google-site-verification: google21d08411ff346180.html Ответ на письмо в Патриархию | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Ответ на письмо в Патриархию

Апрель 12th 2016 -

2. О восприятии Христом первородного греха.

По учению Православной Церкви, выраженному IV Вселенским Собором, Господь наш Иисус Христос есть «совершенный в человечестве… во всем подобный нам, кроме греха» (Деяния Вселенских Соборов. Т. 3, с. 48). Господь Иисус Христос воспринял человеческую природу и «неукоризненные страсти», то есть естественные немощи. При этом Его человечество было непричастно всякого греха, Ему было чуждо греховное расстройство и склонность ко греху.

В Новом Завете неоднократно подчеркивается совершенная непричастность воплотившегося Сына Божия какому-либо греху. Святой апостол Павел учит, что «Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной» (Рим. 8:3), и «не знавшего греха Он сделал для нас жертвою за грех» (2 Кор 5:21). Иисус Христос «подобно нам искушен во всем, кроме греха» (Евр. 4:15), «святой, непричастный злу, непорочный, отделенный от грешников» (Евр. 7:26), Он «Духом Святым принес Себя непорочного Богу» (Евр. 9:14). Святой апостол Иоанн Богослов говорит о Спасителе, что «в Нем нет греха» (1 Ин. 3:5).

Любые рассуждения православного богослова по данному вопросу должны учитывать вполне определенно выраженное учение Святой Церкви.

3. О догмате Искупления.

Православное учение о спасении А.И. Осипов главным образом рассматривает через его полемически заостренное сравнение с католическим учением, которому свойственен крайне юридический подход к тайне спасения и искупления. Однако, критикуя католичество, уважаемый профессор не раскрывает в полной мере православное учение об этом предмете, что необходимо делать, опираясь на догматы веры и обращаясь к святоотеческому наследию в его целостности.

Православное богословие, не принимая крайностей юридической теории Искупления, всегда признавало догмат Искупления одной из фундаментальных основ христианского учения о спасении. Раскрытие этого догмата содержится как в творениях отцов и учителей Древней Церкви, так и в святоотеческом наследии позднейшего периода, а также в авторитетных вероучительных сочинениях XVII-XIX веков.

В Священном Писании Нового Завета подвиг спасения человеческого рода, совершенный Господом Иисусом Христом, неоднократно именуется Искуплением: «так как Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих» (Мф. 20:28); «мы имеем искупление Кровию Его» (Еф. 1:7; Кол. 1:14); «Христос искупил нас» (Гал. 3:13); «однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление» (Евр. 9:12); «ибо вы куплены дорогою ценою» (1 Кор. 6:20).

Константинопольский Собор 1157 года по вопросу об Искуплении вынес следующее определение:

Владыка Христос добровольно принес Себя в жертву, принес же Самого Себя по человечеству, и Сам принял жертву как Бог вместе со Отцом и Духом… Богочеловек Слово вначале во время Владычних Страстей принес Спасительную Жертву Отцу, Самому Себе, как Богу, и Духу, Которыми человек призван от небытия к бытию, Которых он и оскорбил, преступив заповедь, с Которыми произошло и примирение страданиями Христа.

Именно в таком ключе, с учетом всей многовековой православной традиции толкования искупительного характера Жертвы Христовой, следует раскрывать данный вопрос.

4. О таинстве Евхаристии.

Исходя из публичных выступлений А. И. Осипова, можно выделить две основных особенности в его взгляде на таинство Евхаристии:

• А. И. Осипов в категорической форме отвергает термин «пресуществление» как римо-католическое заблуждение, отрицая изменение существа хлеба и вина в существо Тела и Крови Христовых;

• вместо этого А. И. Осипов предлагает теорию восприятия «по- халкидонски» хлеба и вина во Ипостась Бога Слова, с полным сущностным сохранением вещества хлеба и вина по преложении Святых Даров.

Таинство изменения хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы на Евхаристии превосходит возможности человеческого ума. Для обозначения того, что происходит с хлебом и вином на Евхаристии, в богословии древней Церкви употреблялась различная терминология. Традиционным для православного Востока термином, которым обозначается данное изменение, является «преложение» (букв. «изменение»). Этот термин прямо соответствует литургической формуле «Преложив Духом Твоим Святым», после произнесения которой, сопровождаемого крестообразным благословением Святых Даров, хлеб и вино Евхаристии становятся Телом и Кровью Христа, при этом сохраняя физические свойства хлеба и вина.

