google-site-verification: google21d08411ff346180.html Вход в Иерусалим | Справочно-информационный портал Алчевского благочиния

Вход в Иерусалим

Март 13th 2010 -

Вход Господень в Иерусалим

*Кто не постелет плоть свою, то есть не уничижит ея, пребывая на пути, во Христе, а уклонится в ересь, на того не воссядет Господь*. Истинно так.

Иисус приближался к Иерусалиму под крик толпы, которая встречала Его, как Победителя, но этот крик, наверное, причинял Его ушам боль, потому что они ожидали от Него того, чего Он не был намерен им дать, и видели в Нем Того, Кем Он не собирался быть. Для истинного воскресения в новую жизнь, для восстания от порабощения, или извода твоей души от греховных страстей – необходимо пройти путем, который прошел Иисус, нужно испить чашу, которую Он пьет, перетерпеть до конца, до креста.

Граждане Иерусалима этого не поняли. Не прошло и пяти дней, как те же, кто восторженно кричал «Осанна», яростно завопили:

«Распни Его». На некоторых иконах мотив разделения прослеживается особенно четко. Дерево трактуется как древо жизни, крестное древо.

«Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч» (Мф.10:34); «Думаете ли вы, что Я пришел дать мир земле? Нет, говорю вам, но разделение» (Лк.12:51).

И еще о разделении:

Гора, как символ духовного восхождения, противопоставляется Иерусалиму — как перед этим говорил Иисус, сидя на горе Елеонской против стен города: «видишь сии великие здания? все это будет разрушено, так что не останется здесь камня на камне» (Мр.13:2). Апостолы, как бы выведенные Христом из тьмы, стоят против вышедших навстречу жителей, которые свои «пещеры» оставили лишь ненадолго. Белеющие головные уборы священников на головах которых — вовсе не символ чистоты, но скорее фарисейство, формальность.

Вход Господень в Иерусалим

Зато на некоторых иконах над головами апостолов видны нимбы знак Божественной благодати, и число их — двенадцать. Неужели символ святости, Божественности, над головой Иуды Искариота? Нет, эта икона — предвосхищение Пятидесятницы. Мы уже говорили о том, что время на иконе — вещь условная, икона говорит с нами языком вечности. Вне вечности не может быть понята и, более того, — создана ни одна икона. Потому что жизнь иконы простирается к Будущему Веку и назначением иконы является не запечатление чего-либо временного, но того, что имеет отношение к вечности. И богословие иконы определяется тем, что какой-то сюжет или деталь, на первый взгляд, лишняя, приобретает в ней непреходящий смысл.

«…еще на малое время свет есть с вами; ходите, пока есть свет, чтобы не объяла вас тьма, а ходящий во тьме не знает, куда идет. Доколе свет с вами, веруйте в свет, да будете сынами света» (Ин.12:35-36).

Посмотрим на детей, изображенных на иконе. Белый цвет их одежд, вне всяких сомнений, символичен и обозначает чистоту детских душ. В таких же по крою сорочках представлены (и кстати, детьми) души праведников на лоне Авраамовом.

Выстраивается следующая картина: души скончавшихся взрослых праведников предстоят Богу детьми в Царстве Небесном – живые дети ходят перед Богом по земле взрослыми праведниками. И белый цвет их сорочек лишь высвечивает важное духовное качество человека: «Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф. 5, 8). Не случайно в иконе «Успение» душа Пречистой представлена ребенком, и тоже – в белом.

Вход в Иерусалим

Столь же закономерно расположение детей в сорочицах над и под фигурой Христа. Детвора здесь, наподобие ангелов, составляет окружение Господа.

В XIV в. появляется вариант с изображением жанровых сценок: «Дети, вынимающие занозу», «Дети на дереве». В этих сюжетах подразумевается то, что пальма шероховата и неудобна для того, чтобы взлезть на нее, так как на ветвях имеет колючки. Так и тот, кто стремится к познанию Сына и Слова Божия, должен взойти до самых верхов – только там, достигнув высоты познания, можно озариться ярким светом богопознания и откровением неизреченных тайн, как бы насладившись плодами пальмы.

Вход Господень в Иерусалим. Греция, конец XVIII в.
Columbus Museum of Art, Ohio, USA Jan Morsink Ikonen

Иконописный канон, регламентирующий способ изображения тех или иных предметов на иконе, тем самым не сужает, а расширяет их значение. Продолжая символику дерева с взбирающимся на нее отроком, можно вспомнить Закхея, богатого мытаря, о котором Лука (19:3-4) говорит, что он «искал видеть Иисуса, кто Он, но не мог за народом, потому что мал был ростом, и, забежав вперед, взлез на смоковницу, чтобы увидеть Его, потому что Ему надлежало проходить мимо нее». Отсюда, во-первых, можно вспомнить рассказ о бесплодной смоковнице (Лк.13:7), и, во-вторых, об отсечении ветвей, не приносящих плода (Ин.15:2). Топор, или секира, изображенный на иконе, представленной в этой теме первой, может служить ссылкой к иконографии Иоанна Крестителя.

Метки: ,

Pages: 1 2

Комментарии закрыты.