google-site-verification: google21d08411ff346180.html «Духовный» туризм – чума монастырей, но многим обителям нравится | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

«Духовный» туризм – чума монастырей, но многим обителям нравится

Август 14th 2017 -

Зачем в монастырь уходить, если весь день как на съемочной площадке Мосфильма? Дома тишины больше было. Монахи специально одевались в дерюги, чтобы их видно не было, а стали как поп-звезды.

Такая редкость и драгоценность – небесное масло, которое добывает монах в трудах и созерцании, в откровении служения и в чтении богодухновенных книг, туристами меняется на болтовню и творожок с молочком, на дешевую галантерею монастырской лавки.

Как в песне Башлачева:

Hюсь, держи, а то помру
В остроте момента!
В цеpквy едут поутру
Все интеллигенты.

Были к дьякону, к попу ли,
Интересовалися.
Сине небо вниз тянули –
Фу ты, надорвалися.

Нету мотива
Без коллектива.
А какой коллектив –
Такой выходит и мотив.

Иеросхимонах Симон (Гаджикасимов)

У монаха нет задачи спасать народ

В назойливом посещении монастыря, в который тебя никто не зовет, есть какая-то ужасающая духовная неделикатность и невежливость. Воровство драгоценных камней – грех, а воровство времени монаха – сугубое воровство. В уставах монастырей нет ничего о том, что эти полу-ангелы должны учить народ. Учительство – это особый дар. И оно осуществляется в самом народе: на кафедрах церквей, приходах, на проповеди словом и делом. Сам же монастырь – тихий сад, в котором невидимо зреют плоды и растут небесные цветы. Задача монаха не спасать народ, а спасти себя. Когда спасет себя, тогда, если Богу угодно, Бог благословит его поступить по слову преподобного Серафима:

– Стяжи мир, и тысячи спасутся вокруг тебя.

Но это не для всех. У Бога вообще нет иллюзий насчет народа. Он Сам прекрасно знает, что много званых, но мало избранных, и спасется только малое стадо. И задача Бога – не загнать весь гурт в Рай, а селекция насельников райского сада. Монастырь – это лаборатория Божией селекции, а никак не то место, о котором спел поэт:

Как по райскому саду ходят злые стада;
Ох измена-засада, да святая вода…
Наотмашь по сердцу, светлым лебедем в кровь,
А на горке – Владимир, а под горкой Покров…

Бьется солнце о тучи над моей головой.
Я, наверно, везучий, раз до сих пор живой,
А над рекой кричит птица, ждет милого дружка –
А здесь белые стены да седая тоска.

Иов и его жена. Жорж де Латур

Нужна благодать? Послужи жене, как Христу

Как-то раз я был свидетелем такой сцены. Богатый человек просил моего друга составить ему компанию на Афон. А надо сказать, у богатых поездка на Святую гору стала комильфо. Солидный монастырь для солидных людей. Солидный Господь для солидных пацанов.

И друг отвечает:

«Все это здорово для нас с тобой. Выпивка в ресторане Уранополиса. Катер, чайки, турпоход. Бабы дома и не гудят. Дети… хорошие у нас дети, но вот раз в году – ну их подальше. Турпоход, рюмочка ракии. Нет. В Русик мы не пойдем. Там малороссы и цены высокие. Там невежливые монахи. Мы в сербские и греческие. Там в стасидиях поспим. Погуляем на осеннем солнышке по горам.

Нам будет хорошо. А монахам от нас? Вот мы, с такими рожами, возьмем да и припремся. Скажи мне, друг: зачем монахам видеть наши рожи?! Мы зачем туда придем? Чтобы показать им, какие бывают бесы в человеческом обличии? Зачем?.. Вынести мозги прекрасным людям – монахам? Найти среди них таких же, как мы, и потолковать о маразме последних времен? Нас туда звал кто-нибудь?

Ты жене стал как Христос? Ты ведь это обещал, когда венчался с ней. Я же знаю, кто мы с тобой для жен – негодяи. Ты на работе послужил работникам, как хозяин Божиего виноградника? Нет? А чего ты на Афон прешься?

Скажи мне, что ты думаешь о Христе? Ты не знал, что Он вездесущий? И что в нашем приходском храме, на причастии, Он выезжает на ослике точно так же, как Он въезжал в Иерусалим? Чем тебе Христос не нравится в Рязани? Чем Он слаще на Афоне? Ты что, в Бога не веруешь?

Ты просто хочешь смыться от забот и позволить себе мальчишеский турпоход под благовидным предлогом. Не обманывай ни себя, ни Бога.

Вспомни, как Христос сказал мужику, который принес в храм жертву-корван:

– Не приму жертвы. Иди упокой отца, а потом приходи.

Санек, ты – миллионер. Купи, наконец, книжку про этикет. Стоит 200 рублей. Не вопрос. Погляди, как люди в гости ходят.

Почему бы нам не молиться в своем храме? Там Христос точно такой же. Кого мы ищем в православном туризме, если Бог всегда рядом?»

Монах, постригаясь, не давал клятвы быть пастырем или аниматором. Монах – от греческого μόνος – «одинокий, один».

А какие монахи могут быть в туристической обители? Какого они наберутся духа в этом рое клубящихся, часто развращенных, бездельников? Ясно, какого. И набираются. Какой старец может быть в обители, являющейся частью туристического бизнеса, – продолжением гостиницы, пляжа и сувенирных магазинов?

Разве монастырь должен быть тем местом, где можно забесплатно «вынести мозги» человеку, который принужден тебя слушать и не может никуда уйти, потому что идти ему некуда?..

Духовный туризм в его нынешнем виде – это жуткий суррогат и имитация духовной жизни. Нужна благодать? Послужите жене, как Христу. На Страшном Суде вас не спросят, сколько раз вы были на Афоне, а только о том, кому вы что хорошее сделали. Помните смертный час и главный вопрос Страшного Суда.

Царство Божие внутри нас, и нигде больше. Как говорил Серафим: «Тут, в этом лесу, мне и Иерусалим, и Иордан, и гора Фавор».

Что мы ищем вне сердца своего?

Метки: ,

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.