Начиная со свт. Геннадия Схолария (XV век), а особенно с конца XVI столетия в Православной Церкви при описании таинства Евхаристии используется термин «пресуществление». На Константинопольском Соборе 1591 г. было подтверждено учение о сущностном преложении Св. Даров вопреки воззрениям протестантов, и термин «пресуществление» был объявлен идентичным термину «преложение». Решения Константинопольского Собора были приняты в Русской Церкви Патриархом Адрианом.

Ни в одной Поместной Церкви, ни на одном церковном Соборе термин «пресуществление» не был отвергнут или осужден в качестве неправославного.

Что касается теории профессора А. И. Осипова, то она является богословским новшеством, основанным на воззрениях протоиерея Сергия Булгакова.

Затрагиваемые проф. А.И. Осиповым вопросы по поручению Священного Синода (Журнал №133 от 26.06.2006 г.) ранее уже были предметом изучения Синодальной Богословской комиссии в связи с рассмотрением Совместного заявления Православно- лютеранской комиссии по богословскому диалогу «Тайна Церкви: Святая Евхаристия в жизни Церкви». Подготовленное Синодальной Богословской комиссией заключение по этому вопросу было принято Священным Синодом к сведению и доведено до сведения членов Православно-лютеранской комиссии по богословскому диалогу (Журнал №138 от 27.12.2007 г.). В частности в документе говорится:

• «В период полемики с протестантизмом Православной Церковью было соборно принято употребление термина «пресуществление». Это произошло на Иерусалимском Соборе 1672 г. и Константинопольском Соборе 1691 г. В частности, последний Собор подвергает противников термина «пресуществление» самым строгим каноническим прещениям; решения Собора были реципированы Русской Православной Церковью и включены в Догматическое послание Патриарха Московского и всея Руси Адриана» (п. 1).

• «Употребление в православном богословии термина «пресуществление» не является попыткой рационально объяснить тайну Евхаристии... В Евхаристии хлеб и вино прелагаются, пресуществляются в Тело и Кровь Христовы – то есть меняют свою сущность, перестают быть хлебом и вином, сохраняя все свои внешние признаки (συμβεβηκότα). Тем самым, то, что хлеб и вино после преложения (пресуществления) меняют свою сущность (природу), не следует вульгарно понимать в смысле изменения их вещественных свойств. Как говорит святитель Кирилл Иерусалимский, «видимый хлеб не есть хлеб, хотя вкусом чувствуется, но Тело Христово; и видимое вино не есть вино, но Кровь Христова»» (п. 1).

5. О крещении младенцев и значении таинства Крещения для спасения.

А. И. Осипов пишет:

• «Неужели не понятно, что крещение, как и все таинства, являются церковными священнодействиями, совершаемыми человеком, а дар благодати таинства дает Господь, когда видит душу, способную принять этот Дар? Таинства это не пропуск, без которого нельзя войти в жизнь вечную, а лишь действенные средства помощи человеку на пути к спасению. Потому все усопшие младенцы спасутся “ибо таковых есть Царство Небесное”. Для подтверждения мысли о блаженной загробной жизни некрещеных детей приведу несколько авторитетных высказываний святых Отцов...»; «…рождение нового человека (Еф. 4, 24) от Воскресшего совершается по законам духовной природы — только сознательно… Священномученик Фаддей (Успенский) подчеркивает: «Можно креститься водой, не восприняв благодати Духа Животворящего (Ин. 3,5), ибо сия благодать ни в кого не вселяется помимо желания его» — видите, желания его — то есть самого крещаемого, а не крестных, на которых так легкомысленно привыкли ссылаться. Ибо никакой крестный не может поручиться за крестника, что тот отречется от сатаны и будет жить по Христу».

Учение Православной Церкви по вопросу крещения младенцев изложено в 110 (124) правиле Карфагенского Собора:

Кто отвергает нужду крещения малых и новорожденных от матерной утробы детей, или говорит, что хотя они и крещаются во отпущение грехов, но от прародительского Адамова греха не заимствуют ничего, что надлежало бы омыти банею пакибытия (из чего следовало бы, что образ крещения во отпущение грехов употребляется над ними не в истинном, но в ложном значении), тот да будет анафема. Ибо реченное апостолом: единем человеком грех в мир вниде, и грехом смерть: и тако (смерть) во вся человеки вниде, в нем же вси согрешиша (Рим. 5:12), подобает разумети не инако, разве как всегда разумела кафолическая церковь, повсюду разлиянная и распространенная. Ибо посему правилу веры и младенцы, никаких грехов сами собою содевати еще не могущие, крещаются истинно во отпущение грехов, да чрез пакирождение очистится в них то, что они заняли от ветхого рождения.

