «Отче наш» — молитва Господня — настраивает на то, о чем нужно молиться. И, собственно, все остальные тексты, которые родились в христианской общине, являются как бы её расширенной версией. Главное же остаётся неизменным: мы молим нашего Господа о том, чтобы нам быть с Ним в Царствии Его, а остальное всё приложится.

На что променять красоту богослужения

Человеку в городе, в селе столько всего надо сделать, и длинные службы в субботу и воскресенье практически ни на что не оставляют времени. Почему нельзя их сократить, чтобы учесть темп ритма жизни современных людей?

— Если взять общину первых христиан, то в Писании подчеркивается, что они ежедневно собирались, ежедневно пребывали в молитве.

Сейчас люди, даже имеющие массу свободного времени, работающие по свободному графику, каждый день храм не посещают. В лучшем случае — в субботу и воскресенье. Нельзя сказать, хорошо это или плохо, но так есть. Необходимость участия в богослужении сократилась лишь до Литургии в воскресный день или по особым праздникам. Христиане уже практически не почитают дни памяти святых, не внимают чудным песнопениям, не назидаются текстами, возносящими мысленно к мученикам, преподобным, праведникам. Ежедневное общение с Господом сведено к коротеньким утренним и вечерним молитвам. Так что Церковь, по-моему, уже донельзя перестроила всё под современные нужды.

Часто говорят: «Это жестоко, мы всю неделю трудимся, а в субботу вместо отдыха вечером должны идти на службу…». Знаете, мне жаль тех людей, которые сознательно хладнокровно лишают себя красоты песнопений, посвященных воскресшему Христу. Ведь Литургия будничная и воскресная практически ничем не отличаются, но вот всё то, за что этот день, собственно, и называют «малой Пасхой», сосредоточено в вечерне и утрене, которые, по сложившейся традиции, служатся накануне воскресенья. И если человек вдумчиво относится к тому, что в храме поется и читается, старается всё это осмыслить, прожить, ему в голову не придёт променять красоту богослужения на какие бы то ни было иные занятия.

Не являются ли длинные службы и молитвенные правила теми самыми взваленными на плечи верующих «бременами неудобоносимыми», о которых говорил Господь в Евангелии?

— Если для человека молиться в тягость, значит, он просто не любит Бога. Как бы жестоко это ни звучало.

В одном из интервью я уже говорил, что когда люди влюблены, они не могут наговориться, наобщаться. Им в радость даже просто сидеть рядом, смотреть друг на друга.

И если у человека нет нужды говорить с Богом, значит, он Бога не любит. Это страшное состояние.

Вспомните каждый своё неофитство, когда мы бежали в храм, молились утром и вечером, как жалко было заканчивать эту молитву, как хотелось вновь и вновь обращаться к Богу. Да, мы знаем, что это было действие призывающей благодати; на первых шагах Господь показывал правильное устроение человеческой души по отношению к Богу: как молиться, как жить, как выстраивать Богообщение. Тогда мы как бы увидели эталон — вот так должно быть, стремись дальше к этому.

Со временем Господь отнимает благодать, чтобы мы уже сами стяжали её, учились трудиться, двигались в этом направлении. Понятно, что не всегда будет получаться, но помня ту радость пребывания с Богом, мы будем стремиться вернуть то, что потеряли. И видя это наше осознанное горячее желание, Господь по нашим трудам обязательно пошлет благодать, но произойдёт это тогда, когда сознание радости Богообщения не повредит нам, не вскормит наше тщеславие.

Священномученик Онуфрий (Гагалюк). Фото из архива епископа Ионы

Священномученик Онуфрий (Гагалюк). Фото из архива епископа Ионы

Ещё хочу сказать по поводу многословия. В начале ХХ века жил замечательный подвижник, будущий священномученик Онуфрий (Гагалюк). Как епископ Харьковской кафедры, в 1937 году он был расстрелян.

У меня есть его фотография с подписью, адресованной духовному чаду. Владыка пишет: «Рабе Божией Елене в укрепление веры и преданности воле Божией». И далее: «Всякий, обращающийся к Богу за помощью, получит ее, но не всегда в таком виде, как ожидает. Господь лучше нас знает, что нам полезно. Если мы просим что-либо у Бога, то во всем полагаемся на Его святую волю. Наше же дело — молиться и молиться».

Действительно, Господь всегда слышит молящегося. И кроме молитвы о небесных вещах, мы должны просить помощи и в наших земных делах, в том числе и о здравии ближних, о своем здравии, о помощи в различных нуждах. Но Бог видит ситуацию глобально, в целом, и то, что сейчас может нам казаться полезным, важным, неотложным, на самом деле для нас вредно и совершенно не нужно, а необходимо совсем иное. Также и то, что может казаться чем-то ужасающим и жутким, в конечном итоге обращается во благо.

Поэтому наше дело — «молиться и молиться».

Слова наставления духовному чаду. Подпись на обороте фото священномученика Онуфрия

Слова наставления духовному чаду. Подпись на обороте фото священномученика Онуфрия

Метки:

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.