Необходимость Крещения для вхождения в Царство Небесное выражена Самим Спасителем в беседе с Никодимом: «истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие» (Ин. 3:5). Из этих слов Господь не сделал никакого исключения.

О крещении младенцев косвенно говорят те места Нового Завета, в которых указывается на крещение целых домов (Деян. 10:6; 11:12-14; 16:15; 16:33; 1 Кор. 1:16), а в них, несомненно, должны были быть и дети. У апостола Павла прообразом крещения предстает обрезание (Кол. 2:11-12), совершавшееся над младенцами. Примером того, что отпущение грехов и благодатное действие Божие может подаваться не только по вере человека, но и по вере близких ему, является исцеление расслабленного Господом нашим Иисусом Христом (Лк. 5:17-20).

Практика крещения младенцев упоминается в раннехристианских источниках Тем не менее, еще в IV веке спорили о том, в каком возрасте следует принимать крещение. Существовало несколько традиций — крещения в детстве, крещения при вступлении в зрелый возраст (около тридцати лет) и крещение перед смертью. Святитель Григорий Богослов, будучи сыном епископа, крестился только по окончании обучения, в тридцатилетнем возрасте. Однако со временем он все больше склонялся к тому, что креститься надо в младенчестве: «Есть у тебя младенец? Пусть не воспользуется этим зло, пусть с младенчества освятится он, с молодых ногтей посвящен будет Богу»1. Святитель в принципе не возражает против того, что крещение должно быть сознательным, однако опасность внезапной смерти остается для него неопровержимым аргументом в пользу крещения в младенчестве. Он считает, что трехлетний возраст, когда ребенок уже может осмысленно воспринимать происходящее, является оптимальным для принятия крещения. Отвечая на вопрос, следует ли крестить младенцев, которые не чувствуют ни вреда, ни благодати, он пишет:

Обязательно, если есть какая-либо опасность. Ибо лучше несознательно освятиться, чем уйти незапечатленным и несовершенным... О прочих же выражаю такое мнение: дождавшись трехлетнего возраста, или немного раньше, или немного позже, когда можно уже слышать что-либо таинственное и отвечать, хотя и не сознавая полностью, однако запечатлевая, — следует освящать души и тела великим таинством посвящения. Ведь дело обстоит так: хотя дети начинают нести ответственность за свою жизнь только когда разум в них возмужает и когда поймут они смысл таинства... тем не менее оградиться купелью для них во всех отношениях гораздо полезнее из-за того, что могут внезапно приключиться с ними опасности, которые невозможно предотвратить2.

Относительно тех, кто не по своей воле умерли некрещеными, например младенцев или не принявших таинство «по неведению», святитель Григорий пишет, что они «не будут праведным Судьей ни прославлены, ни осуждены на мучения как незапечатленные, но и невиновные и скорее сами претерпевшие вред, чем нанесшие вред»3. Это, однако, не распространяется на тех, кто сознательно откладывает крещение и умирает некрещеным по своей вине.

На вопрос о конечной участи некрещеных младенцев однозначного ответа в православной традиции нет. Синаксарий Субботы мясопустной говорит о том, что «крещеные младенцы насладятся сладостью (рая), непросвещенные же и языческие ни сладости (не насладятся), ни в геенну огненную не пойдут»4.

*

Синодальная Библейско-богословская комиссия с уважением отмечает значимые положительные заслуги профессора Московской духовной академии Алексея Ильича Осипова в деле проповеди Православия за многие годы его трудов на благо Русской Православной Церкви.

В то же время комиссия обращает внимание уважаемого профессора на необходимость более сбалансированного освещения указанных выше тем. Православный богослов должен стремиться к тому, чтобы излагать, прежде всего, то, «во что верили всегда, повсюду и все» (св. Викентий Леринский), а при наличии разных подходов в святоотеческом предании — освещать их, по возможности, равномерно, не давая явного предпочтения одной частной точке зрения.


1. Сл. 40, 17, 15–16; 232 = 1.554.

2. Григорий Богослов. Слово 40, 28, 4–21.

3. Григорий Богослов. Слово 40, 23, 17–21.

4. Триодь постная. Суббота мясопустная. Утреня. Синаксарий по 6 песни канона.

Источник: apokrisis.ru

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.